— Не успел! — радостно бьет ладонью по столу директор. — Не успел!.. Полиция подоспела вовремя!.. Молодцы!.. Что вы сказали?
— Я хочу знать, что это за звездочки перед каждой фамилией? — повторяет Глория.
— Хорошо, что вы обратили на это внимание, — говорит директор. — Это звездочки категорийности, как у гостиниц… Они обозначают условное количество финансовых средств, внесенных родителями за своего ребенка… Разумеется, количество звездочек определяет и степень деликатности в общении с учащимся…
— Но здесь есть фамилия без всякой звездочки, — недоумевает Глория.
— Совершенно верно, — улыбается директор. — Мы не можем себе позволить, чтобы экстремистски настроенные средства массовой информации обвинили нас в недемократичности и излишней коррумпированности… Поэтому одного мальчика мы обучаем бесплатно. Мальчик получил место благодаря методу слепого отбора с помощью детского отдела мухославской милиции. Его отловили среди беспризорных детей на мухославском вокзале… Ребенок оказался не простым, с искалеченной трудным детством душой… Документами его снабдила милиция в соответствии с протоколом, согласно которому, мальчик сказал, что его зовут Никак, отчество — Беспапович, а фамилия — Ничей… Нам ничего не остается, как принять это за данность. Если вопросов нет, то вперед и, как говорится, перо вам в ваши педагогические крылья!..
…По последнему звонку Глория вошла в класс. От смеси духов и еще каких-то незнакомых запахов у нее закружилась голова, и она села за учительский стол.
Лицеисты не обратили на нее никакого внимания.
В одном углу ярко-рыжая девочка, задрав юбочку, демонстрировала однокашникам татуировку на правой ягодичке.
В другом углу группа мальчиков и девочек облепила компьютер и оживленно комментировала происходившее на экране.
Глории показалось, что она видит два шевелящихся обнаженных тела. По отрывочным возгласам она никак не могла понять, что за сюжет привлек детское внимание…
«Во дает!.. Но она воще!.. Прикол!.. Я засек! Девятая минута пошла! А мой батя — стайер!.. Он маманю по полтора часа из-под себя не выпускает!.. А ты что, подглядывал?.. Ха-ха-ха!.. Ой! Чем это он ее?.. А ты че, не понял? Это удав дрессированный… А на голове презерватив, чтобы он ее не ужалил!.. Вот это фишка!.. Слушай, перекатай мне это — я сестренке покажу. А то она какая-то отмороженная…»
По-прежнему ничего не понимая, Глория говорит как можно строже, но вежливо:
— Добрый день, господа лицеисты. Перемена закончилась. Я ваша новая преподавательница литературы.
Какой-то мальчик оторвался от экрана, посмотрел на Глорию и сказал:
— Совсем чуток осталось… Такой клевый порнель! Зашибись!..
Наконец что-то щелкнуло, экран погас, и лицеисты нехотя стали рассаживаться.
— Я ваша новая преподавательница литературы, — повторила Глория. — Зовут меня Глория Мундиевна…
Дети захихикали.
— Ничего смешного, — продолжила Глория. — Моего отца звали Мундий. И дед был Мундий. И прадед Мундий… Все мужчины в нашем роду были Мундий…
— Вы не из латинян будете? — спросил русоголовый парнишка.
Мальчик чем-то отличался от остальных лицеистов. У него были голубые глаза. Волосы, собранные со лба в пучок и схваченные на затылке резиночкой, образовывали небольшой изящный хвостик.
— Наверное, из латышей, — уточнила девочка из первого ряда.
— Не из латышей, а из латвийцев, — поправил кто-то.
— Почему ты так решил? — спросила Глория.
— А фамилия ваша не Транзит? — не без лукавства поинтересовался русоголовый.
— В девичестве — Транзит… Откуда ты это знаешь?
— Догадался. В одной из прошлых жизней я был древним римлянином и меня звали Гомо Люпусович Эст… Вот я и подумал — Глория Мундиевна… Сик транзит глория мунди… Так проходит земная слава…
— Ну, Ничей прикалывает! — восхищенно произнесла девочка с колечком на нижней губе. — Я от него тащусь!
— Кто тебя учил латыни? — спросила Глория.
— А в Древнем Риме все на латыни трокали, — сказал русоголовый.
«Странный мальчик, но не ординарный», — подумала Глория и сказала:
— Ладно, господа лицеисты. Ответьте мне на один вопрос: у кого какие любимые литературные герои?
— Анхелита! — крикнул кто-то.
— Руслан Людмилов!.. Майкл Джексон!
— Майкл Джексон отдыхает!
— Битлы!
— Я подчеркиваю — литературные герои, — жестко произнесла Глория. — Помнит кто-нибудь, например, Базарова? Павку Корчагина?
— Это того, кто своего отца ментам сдал?
— Не путайте с Павликом Морозовым. Его поступок можно расценивать двояко — с одной стороны, родной отец, а с другой стороны — враг народа… Можно сказать, террорист…
— У него что, папаша бен Ладен был? — спросил русоголовый.
— А у меня любимый литературный герой — мой папка, мой Димон! — гордо сказала девочка с колечком на нижней губе. — Он мне на день рождения «бентли» подарил!
Наступила полная тишина. Потом кто-то мечтательно произнес:
— Бентли!.. Зашибись!..
Не имея представления о том, что такое «бентли», Глория поинтересовалась:
— Просветите меня, что такое «бентли»? Их едят?.. Или носят?..
— Да вы че? Без прикола? — чуть не поперхнулась девочка. — «Бентли»!.. Пятьсот тысяч баксов! Триста двадцать лошадей!
— Триста двадцать лошадей?! — изумилась Глория. — Где ж вы их держите?
— В гараже, — сказала девочка. — У нас там два маминых «мерина» стоят, «хаммер» и «бумер»…
Окончательно не понимая, на каком языке говорит девочка, Глория решила переменить тему и обратилась к русоголовому:
— Подойдите к доске, пожалуйста.
Мальчик неспешно подошел к столу и, хитровато улыбаясь, уставился на Глорию.
— Давайте знакомиться по-серьезному, — сказала Глория. — Как вас звали в вашей древнеримской жизни, я уже знаю. А как вас зовут в настоящей?
— Никак, — ответил паренек. — Никак Беспапович Ничей.
— Это у него фенька такая! — крикнул кто-то.
— У вас есть сестра по имени Феня? — спросила Глория.
— Да нет у меня никого, — сказал русоголовый.
— Когда вы родились?
— В ночь с двадцать четвертого на двадцать пятое декабря по старому стилю, с седьмого на восьмое января — по новому.
— Год?
— Откуда я знаю?
— Вы что же, как Христос?
— Если вы имеете в виду нападающего сборной Греции по футболу, то он Хри′стос, а не Христо′с, — улыбнулся русоголовый.
— Не ерничайте. Сколько вам лет?
— В районе четырнадцати.
— Почему вы так думаете, если не помните год своего рождения?
— Знакомый ветеринар по зубам определил. — И мальчик ощерился, показав свои зубы.
— В недалеком прошлом, — сказала Глория, обращаясь ко всем, но имея в виду русоголового, — такое поведение расценилось бы как издевательство над учителем и повлекло бы за собой вызов в школу родителей. Но вам повезло… Ладно. Попробуем взглянуть на вас с другой стороны…
Паренек развернулся на сто восемьдесят градусов и стал спиной к Глории.
— Опять вы ерничаете, — вздохнула Глория. — Я имею в виду сторону вашего духовного развития… У вас есть хотя бы одно любимое стихотворение?
— Есть! — радостно улыбнулся мальчик. — Есть!
И он начал декламировать, завывая в конце каждой строки:
Лицеисты зааплодировали. Раздались возгласы «Клево!.. Прикольно!».