- Не надо, - нашел в себе силы ответить победитель.
- Тогда прощайте.
Пауль ван дер Хам долго смотрел в закрытую дверь. Потом поднял трубку и приказал адъютанту найти сержанта Накатоми.
- Я слушаю вас, господин, - поклонился верный сержант, появившись в кабинете.
- Я принял решение отправиться к предкам, - ответил ему контр-адмирал. - Ты поможешь мне, как это принято у вашего народа?
- Я был счастлив служить вам, господин Пауль. Все эти годы. Я не оставлю вас.
Ван дер Хам опустился на колени, прямо на дощатый пол кабинета. Не было времени искать специальный японский коврик. Достал из кобуры позолоченный "керрр" сорок пятого калибра, снятый четыре года назад с испанского офицера на северном берегу Новой Голландии. Взвел курок. Глубоко вздохнул. И тут же, быстро, чтобы не успеть передумать, приставил дуло револьвера к виску и нажал на спуск. В то же самое мгновение сержант Накатоми опустил свой меч на шею контр-адмирала.
Когда все было кончено, верный японец подобрал "керрр", выпавший из безжизненной руки командира, и вторую пулю пустил себе прямо в рот.
- Товарищи! - повысил свой голос канонир Овчинников. - Вы понимаете, что произошло, товарищи? Позорное поражение прогнившего царского режима ясно всем показало продажность и гнилость существующей системы! Взгляды передовых сил всего мира сегодня прикованы к Порту Жемчужному, где отсталая и феодальная царская…
- Слышь, ты, пропагандон, - покосился на Овчинникова пожилой матрос. - Заткнулся бы ты, братец, по-хорошему. И без тебя тошно.
- Вы не понимаете, товарищи! Продажные царские адмиралы…
- Заткни варежку, тля, я те сказал! Вот прямо щас заткни!!!
Овчинников обиделся и сел на ближайший ящик, продолжая бормотать под нос о темных силах реакции.
- Герр маршал, к вам какой-то террорист, - доложил адъютант.
- Террорист? - удивился Сиберг. - Какой еще террорист?
- Простите, герр маршал… Альбионец.
- Ах, этот молодежный сленг, - покачал головой белголландец. - А как вы называете обитателей оазиса Эребус? Даже спрашивать боюсь. Ладно, просите его. Как его зовут?
Майор Джеймс Хеллборн перед визитом к столь высокому гостю попытался привести себя в порядок, но ночное путешествие через полуразрушенный порт и эпицентр боевых действий заметно на нем отразилось.
- Майор Хеллборн, если не ошибаюсь? Прошу вас, садитесь. Рад, очень рад вас видеть!
- Я даже догадываюсь почему, - коварный альбионец изобразил вежливую улыбку.
- Я даже не стану от вас скрывать! - воскликнул Вице-маршал. - Вы первый иностранец, посетивший с официальным визитом первого белголландского губернатора Гавайских островов!
- Губернатора? - переспросил Хеллборн.
- Прошу меня извинить, я хотел сказать - штатс-протектора, - уточнил Сиберг. - Губернаторов на эти райские острова назначали русские захватчики и империалисты. Теперь, когда мы помогли свободолюбивым гавайским народам сбросить ненавистное петербургское иго, последнее, что мы собираемся делать - это превращать Гавайи в свою провинцию или, не дай Бог, в колонию. Но будет неразумным с нашей стороны бросать добродушных аборигенов на произвол судьбы. В настоящее время гавайцы вне всякого сомнения нуждаются в защите от грядущего российского посягательства. Поэтому здесь временно - исключительно временно - останутся наши гарнизоны. Временный протекторат. А я - временный штатс-протектор. К вашим услугам!
- К счастью, наше консульство совсем не пострадало, но по вашей милости мы остались без корабля, - альбионский офицер стоически выдержал лекцию маршала до конца. - Нам бы хотелось вернуться домой.
- Тысячи самых искренних извинений! - вскочил белголландец. - Я немедленно предоставлю вам новый корабль за наш счет. Правительство Белголландской Империи и Ее Доминионы с удовольствием оплатят все расходы! Новый корабль - лучше прежнего! Хотите один из трофейных русских крейсеров?!
- А может лучше один из ваших? - спросил Хеллборн. - Русские могут обидеться. К тому же я просто не имею права принимать такие решения без консультаций с альбионским Сенатом.
- Но вы сможете предоставить Сенату соответствующий доклад? - ласково улыбнулся Вице-маршал. - Я от всей души на вас надеюсь, герр Хеллборн. Конечно, вы получите один из наших кораблей. У нас столько трофеев, что мы не обеднеем. Разумеется, - спохватился викс, - многие бывшие русские корабли войдут в состав молодого Гававайского Королевского Флота. Или Республиканского. Аборигены еще не решили.
- Республика - наилучшая форма правления, - машинально ответил впитавший с молоком матери альбионец.
- Совершенно с вами согласен, - кивнул Сиберг. - Белголландия и все Ее Доминионы являются республиками. Я всегда говорил, что у нас с альбионцами много общего. И никаких противоречий. Мы должны тщательнее присмотреться к друг другу, мы - белголландцы и альбионцы. Я вижу уже в ближайшем будущем обширное, взаимовыгодное сотрудничество и крепкий братский альянс наших великих и свободных держав!
- Звучит заманчиво, - пробормотал Хеллборн, - но не мне принимать решения.
- Но вы можете на них повлиять! - снова напомнил Вице-маршал. Наклонился чуть ли не к самому лицу гостя и прошептал как заправский заговорщик: - Вдвоем мы надерем задницу всему остальному миру. И саксам, и франкам, и папистам. Нам делить нечего, но мы сможем поделить всю остальную планету. Подумайте об этом, герр майор. Это будет славная битва.
Когда за альбионцем закрылась дверь, в кабинете снова появился адъютант.
- Русский генерал здесь, как вы и приказали.
- Пусть войдет, - кивнул Вице-маршал Сиберг.
Князь Воздвиженский немного пришел в себя и воспрянул духом. В конце концов, он оказался в плену у цивилизованных белых европейцев и христиан. Что ж, они честно выиграли эту битву. Надо уметь признавать свои поражения! Да и пусть забирают себе эти дурацкие острова. Империя не обеднеет. Все равно никто толком не знал, что с ними делать. А с белголландцами надо срочно заключать мир и дружить. Против наглых британцев и лягушатников.
- Как вы уже знаете, герр Воздвиженский, мы готовы немедленно освободить вас, - начал Вице-маршал, предварительно усадив дорогого гостя в лучшее кресло (даже альбионец Хеллборн сидел в креслице попроще). - Вас и всех ваших офицеров, готовых дать слово, что они больше не поднимут оружие против белголландских флагов.
- Разумеется, вы его охотно получите, - добродушно кивнул генерал. - Что же касается моих офицеров, то право…
- Потом, потом, - как можно более вежливо прервал его штатс-протектор молодой Гавайской Республики ("Да, именно так мы ее и назовем", - твердо решил герр Сиберг. - "Назло всевозможным монархистам!") - Но прежде чем мы расстанемся, у меня к вам небольшая просьба. Мы бы хотели торжественно и с воинскими почестями похоронить некоторых российских солдат и моряков, погибших в ходе сражения. Это будет красивый жест, символ примирения, ет сетера. Ну, вы меня понимаете.
- Конечно, конечно, - закивал князь. - Если вам так будет угодно. Но причем здесь я?
- Мы бы хотели, чтобы вы произнесли небольшую речь над гробами, - пояснил вице-маршал Виктории. - Если вас не затруднит, конечно.
- Не знаю, стоит ли мне, - замялся Воздвиженский. - Быть может, кто-нибудь другой…
- Вы же хотите еще сегодня отправиться домой? - в который раз улыбнулся герр Сиберг.
- Да, но…
- Вот и прекрасно! Значит, мы договорились. Вот текст речи. Учить наизусть необязательно, можно читать прямо по бумажке. Там же список погибших солдат и офицеров, которых мы отобрали для этой церемонии, - добавил Вице-маршал. - Фамилии расположены в алфавитном порядке, так вам будет удобнее.
Князь пробежал список глазами.
- Унтер-офицер фон Блюхер… Поручик Гримальский… Ефрейтор Карташвили… Подполковник Кемпебелл… Рядовой Нутелькут… Фельдфебель Тер-Петросян… Рядовой Фишер… Лейтенант Фогель… Рядовой Хубилаев… Капитан фон Шварценберг… Поручик Яблонский… Вы издеваетесь, господин маршал? Здесь же нет ни одной русской фамилии!