— Так как?
— Скучны, — с готовностью отозвалась Роми. Она не хотела покидать его квартиру, но когда он предложил ей остаться, покачала головой:
— Не могу. Сегодня не могу.
— Твой второй ответ дарит несчастному юноше крошечную надежду.
— Ты несчастлив? — грустно переспросила она.
— Что ты! Теперь я не усну всю ночь. Достанется завтра бедному Францу.
Любовники решили не зажигать свет и в темноте разыскивали свою одежду, поминутно натыкаясь друг на друга и целуясь. Ален высадил девушку у отеля около полуночи. Они с сожалением разжали объятия и расстались до утра. Магда Шнайдер ждала дочь в гостиной.
— Где ты пропадала так долго? — грозно спросила она.
— Мама, кругом соседи, — ответила Роми. — Не кричи, я устала и очень хочу спать.
— Странно, что ты вообще вернулась. Завтра мы поговорим, а сейчас иди в свою комнату.
— Спокойной ночи, — сказала девушка и скрылась за дверью, радуясь, что мать не устроила скандал из-за ее позднего возвращения.
Фрау Шнайдер долго не могла уснуть. Она справедливо подозревала, что у ее дочери начался роман с Делоном. С каждым ответом Роми она почти физически ощущала, что теряет ее, а это было недопустимо.
Во время съемок глаза Роми сияли, Ален заговорщицки улыбался, и хотя они ни разу не уединились чтобы поболтать, все окружающие поняли, что между ними что-то произошло. Гаспар-Уи заметил:
— Они удивительно красивая пара. Разве они могли не влюбиться друг в друга?
Корреспондент газеты “Фигаро” был в тот день единственным представителем прессы на съемочной площадке. Он оказался достаточно проницательным, чтобы на основе сделанных наблюдений написать большую статью, которую разместили в ближайшем выпуске газеты. Сообщения о начавшемся романе Алена и Роми перепечатали и другие газеты, так как читателям понравилась эта тема. Им было приятно узнать, что молодые актеры, играющие роли влюбленных в романтической ленте, нашли любовь и в реальной жизни.
Через день после свидания в квартире Алена, они договорились вместе сходить в театр. За пару часов до начала представления, когда актер наводил порядок в квартире, ему позвонил Бриали.
— Привет, — сказал он. — Чем занимаешься?
— Жан-Клод, если ты хочешь позвать меня на вечеринку, то опоздал. Мы сегодня договорились встретиться с Роми.
— Жаль. У меня сейчас в гостях потрясающий преподаватель актерского мастерства. Думал познакомить вас. Кстати, есть вероятность, что студия оплатит твои занятия.
— Ты серьезно? — оживился Ален.
Роми была чудесной девушкой, но он должен был развивать свои актерские способности, чтобы стать знаменитым. В душе актера не долго боролись влюбленность и честолюбие. — Приятель, я позвоню своей девушке и перенесу встречу.
— Молодец! Приезжай, не задерживайся.
Повесив трубку, он сразу оставил в покое разбросанные по всей квартире вещи и попытался дозвониться Роми.
— Никто не снимает трубку, — ответил ему портье отеля.
— Вы уверены?
— Да. Только что я увидел на полке ключ от их апартаментов.
— В таком случае, я оставлю ей записку. Только, пожалуйста проследите, чтобы ее передали лично мадемуазель Шнайдер.
Актер быстро продиктовал сообщение, в котором говорил, что очень сожалеет, но не может сегодня вечером встретиться с ней и просит разрешения вымолить у нее прощение завтра. После этого он еще раз попросил портье вручить записку только самой девушке и уехал к Бриали. Служащий отеля положил записку рядом с ключом от ее номера.
Роми в это время обедала со своей матерью в кафе в парке Монсо. Магда Шнайдер мягко объясняла дочери, почему Ален не может быть ей достойным спутником:
— Он совершенно не воспитан. Я не удивлюсь, если он не окончил даже школу. Конечно, он красив, обаятелен, но у него к тебе не глубокое чувство.
— Мама, откуда ты знаешь? — раздраженно перебила ее Роми.
— Я присутствую на съемках и иногда слежу за ним. Он кажется безумно влюбленным, но это наносное. Скорее, ему льстит вся эта газетная шумиха вокруг вашего “романа столетия”.
— Я его люблю по настоящему.
— Плохо. Ты поймешь, как он к тебе относится и будешь страдать.
— Давай прекратим говорить об этом. Ален старается сделать карьеру, он добьется известности.
— Добьется, я не сомневаюсь. А пока ты поможешь ему выглядеть сносно в роли Франца, оплатишь его счета и позволишь эксплуатировать твою славу. Ладно, поговорим о другом, я чувствую, что ты меня не слышишь.
Роми быстро поела и нетерпеливо поглядывала на часы в ожидании встречи с Аленом. Они с матерью вернулись в отель, но на улице перед самым входом девушку отвлек поклонник, вежливо попросивший автограф. Она улыбнулась и взяла из его рук блокнот и ручку. Магда прошла к стойке забрать ключ, так как муж обещал не вернуться с деловой встречи поздно. Портье протянул ей ключ, но записку не отдал.
— Что это за бумажка? — заинтересовалась фрау Шнайдер. — Дайте-ка ее сюда.
— Это сообщение для мадемуазель Шнайдер.
— Что такое? Я — ее мать и хочу забрать записку, — повысила голос Магда.
Служащий не стал продолжать спор, так как их перепалка начала привлекать внимание других постояльцев отеля. Быстро пробежав глазами сообщение Делона, женщина засунула его в сумочку и подошла к дочери, только что появившейся в холле.
— Мама, скоро приедет Ален. Я переоденусь и спущусь вниз.
— Хорошо, — холодно ответила фрау Шнайдер.
Когда Роми в черном вечернем платье вышла из своей комнаты в гостиную, мать остановила ее:
— Ты изумительно выглядишь. Сегодняшний поклонник, подошедший к тебе, был далеко не единственным мужчиной, восхищенным тобой. Подожди своего влюбленного неуча здесь, а то пол-отеля сбежится на тебя посмотреть.
Девушка улыбнулась похвале матери и решила, что это разумное предложение. Она уселась в кресло рядом с телефоном и стала листать журнал. Прошло десять минут от назначенного времени встречи, а звонка от Алена все еще не последовало. Роми заволновалась и спустилась в холл отеля, но не обнаружила там молодого человека. Портье, записавший его сообщение, сменился, и никто не мог рассказать ей о записке. Она прождала внизу пятнадцать минут и расстроенная вернулась в номер.
— Что случилось? Он не пришел? — заботливо спросила ее мать.
— Нет, наверное что-то случилось.
— А может, опять повел девицу в “Кафе-де-Пари”,- не удержалась от резкого замечания Магда.
— Мама, перестань! Он не звонил?
— Нет, никто не звонил. Даже Ганс куда-то пропал.
Роми проследила за матерью, и когда ты вышла из комнаты, бросилась к телефону. Пять раз она набирала номер Алена, но он не отвечал. Девушка была глубоко уязвлена. Просидев еще двадцать минут в гостиной, она ушла и заперлась в своей комнате.
Магда Шнайдер праздновала победу. Она знала, что дочь тяжело переживает обиды и не скоро согласится помириться с Делоном. “А может и вообще никогда его не простит”, подумала она с удовлетворением. Записку актера она порвала и выбросила, пока дочь ждала его в холле отеля.
Следующим утром Ален подошел к Роми поздороваться и не получил ответа на свое приветствие.
— Малышка, ты обиделась? Прости, я на самом деле не мог вчера приехать.
Роми отвернулась и опять ничего не сказала. Ален решил, что это капризы избалованной девчонки и ничего больше не добавил. В конце концов, он оставил записку. Причину своего отсутствия актер считал уважительной, ведь он старался повысить свой профессиональный уровень, стать ровней ей.
Роми плохо играла в тот день и казалась усталой. С Аленом она демонстративно разговаривала только на съемочной площадке. Режиссер проклял влюбленность молодых актеров, когда понял, что потерял из-за их ссоры целый день, а журналисты посвятили их размолвке столбцы в разделе светской хроники.
В обед Делон подошел к своему другу Жан-Клоду Бриали и пожаловался на поведение Роми.
— Может, не стоило мне вчера отменять встречу. Знаешь, ведь наши отношения начались недавно, и она так мечтала сходить в театр, — в заключение сказал он.