Противник сэра Алана замер, отвлекся на дракона и немедля поплатился за это — острие клинка перерубило ему глотку. Наемник булькнул и схватился за шею, будто надеясь срастить края раны, покачнулся и рухнул на спину. Из перебитой артерии фонтаном ударила кровь.
Тем временем дракон налетел на оставшихся двух врагов, затормозил, широко раскинув крылья, завис на мгновенье в воздухе и открыл пасть. Злоумышленники вскинули самострелы и разрядили их в узкую драконью грудь. Тщетно. Самострелы — оружие наемников. Они хороши, когда надо остановить первую волну разбойников. Маленькие, легкие и удобные, одинаково приспособленные и для пеших, и для конных, они, тем не менее, имеют существенный недостаток — малую убойную силу. Против бандитов, среди которых редки даже легкие кольчуги, их применять можно и нужно, но сбить из них дракона можно лишь угодив тому в глаз.
Стрелы ударили дракона в грудь, с дистанции в три метра, они даже пробили толстую драконью шкуру — но и только.
— Живыми их берем! — заорал Лавора, но Каах его не услышал — из пасти его вырвалось пламя и неудачливые убийцы вспыхнули как факелы. Крики их были страшны. Они катались по земле, бились в судорогах, но ничто не помогало — менее чем через минуту они затихли навсегда.
Лавора подошел к дракону, который сразу после своего огненного плевка рухнул наземь, приземлившись на все четыре лапы. Глаза его потухли, а сам он сел, опираясь на хвост, и выдернул стрелы из груди.
— Живы, korlat? — хрипло спросил советник.
— Ерунда. Царапины, — голос Кааха, когда он был в драконьем обличие, представлял собой глубокий взрыкивающий баритон, — Как сами?
Лавора потер расцарапанную ветками физиономию и усмехнулся.
— Бывало и получше, честно говоря. Но, по крайней мере, жив и цел.
— Я рад, — ответил дракон.
Тут же тело его посветлело, превратилось в прозрачный абрис, и перед Лаворой, вместо крылатого ящера, оказался юноша с мечем на поясе. Его камзол был продырявлен на груди в двух местах, а вокруг дырок медленно расплывались темные кровавые пятна.
— Проклятие, да вы ранены! — Лавора склонился над драконом.
— Ерунда… — попытался отмахнуться Каах.
— Ничего себе, ерунда! Да вы бледны как мел. Снимайте камзол, сейчас мы вас чем-нибудь перевяжем.
— Оставьте, сэр Алан… — прошептал юноша, — Просто я никогда раньше не убивал разумных. Кровь сейчас остановится — я уже начал затягивать раны.
Советник помолчал мгновенье, а затем кивнул и спокойно произнес:
— Тогда давайте отойдем, korlat. Здесь становится жарковато.
Лошади — как неудачливых убийц, так и дракона с Лаворой, — обнаружились поблизости. Видимо, нападавшим не хотелось, чтобы ржущие, в охваченной пламенем конюшне лошади, предупредили о пожаре Лавору и Кааха, и заранее отвели их в сторону. Был там и смирный конек покойного Тамору.
— Вот они как нас вычислили! — хлопнул себя по лбу Лавора, глядя на своего нерасседланного коня, — Ну, конечно же! Один зашел явно, другой — тайно, а все подозрительные в этих краях, потенциально сотрудники Тайной Канцелярии или конкурирующих разведок, если не сам дракон. Ай, молодцы! Держу пари — к Саагорцам эти парни не имели ни малейшего отношения.
— Почему? — вяло поинтересовался все еще бледный Каах.
— А потому, сэр Каа — привыкайте уж теперь к такому обращению, — что в Саагоре живут не самые глупые люди. Так топорно могли бы сработать аазурцы… или кто-то из прихлебателей Куэйна Итори и иже с ним. Строптивых вассалов у короля Маэро хватает, слава всем богам, — Лавора осекся, вспомнив, что рассказал ему про богов Каах и смущенно кашлянул, — Кхем, мндя. Глупость сморозил, понимаю.
Каах слабо улыбнулся.
— Вы удивительный человек, благородный Лавора. Не только поверили новой информации, но и спокойно приняли ее. Думаю, если бы что-то подобное рассказали мне, я бы долго бился в истерике.
— Ситуация не располагает, — буркнул сэр Алан, — К тому же ваш рассказ разъясняет многие вещи из Священных Книг, которые раньше казались мне несуразными. Как-нибудь, в более спокойной обстановке я вас порасспрашиваю поподробнее. И о создании людей, и об этих Исходе с Расколом, и о вашем почтенном дедушке… Но сначала нам надо добраться до безопасного места. Учитывая, что явка в «Нетопыре» оказалась провалена, я затрудняюсь сказать, где оно теперь есть.
— Может быть, дорожные сумки наших врагов подскажут нам это?
— Может быть, — задумчиво ответил сэр Алан, отторочивая какой-то мешок от седла каурой лошадки, — На этой кобылке, похоже, ехал почтенный Ромаро Сил, ныне почивший в бозе, так что это, думается, его вещи. Сейчас мы их проверим…
Увы, тщательный осмотр вещей не дал ничего. В мешках оказалось некоторое количество еды, парочка запасных плащей (в один из которых, начавший мерзнуть в порванном камзоле Лавора не замедлил завернуться), кой-какие дорожные мелочи и кругленькая сумма в серебре.
— Живем! — присвистнул Лавора, подбросив увесистый кошель, — Вот так вот люди замки и покупают. Сэр Каа, давайте-ка галопом в Даэло.
— А вы не опасаетесь засад на дорогах? — спросил дракон.
— Опасаюсь, — вздохнул сэр Алан, — Но других вариантов не вижу.
— Что ж, — Каах пожал плечами, — Тогда едемте.
Лавора вскочил в седло.
— Там, в комнате, вы хотели мне что-то сказать?
Дракон смерил советника долгим взглядом и, наконец, произнес:
— Н-нет… Не берите в голову.
Сэр Алан пожал плечами и взял с места в карьер. Здание, незадолго до этого бывшее трактиром «Нетопырь», с грохотом просело и вырвавшиеся наконец на волю языки пламени озарили окрестности.
Глава пятая
Путь был неблизкий, а Лавора и Каах торопились, отчаянно погоняя коней, так что поговорить у них не получилось. Лишь меняя лошадей — не бросать же такой подарок судьбы у руин «Нетопыря» — они перекидывались короткими фразами, а затем вновь припускались по ночной дороге — Лавора впереди, дракон на полкорпуса сзади.
Ночь была светлой, яркая луна светила с небес и ни одно облачко не закрывало лик ночного светила. Лиги мелькали под копытами коней одна за другой, поместье Даэло, а с ним и безопасность, приближались с каждым часом.
Первый советник правил на чистом автоматизме, не вглядываясь в дорогу. Он думал, и чем дальше, тем безрадостнее были его мысли.
Два провала за один день — это многовато. Это, если желаете, показатель. Оставалось решить — показатель чего, непрофессионализма, или… В «Нетопыре» его — именно его — ждали, тут никаких сомнений у Лаворы не возникло. И ждали одного, иначе врагов было бы не трое, а, хотя бы, пятеро. Появление советника со спутником спутало неизвестному противнику карты и не дало взять его живым, как это ухитрился сделать Виризг. Впрочем, чего-то подобного выходке аазурцев он и ожидал, так что с ними схватка была выиграна еще до ее начала. Но кто, Бездна их всех забери, напал в трактире?!! Саагорцев он скинул с хвоста еще у Даэло — уж в мастерстве леди Лютии сомневаться не приходилось, так что неизвестный (пока, но у Лаворы было ужасное желание познакомиться) «ужик» наверняка ошивается где-то в окрестностях усадьбы сэра Вазмы… если тот, конечно, его еще не изловил. Даэло профессионал каких мало, а саагорцы как раз его специфика — не зря же он пять лет проторчал в этом королевстве, изображая жуткую и безответную страсть к графине Эльсарти, перерезал на дуэлях кучу саагорских сэров, создал развернутую агентурную сеть, предотвратил две войны, при этом ни разу не вызвал ни малейшего подозрения, и попросился обратно в Айко только тогда, когда графиня (которую он, на самом деле, терпеть не мог) собралась уступить его напору.
Аазурцев Лавора в расчет и вовсе принимать не собирался, по крайней мере еще день — когда выяснится, что захватившая его группа исчезла. Тогда резидентура Аазура зашевелится, начнет поиски, но вряд ли что найдет. Дилетанты они все-таки. Да даже выйди они на лучников сэра Райдона — что они могут узнать?!! Схватили каких-то аазурских бандитов за нападение на благородного сэра помятой наружности — так их едва не каждый месяц хватают за такие дела. Правда, в отличие от сэра Валентайна, остальных обычно отпускают.