— Вот этот подойдет, — кивнул Львинолап, останавливаясь перед зарослями папоротника. Он крепко ухватил зубами зеленые стебли и вырвал их из земли.
Остролапка тоже взялась за дело. Вскоре на полянке выросла целая груда папоротника, и Львинолап громко позвал Лисенка.
— Идем! — хором отозвались из кустов шустрые брат и сестра.
— Думаю, этого хватит, — одобрительно заметил Львинолап и подхватил целую охапку папоротников. Остролапка аккуратно сложила рассыпавшиеся стебли и взяла в пасть первую кучку. Она так устала, что в глазах у нее все расплывалось, и ей казалось, будто лес раскачивается, как дерево в сильный ветер.
— Мы бы все равно победили, — пропыхтел Львинолап, когда они подошли к ограде. — И без всякого знамения.
«Уверен?» — с сомнением подумала Остролапка и сделала шаг в сторону, чтобы не наступить на тонкий кровавый след, протянувшийся из леса к лагерю. Она чувствовала, что этой ночью все четыре племени утратили что-то очень важное, но она пока не понимала, что именно.
Когда они вернулись, Белка по-прежнему лежала неподвижно. Воробушек сидел возле нее. Заслышав их шаги, он встал и потянулся.
— Подложите под нее мох, — велел он. — Земля очень твердая, ей жестко лежать.
Остролапка подсунула мох Белке под плечи, протолкнула его под загривок и очень осторожно разложила несколько клочков вокруг живота. Рыжая Белкина шерсть стала жесткой от спекшейся крови и пахла травами. Ромашка уже принесла из детской целую охапку перьев, и пока Львинолап вместе с оруженосцами обкладывали раненую папоротниками, Остролапка проложила листья перышками, чтобы матери было еще теплее.
Когда все было закончено, Воробушек снова уселся возле Белки и положил голову ей на плечо.
— Идите, поешьте! — крикнул Ежевика. В куче осталось всего несколько кусочков, но сегодня воинам было не до охоты.
Львинолап направился к куче, а Остролапка осталась возле матери. Она слишком устала, чтобы думать о еде, и сердце ее окаменело от горя. Она решила никуда не уходить от Белки, а тихо сидеть возле ее головы и тихонько дуть на холодные уши и закрытые зеленые глаза.
«Пожалуйста, не покидай меня! Я не переживу, если эта битва заберет тебя у меня!»
Глава XVIII
Львинолап проглотил последний кусочек и облизнулся. Он почти не почувствовал вкуса, зато в животе перестало урчать от голода. Оруженосец посмотрел на солнце, ослепительно сиявшее в высоком голубом небе. Что если оно опять исчезнет?
«Что случилось?» — снова прозвучал в его ушах испуганный крик Вересколапки.
Много что случилось.
Он больше не мог доверять Вересколапке. Не мог доверять солнцу. Отныне он верил только себе и своему племени.
Поляна медленно пустела, Грозовые коты расходились по своим палаткам, чтобы как следует выспаться.
Белка лежала на наспех устроенной подстилке, Остролапка и Воробушек сидели над ней. Листвичка тоже пришла проведать раненую.
— Иди, отдохни, — сказал целительнице Огнезвезд.
Листвичка устало пошатнулась и помотала головой.
— А раненые?
— Яролика присмотрит за ними и позовет тебя, если будет нужно, — ответил Огнезвезд и посмотрел на одноглазую кошку, которая расхаживала от палатки к палатке, проверяя раненых.
— Ей тоже нужно поспать, — заспорила Листвичка.
— Ты выспишься и сменишь ее.
Листвичка поморгала, и усы ее задрожали от сдерживаемого зевка.
— Ладно, — сдалась она. — Но непременно разбудите меня, если что-то случится, — она вздохнула и снова взглянула на Белку. — Ты понял, Воробушек?
Остролапка еще ближе придвинулась к матери и уткнулась носом в ее ухо. Львинолап глубоко вонзил когти в землю и негромко зарычал. Если бы он только мог оказаться сейчас на месте Белки! Он бы непременно выиграл эту схватку за жизнь и, как всегда, остался бы победителем… Он горько вздохнул и повесил голову. Он знал, что эту битву его матери придется вести в одиночку.
Огнезвезд дотронулся носом до его уха и спросил:
— Не хочешь отдохнуть?
— Я не устал, — честно ответил Львинолап и прямо посмотрел в ясные зеленые глаза предводителя.
Огнезвезд моргнул первым.
— Ну хорошо, раз так. Иди со мной. Будем решать, что делать дальше.
Они вместе подошли к краю поляны, где уже сидели Дым, Уголек, Ежевика, Белохвост и Песчаная Буря. Заслышав их шаги, Песчаная Буря подняла голову и пододвинула Огнезвезду кусок кролика:
— На, поешь. Ты, наверное, очень проголодался.
— Поем после того, как куча снова будет полна, — сухо ответил Огнезвезд.
Песчаная Буря молча посмотрела на него, потом перевела глаза на оставшийся кусочек.
— Тебе нужны силы ничуть не меньше, чем остальным.
Огнезвезд покорно вздохнул, опустился на траву рядом с ней и откусил кусочек крольчатины.
— Спасибо.
Ежевика беспокойно ерзал на своем месте, глубокая рана на боку причиняла ему сильную боль. Львинолап проглотил закипающее в горле рычание. Сколько котов пострадало из-за предательства Вересколапки! Ну ничего, она еще за все ответит! Он сел и впился глазами в предводителя. Сейчас они придумают, как отомстить племени Ветра и Речному племени. Подлые трусы! Их нападение было вылазкой трусливых тварей, а не настоящих воителей. Но пусть не радуются, Грозовое племя заставит их дорого заплатить за такое вероломство!
— Как вы думаете, оно больше не исчезнет? — спросил Дым, нервно помахивая хвостом.
— Возможно, это только начало, — процедил Уголек. Он единственный еще не смыл кровь с лап и теперь задумчиво царапал землю окровавленным когтем.
— Нельзя поддаваться панике, — сказал Огнезвезд, проглотив последний кусок добычи. — Будем считать, что это был всего лишь знак, и ничего больше.
«О чем вы все говорите? — изумленно вытаращил глаза Львинолап. — Вас что, до сих пор интересует пропавшее солнце?»
— Но если это был не знак? — не успокоился Дым. — Что если солнце начало умирать?
— Но раньше оно никогда не гасло, — возразила Песчаная Буря. — С чего бы ему вдруг начать умирать именно сегодня?
— Раньше оно и не исчезало, — зловеще прошипел Уголек. — А вот сегодня взяло, да исчезло!
— Возможно, звездные предки послали нам этот знак, чтобы мы перестали сражаться? — предположил Ежевика.
— Но зачем посылать этот знак нам? — взвился Дым. — Мы не начинали войны и даже не готовились к ней!
— Может быть, это было всего лишь необычное облако, — легкомысленно отмахнулся Белохвост. Львинолап одобрительно посмотрел на него. Он знал, что Белохвост родился в гнезде Двуногих и так и не сумел поверить в Звездное племя.
— Откуда же оно взялось, это странное облако? — спросил Уголек и снова выпустил свои окровавленные когти. — И куда исчезло? Небо-то ясное!
Белохвост пожал плечами и буркнул:
— Всему на свете есть какое-то объяснение.
Дым взмахнул хвостом и сказал:
— Это сделало Звездное племя, больше некому!
«Да какая разница, кто это сделал и что это означает?» — хотелось крикнуть Львинолапу. Злость закипала у него в животе. Они должны выиграть битву с племенем Ветра! Нужно раз и навсегда покончить с этим, иначе Грозовые коты уже никогда не смогут спокойно спать по ночам. При чем тут какое-то дурацкое солнце? Нужно думать о войне, а не о знаках! Он так разволновался, что принялся расшвыривать когтями землю.
— Ты что-то хочешь сказать?
Львинолап вздрогнул и наткнулся на вопросительный взгляд Ежевики.
«Очень хочу!» — Львинолап поспешно вскочил и горячо воскликнул:
— Мы должны проучить племя Ветра! Они не смеют безнаказанно шастать по нашей территории и нападать на наш лагерь!
Но его отец отрицательно покачал головой и сказал:
— Мы пролили достаточно крови, Львинолап.
— Война закончена, — поддержал глашатая Огнезвезд. — Теперь нужно узнать, что означало исчезновение солнца.