Том поздоровался со всеми, но в ту же минуту его внимание переключилось на поиски Кента Аренса.
Он без труда обнаружил юношу, ведь тот на полголовы возвышался над всеми окружающими. Кент стоял у книжных полок и, склонив темноволосую голову, листал какой-то том. Его плечи казались еще шире из-за обтягивающей голубой клетчатой рубашки с короткими, до хруста отглаженными рукавами.
«Мой сын, — с колотящимся сердцем и вспыхнувшим лицом подумал Гарднер. — Пресвятая Дева, Матерь Божья… Этот мальчик — мой сын! — Сможет ли он когда-нибудь посмотреть на юношу и остаться спокойным. — Мой сын, вся жизнь которого до настоящего момента прошла мимо меня».
Кент поднял глаза, заметил, что за ним наблюдают, и улыбнулся.
Том улыбнулся в ответ и направился к Кенту, который ставил книгу на место.
— Здравствуй, Кент. Как прошел разговор с тренером Гормэном?
Такой взрослый, думал Том, восхищаясь тем, как держится этот молодой человек. Пожимая протянутую руку, он ощутил словно некий толчок. Если и существует такое чувство, как отцовская любовь, то он испытал его в ту же секунду, как коснулся руки сына: безрассудный взрыв эмоций и осознание своего отцовства.
Рукопожатие было коротким.
— Меня приняли в команду защитником.
— Хорошо, я рад это слышать.
— Большое спасибо, что устроили мне встречу с тренером, это очень помогло.
Они еще разговаривали, когда в зал вошла Челси Гарднер и, улыбаясь, поздоровалась со знакомыми ребятами. Миссис Берлатски сказала:
— Привет, Челси. Спасибо, что пришла нам помочь.
— Что вы, не за что.
— Угощайся — вот пирожные и напитки.
— Спасибо, миссис Берлатски.
Челси увидела накрытый стол в центре зала и подошла к нему. В короткой белой разлетающейся юбочке и ярко-розовом облегающем топе, она выглядела так, словно собралась на теннисный корт. Кожа Челси была загорелой, макияж — простым, ногти не накрашены, спадавшие на плечи волосы по бокам зачесаны наверх и скреплены гребнями, а челка задорно торчала. Девушка и двигалась с быстротой и ловкостью теннисистки. Она взяла банку с охлажденным апельсиновым напитком и, открывая крышку, оглядела толпу собравшихся. Отпив глоток, она заметила, что ее отец разговаривает с высоким, симпатичным темноволосым парнем, которого Челси никогда до этого не видела. Напиток был тотчас же забыт. «Ух ты», — подумала она и двинулась к ним. — Привет, папа, — широко улыбаясь, сказала Челси. Том обернулся, стараясь подавить тревогу, возникшую при появлении дочери. Когда предыдущей ночью она заглянула в их спальню и заявила, что сегодня придет на встречу с новичками, он не смог придумать никакого предлога, чтобы не пустить ее. И все равно это оказалось бы бессмысленным: как бы он сумел удержать дочь от встречи с Кентом Аренсом? Том приобнял ее за плечи:
— Привет, детка.
Но она не смотрела на отца. Все ее внимание сосредоточилось на Кенте, обычная дружелюбная улыбка играла на лице Челси.
— Это моя дочь, Челси. Она на год младше тебя. Челси, это Кент Аренс.
Девушка протянула руку.
— Привет.
— Привет. — Кент ответил на рукопожатие.
— Кент из Остина, в Техасе, — продолжал Том.
— А, ты тот самый парень, о котором папа говорил вчера за ужином.
— Да.
Кент взглянул на Тома, удивленный, что стал темой разговора в доме директора школы.
— У нас за ужином всегда обсуждаются всякие школьные новости, — ответил Том. — Можешь себе представить — мы все четверо проводим здесь целые дни.
— Четверо?
— Моя жена преподает в школе английский.
— А, конечно… Та самая миссис Гарднер. Я буду у нее учиться, — сказал Кент.
— Значит, ты — отличник по английскому, раз собираешься изучать усложненный курс, — вновь вступила в разговор Челси.
В эту минуту миссис Берлатски, взяв микрофон, произнесла:
— Всем доброе утро! Не стесняйтесь, берите пирожные и напитки, потом можете занять места и мы начнем.
Со словами «Мне надо еще повидаться с коллегами» Гарднер оставил молодых людей вдвоем.
— Не хочешь баночку чего-нибудь прохладительного? — спросила Челси. — Или пирожное?
— Пожалуй, напиток.
— А какой? Я тебе принесу.
— Да нет, не стоит.
— Это входит в наши обязанности, чтобы новички чувствовали себя как дома. Я сегодня здесь помогаю. Так какой? — Она уже спешила к столу.
— Пепси, — сказал Кент ей вслед.
Челси почти сразу же вернулась, протягивая ему холодную банку.
— Спасибо.
— Не за что. Давай присядем.
Они заняли места за столом, прихлебывая напитки, и не успели еще перекинуться словом, как миссис Берлатски снова подняла микрофон.
— Я хочу поприветствовать всех новичков, поступивших в школу Хьюберт Хамфри, и всех наших учащихся, которые пришли сюда, чтобы помочь новым ребятам освоиться. Такая поддержка очень ценна. Кто меня еще не знает — я Джоан Берлатски, одна из школьных кураторов. — Затем она представила остальных учителей и персонал, закончив речь словами: — И наконец, я собираюсь пригласить к микрофону мистера Гарднера, нашего директора, который пришел сюда, чтобы поприветствовать вас.
Челси смотрела, как ее отец вышел на середину зала и взял микрофон. Она почувствовала огромную гордость, как всегда, когда наблюдала, как он справляется со своими обязанностями директора школы. Хотя некоторые ученики и придумывали ему клички и писали про него всякие гадости на стенах, это были в основном или какие-нибудь дурачки, или наркоманы, или хулиганы и двоечники. Те, с кем дружила Челси, считали, что ее отец — человек справедливый, что он делает для учащихся все, что может, и относились к нему хорошо. И еще он не разжирел и не обрюзг, как многие мужчины его возраста. Отец Челси оставался стройным, всегда аккуратно одевался, хотя сегодня на нем была только желтая рубашка-поло и светло-коричневые легкие брюки — Челси знала, это для того, чтобы новички чувствовали себя проще. Она подумала, что он всегда добьется своего. Отец стоял, сунув одну руку в карман, и с доброжелательным выражением лица говорил в микрофон, оглядывая зал.
— Всем добро пожаловать. Кажется, у нас здесь человек шестьдесят, переехавших из других районов и штатов этим летом. Я представляю, о чем вы все сейчас думаете — какая она, эта новая школа, и каково вам будет приходить сюда пять дней в неделю, а некоторым проводить здесь еще и вечера. Мы собрались, чтобы ответить на ваши вопросы, показать вам здание, рассказать о наших учебных и спортивных планах… дать вам шанс немного узнать нас, а нам — познакомиться с вами.
Том и другие учителя по очереди рассказывали о правилах посещения школы, о главных мероприятиях года, о расписании работы столовой, пожарных учениях, об учебных кабинетах, правилах парковки автомобилей и о том, как избежать сексуальных посягательств. Тренеры рассказывали о правилах приема в различные спортивные кружки, о высшей школьной спортивной лиге штата и о спортивной программе школы.
Когда закончилось время вопросов и ответов, миссис Берлатски объявила:
— А теперь мы отпускаем вас. К каждому подойдет сейчас один из наших учеников, который выступит в роли личного гида, чтобы вы имели представление о здании школы. Мы разработали специальную программу помощи новичкам, чтобы вы буквально с первого дня чувствовали себя частью нашего школьного сообщества. Ваш гид будет оказывать вам всяческую поддержку не только сегодня, но и весь первый месяц. Сейчас я попрошу тех, кто высказал желание быть гидом, подняться.
Челси встала, оглядела других, поднявшихся со своих мест, и незаметно помахала нескольким друзьям Робби. Миссис Берлатски продолжала.
— Когда каждый из новичков выберет себе помощника, можете начинать обход здания. Проводники, не забудьте, пожалуйста, обеспечить всех школьными дневниками, и обязательно посетите радиоцентр, но только не все сразу, а то там возникнет толкучка. Некоторые могут отправиться в другие части здания, а потом снова вернуться сюда.
В зале поднялся шум, все встали с мест. Том взял микрофон.