11.18. Водолазы от аварийно-спасательного люка подводной лодки убраны. Возле люка находятся 2 необитаемых аппарата. Один — без возможного движения, он транслирует видеоизображение. Другой — с возможностью движения и манипуляторами. Начинают работать.
12.00. КИЛ-143 ошвартовался в Североморске.
12.22. Доклад начальника УТТАСР ВМФ контр-адмирала Г. Верича: «В результате совещания сделан вывод о нецелесообразности использования LR-5. В связи с тем что технология проникновения в отсек подводной лодки подразумевает отсутствие воды в АСЛ и в отсеке, применение LR-5 технически невозможно по той же причине, что и наших аппаратов. На комингс-площадке имеются царапины и сколы под углом 30 градусов».
12.52. Норвежским судном произведен замер уровня радиации. Дозиметр показывает ноль рентген.
12.58. Доклад с «Морского Орла»: «Открыта нижняя крышка люка подводной лодки. Началось интенсивное выделение воздуха из 9-го отсека».
Выходящий воздух был страшным ответом на мучивший всех вопрос: есть ли еще в 9-м отсеке живые люди? Теперь было окончательно ясно, что с уходящими вверх пузырьками уходит и последняя надежда. Видеокадры этого момента спасательной операции обошли телеканалы всего мира: поток маленьких воздушных пузырьков, мчащихся вверх сквозь толщу воды.
Доклад Главнокомандующему ВМФ: «С подводной лодки продолжается интенсивное выделение воздуха. Возможно, 9-й отсек соединен с 8-м и так далее».
Доклад с «Морского Орла»: «Окончилось интенсивное газовыделение. Опустили камеру и попытались вести обследование в отсеке.Видимость неудовлетворительная. Сделали перерыв на один час, чтобы осели взвеси».
14.17.Установлено юридически точное время вскрытия аварийно-спасательного люка К-141:
-верхняя крышка люка — 07.36;
-нижняя крышка — 12.25;
-сильное газовыделение закончилось в 13.40.
Анализ оставшегося в 9-м отсеке воздуха показал, что содержание в нем кислорода не превышало 7 — 8 процентов. А как известно, человек теряет сознание и погибает, когда содержание кислорода уменьшается до 15 — 17 процентов. Скорее всего, эти 7 — 8 процентов остались после интенсивного горения, о чем свидетельствовала и сильно поплавленная пластмассовая схема, висевшая в кормовом отсеке как раз под аварийно-спасательным люком. Именно тогда стало ясно, что, даже если бы АСЛ не был деформирован от взрыва и спасателям удалось присосаться к комингс-площадке, никого спасти они все равно бы уже не смогли.
15.18.Катер с «Адмирала Харламова» поднял всплывшие с подводной лодки предметы: фрагменты бумажного ящика с латинскими буквами.
Рассказывает отец погибшего на «Курске» мичмана Александра Парамоненко капитан 2-го ранга запаса А. В. Парамоненко: «По прибытии в Видяево собрались мы, родственники погибших, и решили послать в район спасательных работ наших представителей. Нас отправилось трое: капитан 1-го ранга запаса Митяев, капитан-лейтенант запаса Исаенко и я. У нас с Митяевым на «Курске» были сыновья, а у Исаенко — брат. Нам дали вертолет, и адмирал Попов приказал предоставлять нам все требуемые документы и показывать абсолютно все. Мы побывали на «Петре Великом» и на «Михаиле Рудницком». Я лично скрупулезно проверил вахтенные журналы хода спасательной операци, акустиков и так далее. Скажу честно, думал, что найду какой-либо подлог или нестыковку. Но все было четко! Претензий у нас не было никаких. Прощаясь, мы поблагодарили ребят за то, что они сделали все возможное и невозможное для спасения наших близких».
Что ж, наверное, оценка работы спасателей, данная родными погибших моряков, и есть самая верная и правдивая оценка.
15.55.Получено приказание начальника штаба СФ морскому буксиру МБ-100 и плавкрану ПК-7500 следовать в базу.
16.24. Доклад с «Морского Орла»: «Необитаемый аппарат находится в районе люка и манипуляторами пытается достать устройство, с помощью которого был открыт люк. Поток воздуха из затонувшей подводной лодки продолжается, но с меньшей интенсивностью. С правого борта «Морского Орла» опущен трос, на конце которого устройство типа «кошки».
16.35. В район люка подошел водолаз.
16.56.Водолаз продолжает работу в районе люка, убирает лишнее оборудование.
17.35. Доклад начальника УПАСР ВМФ контр-адмирала Г. Верича Главнокомандующему ВМФ: «Продолжает работать необитаемый аппарат, производит осмотр отсека. Водолаз стоит на комингс-площадке и управляет аппаратом. Последовал доклад о полном отсутствии всяких признаков жизнедеятельности в отсеке».
20.15. Доклад с «Морского Орла»: «Два водолаза находятся у горловины спасательного люка на корпусе подводной лодки до решения вопроса о продолжении работ, осматривают свой спасательный аппарат.
21.00. Командующий Северным флотом адмирал В. Попов выступил по телевидению. Он сказал: «Я сейчас хочу обратиться к женам, матерям, к отцам, детям наших погибших подводников. Родные наши, сегодня в ваш дом пришло огромное горе. Трагедия для вас, горе для нас. Но эта трагедия и горе для всего флота, как и для командующего. Нет вины экипажа в том, что произошло. Обстоятельства были настолько катастрофическими, что после столкновения, я в этом уверен, большинство членов экипажа не прожили и трех минут. Я постараюсь все сделать, я буду стремиться всю свою жизнь, чтобы посмотреть в глаза тому человеку, кто эту трагедию организовал. Я хочу попросить вас, женщины: растите своих сыновей достойными отцов. Подводники выполнили свой долг до конца. Они честно служили своему Отечеству. Мы здесь, пытаясь спасти людей, сделали все, что было в наших силах, и сверх того. Три тысячи моряков Северного флота занимались спасением корабля, экипажа, но обстоятельства оказались сильнее нас. И сегодня действительно еще раз убеждаешься в том, что нет нигде такого равенства перед судьбой, как у экипажа подводной лодки, где все либо побеждают, либо погибают. Горе пришло, но жизнь продолжается. Растите детей, растите сыновей. А меня простите. За то, что не уберег ваших мужиков».
22.30. Доклад с ВПК «Адмирал Харламов»: «На «Морском Орле» поднят водолазный колокол на правый борт».
"21 августа. Лишь тот, кто не знает Ирину Шубину, может не понять ее улыбку.
— Держусь! — она улыбнулась с достоинством человека, знающего себе цену.
Мы обнялись. Пройдет еще два дня дня, прежде чем она сорвется в истерике.
С утра приехали представители Кольской администрации, предлагают продукты, одежду, деньги. Их разместили в свободном углу комнаты для кружковой работы. В другом углу — юристы. Дальше — психологи. Остальное место занимают врачи со своими кроватями. Все перемешалось. В приемной — оперативный штаб. В инструкторской — телеграф. В зале для бальных танцев — финчасть.
Аэропорт в Мурмашах. Журналисты охотятся за военными. У одного под мышкой куртка, из-под которой высовывается «дуло» телекамеры. Автобусы въезжают прямо на поле. Нас предупредили, что перед вылетом родственники услышали в аэропорту сообщение, что живых, вероятно, нет...