Если мы предположим, что преимущества социального порядка в городе перечёркиваются его недостатками (плохой воздух, вечная пыль, шум и прочие раздражители наших чувств), всё, что остаётся на балансе, есть экономическая выгода жизни в городе. Взаимосвязь и сотрудничество между различными промышленностями в городе должны быть гораздо более выгодными, нежели существование изолированного производства в деревне. В случае с Берлином эта выгода чётко оцифрована, она стоит ровно 116 миллионов марок годовой ренты. Если бы этого не было, рост городов был бы невозможен.
Ни одна промышленность не может быть основана таким образом, чтобы сегодня на её заводах работало много работников, а завтра - никто или всего несколько; работник промышленного предприятия работает круглый год. В городах спрос на рабочую силу в разных отраслях промышленности более или менее выровнен, поэтому уволенный с одной фабрики может устроиться на другую. В этом плане работник защищён от безработицы на порядок выше в городе, нежели в деревне.
В деревне любой производитель будет испытывать острый недостаток общения и обмена опытом, для бизнесменов это представляет собой необходимый стержень их работы. Работники, которые получили разные профессии и опыт работы на разных рабочих местах, тоже представляют из себя ценность для городского промышленника, особенно, если сравнить его с конкурентом из деревни. Оставленный лишь на то, что у него есть в деревне, вынужденный работать лишь с теми, с кем он рядом живёт, лишённый обмена опытом с такими же как он, но из других отраслей промышленности и других стран, деревенский промышленник значительно отстаёт во всём в своей работе. Ему также не хватает тех удобств, которые имеет город в плане продажи произведённых продуктов. Ведь покупатели из разных областей и разных стран стекаются в город, ибо там они находят разнообразие товаров, причём все в одном месте. Городского промышленника посещают зарубежные гости, которые указывают ему на то, какими характеристиками должен по их мнению обладать производимый им товар, и, более того, дают ему ещё и ценную информацию по поводу состояния рынка в мире, сообщают, где какие цены и т. д. Деревенский промышленник всего этого лишён. Вместо того, чтобы принимать гостей у себя дома, он вынужден тратить своё время и деньги, чтобы ездить к ним. А информацию о ценах на сырьё, о состоянии рынка за границей, о платёжеспособности покупателя он должен добывать из таких источников, информация из которых вряд ли может рассматриваться как имеющую ценность.
К тому же, деревенскому промышленнику требуется запасаться всем сырьём в бОльшей степени, нежели его городскому конкуренту, который может просто купить то, что ему недостаёт тут же в городе; с другой стороны, если деревенский промышленник что-то упустит в своих покупках, что-то неважное, но нужное, скажем гвозди, то всё его производство может встать ровно до тех пор, пока недостающее не привезут из "города". Или машина сломается. Пока там механик из города прибудет для ремонта! А время идёт, производство стоит.
Вкратце, существует огромное количество неудобств, связанных с расположением производства не в городе, это и рабочая сила, и покупка сырья, и продажа готовой продукции, всего не перечислить... в общем, деревенский промышленник не может конкурировать с городским никак. Всё, на чём может сэкономить деревня - это рента на землю, вычтенная из очевидно ешё и МЕНЬШИХ затрат деревенского работника.
Поэтому только те отрасли промышленности могут нормально функционировать в деревне, которым нужно ровно столько земли, чтобы все недостатки ведения бизнеса в деревне уравнивались бы меньшей рентой; либо те, которые в силу их природы, не могут быть перенесены в города: лесопильни, кирпичные заводы, камнедробильные предприятия, либо те, которые запрещены из-за гигиенических причин: производство извести, цемента, дубильных производств и т. д., либо те, чьё очень простое технически производство позволяет тем не менее организовать управление прямо из города. Во всех остальных случаях производство выбирает город.
Теперь мы понимаем, откуда берутся деньги, чтобы заплатить 116 миллионов марок в год на ренту в Берлине, а также понимаем, что служит ограничением роста городов. Все преимущества работы в городах были чётко подсчитаны и собраны в карманах землевладельцев.
Если город растёт, растёт и его экономическое преимущество - растёт и рента (арендная плата на землю в городе). Если же рост ренты на городские земли превышает преимущества, которые может поиметь промышленность в городе, будучи в нём основанной, то рост города прекращается.
Если вы желаете использовать в своём бизнесе то, что может вам дать город в качестве очень полезных вещей, вам надо будет платить землевладельцу за это: в любом ином случае у вас есть возможность основать свою фабрику, завод, магазин или танцзал посреди лесов или полей. Подсчитайте сами, что вам выгоднее, и поступайте соответственно. Вас никто не неволит обосновывать свой бизнес обязательно или в городе, или - за городом. Если вы сумеете соблазнить покупателей, чтобы они пришли к вам за тридевять земель, через пыль, грязь, дождь, снег и там на месте заплатили ТУ ЖЕ ЦЕНУ, за которую продаются такие же товары в ЦЕНТРЕ города, тогда бы будете процветать. Если вы думаете, что не видать вам покупателей в деревне как своих ушей, тогда платите городскую ренту, устраивайтесь в городе. На самом деле у вас есть другая возможность: продавать ваши товары подешевле, но за городом. Некоторые покупатели не поленятся преодолеть некоторое расстояние, чтобы купить подешевле; но где здесь преимущество и в чём? То, что вы сэкономите на ренте, вы проиграете в меньшей цене товара, меньшей прибыли.
Земельная рента в городе определяется, таким образом, точно тем же законом, который определяет ренты сельскохозяйственных угодий и производства сырья. Все преимущества города (среди которых следует упомянуть и разделение труда), все без исключения - собираются в кармане у городского владельца земли. Точно так же немецкая пшеница, продающаяся в Германии по цене, как если бы она была выращена в Сибири и привезена в Германию и за неё заплатили бы пошлину, точно так же товары, произведённые в городе, будут продаваться по той цене, как если бы они были произведены далеко-далёко, привезены за огромную цену и за них бы уже заплатили пошлину.
Рента на сельскохозяйственные земли наживается на состоянии земли и её природе, оставляя бросовые земли и другие, полностью дикие, на милость работящего крестьянина; рента на землю в городе снимает всю пенку, без исключения, за счёт выгодности нахождения в самом городе, в обществе, в организации всяких служб, в центре образования, отсекая от результатов труда горожан всё то "лишнее", как если бы то, что они производили, производилось бы ими же, но далеко-далеко и привозилось в город на продажу, облагаясь по пути налогами и транспортными расходами.
Продукт, остающийся после вычета ренты и процента на капитал, образует собой фонд оплаты труда, который распределяется среди всех работников (рабочих, клерков, торговцев, врачей, слуг, королей, ремесленников, артистов и художников). В условиях, когда каждый человек сам определяет, чем ему в жизни заниматься, что делать, кем работать, это распределение продуктов делается в строгом соотношении с личными способностями и умениями каждого человека, спросом и предложением. Если выбор профессии или работы был бы АБСОЛЮТНО свободным (такового в принципе нет, но может быть), то каждый человек получал бы действительно максимально возможную долю продуктов при распределении. Ибо: каждый и так старается "укусить" побольше от общего "пирога", а размер доли определяется спросом и предложением или, в конечном итоге, всё тем же выбором профессии или работы.
Поэтому относительный размер оплаты труда зависит от выбора профессии или работы, т. е. иными словами, всё-таки от самого человека. Абсолютный же размер оплаты труда, наоборот, вообще не зависит от человека, потому что определяется общим размером фонда оплаты труда. Чем больше будет вклад каждого человека в общий фонд оплаты труда, тем больше будет и доля, приходящаяся на каждого. О количестве работников в данном случае говорить неуместно; если работников больше, то абсолютный размер фонда оплаты труда растёт, но ведь растёт и количество тех, кто имеет право на долю.