«...С момента катастрофы у российского руководства не было другой цели, кроме как скрывать правду. Это началось 12 августа. В этот день, как рассказывают пожелавшие остаться неназванными информированные источники, Главком ВМФ Куроедов ожидал повышения по службе. Приказ уже якобы был подписан. Куроедов ждал подтверждения, и тут пришла новость о взрыве на «Курске». Именно поэтому главком информировал всех неправильно и слишком поздно...»
Вообще-то, всем давно ясно, что главной целью российского руководства были все же спасательные работы. Это более чем очевидно. Кроме того, никакого повышения 12 августа ГК ВМФ не ждал хотя бы потому, что ни с одной из вышестоящих должностей в то время никто не уходил. О времени информирования президента и министра обороны о случившемся мы уже говорили с указанием конкретного времени. Там все было сделано вовремя. Ну а кто эти таинственные «информированные источники»? Откуда они? Хоть бы намекнул журналист. Однако читаем далее.
«...История катастрофы в Баренцевом море — это история лжи и подтасовок. Сначала военное руководство оказалось в полном смятении, потом общественности были представлены три версии, которые должны были снять ответственность с военного руководста. «Курск» натолкнулся на немецкую мину времен Второй мировой войны, «Курск» столкнулся с натовской подводной лодкой или же на его борту взорвалась торпеда.. Только один подводник согласился говорить о «Курске». Он пьет третью рюмку коньяка, не рассказывая ничего такого, что могло бы серьезно повредить репутации российского военно-морского командования... 21 августа начальник штаба СФ вице-адмирал Михаил Моцак приказал петербургским подводникам хранить молчание...»
Насчет полного смятения я умолчу, ибо в первые дни руководству ВМФ было не до СМИ, оно занималось спасательными работами, а не болтовней на брифингах. Что касается версий, «снимающих ответственность», то любая из них, наоборот, эту ответственность подразувевает: если мина, то почему ее не вытралили, если столкновение с иностранной подводной лодкой, то почему она проникла в район учений, если внутренний взрыв, то каким было техническое состояние подводной лодки? Пьющего же третью рюмку коньяка и молчащего при этом подводника можно оставить на совести автора. Понять его обиду на собеседника, впрочем, можно: ушлый подводник и весь коньяк выпил, и нового ничего не сообщил... Надул, получается! Обидно! Непонятно и то, как и что мог начальник штаба СФ приказывать отставным офицерам. Они-то уж ему никак не подчиняются, так как, пребывая в отставке, получают законные пенсии и говорят, что хотят и где хотят. Приказывающий отставникам адмирал — это уже нечто из области фантастики даже для западного читателя! Однако пойдем дальше.
А дальше немецкая газета живописует, как «Курск» был утоплен ракетой с «Петра Великого» Эту страшную тайну журналистам поведал некий морской офицер Сергей Овчаренко, который видел якобы этот кошмар с мостика крейсера. Увы, такого офицера на «Петре Великом» никогда не было. Но «Берлинер цайтунг» пишет: «...В действительности несколько человек независимо друг от друга подтвердили, что такой офицер все же вполне реален... Но он больше ни для кого не досягаем...»
Вот это интрига! Может, неизвестного офицер а-правдолюба уже и жизни лишили или упекли куда-нибудь, иначе как понимать последнюю фразу? Но бог с ним, с этим невесть откуда появившемся и невесть куда канувшем дальнозорком офицере, далее нас ждут вещи еще более невероятные. Читаем:
«...В это же время военное командование собрало всех офицеров «Петра Великого» в военно-морской академии Санкт-Петербурга. Там профессор Доценко, спичрайтер (?) адмирала Моцака, представил офицерам еще одну версию гибели российской подлодки: «Курск» был потоплен торпедой, по ошибке выпущенной с американской подводной лодки «Мемфис». Военнослужащие, в августе проходившие срочную службу на «Петре Великом», в сентябре были досрочно уволены в свои деревни. Остальные переведены на другие корабли Северного флота. Свидетели исчезли. ...Бывший командир «Курска» Александр Лесков, переживший катастрофу на советской подводной лодке К-3, был категоричен: «Не было никакого столкновения с другой подводной лодкой... Причиной трагедии стал мощный удар внешнего происхождения, больше в настоящее время сказать нельзя...» Но даже Лесков не сообщил о том, что 14 ноября командование снова собрало всех бывших подводников в Санкт-Петербурге, приказав офицерам хранить молчание до следующего лета... Итак, десятки журналистов ждут. Они уже видели клоунов и слонов, только вот водолазы все не появляются. Их выход пока откладывается».
Удивительно все же, для чего надо было снимать всех офицеров с атомного крейсера и везти их в Петербург слушать тамошнего профессора? Не дешевле было бы профессора привезти на крейсер? Не менее удивителен и тот факт, что все офицеры «Петра Великого» повышают свои знания в Питере, а их корабль в это время выходит то и дело в море. Кто же его водит, уж не те ли безвестные моряки, которых столь безжалостно сослали по деревням, во главе с неутомимым мифическим Овчаренко! Свидетели исчезли?! Куда? Им что, трудно дойти с соседнего корабля или приехать в поисках правды из своей деревни?
Еще более любопытна личность «бывшего командира» «Курска». Судя по возрасту и должности, он родной дедушка нашего Овчаренко. Как известно, авария на К-3 произошла в 1967 году. Даже если тогда таинственному А. Лескову было слегка за двадцать, то к моменту спуска на воду «Курска» он давным-давно разменял уже шестой десяток. В таком возрасте только на атомных лодках и плавать! Впечатляет и сам рассказ этого «дедушки российского подводного флота». «Дедушка» вроде бы и категоричен (как утверждает автор), но ничего при этом толком не говорит. Вообще-то за недолгую жизнь «Курска» на нем было всего два командира: первый — Виктор Николаевич Рожков и второй — Геннадий Петрович Лячин. Получается, корреспондента немецкой газеты кто-то опять надул с коньяком! Ну нельзя же дважды наступать на одни и те же грабли! Так никакого коньяка не наставишься!
Но и этот эпизод, в общем-то, мелочь в сравнении с тем, что повествует нам автор дальше. А дальше, если верить информации некоего журналиста Г. Мрозека, командование ВМФ России втайне от мировой общественности провело гигантскую общенациональную акцию — экстренный сбор в Питере всех бывших моряков-подводников! Учитывая численность и продолжительность существования нашего подводного флота, их должно было съехаться туда со всех концов необъятной России никак не менее полутора миллиона человек! При этом каждого ветерана надо было привезти-отвезти, поить-кормить, и все ради того, чтобы этот самый ветеран при встрече с журналистами молчал до следующего лета. Потом пусть себе говорит, а пока надо помолчать! Что вообще может рассказать человек, уволившийся с флота несколько десятков лет назад и проживающий за тысячи верст от места трагедии! Ладно, пусть командование ВМФ все равно боится, что они поведают некую только им известную тайну о «Курске». Однако скажите мне, какой бюджет какой страны выдержит такие столь многочисленные сборища? А еще говорят, что мы плохо живем! Что же касается сравнения наших ребят-водолазов со слонами и клоунами, которым автор завершает свой опус, то за подобное хамство еще совсем недавно просто выводили к барьеру...
Но Запад есть Запад, здесь все понятно. Ничего другого и ожидать не следовало, ибо нет большей радости, чем горе у соседа. Обидно иное, то, что не лучшим образом повела себя и отечественная пресса.
Чего стоят издевательские заголовки некоторых газетных статей: «Как нам врали», «Крах имперских иллюзий», «Почему молчал подводник Путин?» «Никакой спасательной операции нет!» «Трагедию «Курска» спровоцировал синдром «Титаника», «Маршал Сергеев похоронил экипаж лодки», «Спасать или делать вид?», «Как не спасают «Курск», «Курск» могут спасти только погода и НАТО», «Деньги не пахнут? Скоро ли на кораблях, проводящих спасательную операцию, разместят рекламные щиты», «Подводников губят амбиции адмиралов» и так далее...