Глава 22
- Значит, решено, - негромко произнёс Виктор, поворачиваясь к Наоми и её дяде. Представители семейства Имбеси восседали в чём-то напоминавшем неимоверно комфортные кресла. Так, во всяком случае, эти предметы мебели определил Виктор. Всю мебель, которую только он до сих пор видел в частных апартаментах "Цены греха" семьи Имбеси, невозможно было охарактеризовать другими словами, кроме как "неприлично дорогая и роскошная". Отчасти именно поэтому сам Виктор этой мебелью не воспользовался, даже если отбросить тот факт, что переполнявшая его энергия всё равно не давала ему присесть. Человек с его прошлым и его идейными убеждениями не мог не испытывать смутную неприязнь к пользованию предметом обстановки, за который уплачено столько, что на эти деньги наверное можно было бы многие месяцы кормить целое семейство бедняков. Разумеется, с его стороны это было иррациональной реакцией - однако именно такая личность жила внутри оболочки по имени "Виктор Каша".
- Вы действительно полагаете, что это сработает? - поинтересовался, чуть хмурясь, Вальтер Имбеси. - План кажется непомерно сложным.
- Он действительно непомерно сложен. Однако я не вижу никакого другого способа разрешить ситуацию нужным нам образом. Просто уничтожение Темплтона нам не поможет. Нам нужно использовать его в качестве отмычки.
Наоми хмурилась откровеннее дяди.
- Я вот не понимаю, почему ты так уверен, что Темплтон вообще отыщет свою сестру, - она бросила взгляд на дверь, ведущую в один из открытых для публики коридоров станции. - Виктор, я не уверена, что ты действительно понимаешь, насколько вообще запутаны эти коридоры. Да, есть голографические путеводители, однако пользоваться ими не так-то просто, особенно людям, которые никогда раньше на станции не были… а я была бы удивлена, если бы Темплтон, учитывая его веру, здесь уже бывал.
- Она права, Виктор, - вмешался Вальтер. - Темплтон скорее всего будет просто блуждать по станции. А через пару часов или около того поднимется тревога. После чего Темплтона так или иначе просто сотрут в порошок. Так почему не сделать этого немедленно - и, наверное, спасти немало жизней?
- Вальтер, я рассчитываю на их веру. Скажите, сколько вообще по вашему мнению грейсонцев или масадцев когда-либо посещало "Цену греха"?
Имбеси хмыкнул.
- Может быть, с десяток. Возможно чуть больше… но мало, это точно. Конечно, грейсонцы не разделяют самых фанатических положений масадской "морали", в частности у них нет каких-то запретов на игры - во всяком случае до какого-то предела - однако и для них это место является практически символом "порока", - он усмехнулся. - Мне кажется, что отчасти это из-за нарядов выступающих на сценах женщин. Точнее, из-за скудости этих нарядов. Хм. Если на то пошло, большинство из них наверное столь же шокируют наряды артистов-мужчин! - добавил он, усмехаясь племяннице.
- Именно, - кивнул Виктор. - А грейсонско-масадский набор генов очень характерен. Правда, оборудование для его выделения из находящихся в воздухе случайных молекул чрезвычайно дорого. Однако масадцы за пятнадцать лет пиратства скопили много денег, вдобавок к тому, что они с самого начала были очень богаты. Темплтон не дурак. Я не думаю, что он вообще пошёл бы на такой фокус, не располагая хемотрассером.
Наоми широко распахнула глаза.
- Я слыхала о таком приборе. И он действительно настолько хорош?
- Да, - уверенно ответил Виктор. - Я видел его в действии. В руках человека, который умеет им пользоваться, это походит на магию. Учтите, если бы они попытались выследить в этом переполненном бедламе дочь Зилвицкого, прибор бы им ничуть не помог, разве только в непосредственной близости. Однако это потому, что она землянка и следы её ДНК было бы невозможно отличить от других человеческих ДНК до тех пор, пока ищущие не окажутся в нескольких метрах от неё. Но с принцессой дело совсем другое. Тем более, в команде Темплтона одни мужчины, так что они могут отбрасывать все показания, кроме принадлежащих женщине с их генетическим набором. Даже более того, поскольку она единокровная сестра Темплтона и он может использовать в качестве образца собственную ДНК.
- Ладно, - произнёс Вальтер, - звучит разумно. Однако я всё ещё не понимаю, почему вы настолько уверены, что сможете справиться с Темплтоном после того, как тот нанесёт удар.
- Опять же генетика. - Он бросил быстрый взгляд на семью Имбеси, боясь, что может их оскорбить. Одной из характерных черт эревонской культуры - в действительности той, которую высоко ценил сам Виктор - была её агрессивная эгалитарность. Этот аспект культуры был незаметен большинству иномирян, видевших только крайне стратифицированный характер властных структур Эревона. Однако структура и занимающие в ней позиции люди было далеко не одно и то же. Да, для эревонцев было малоприемлемым то, что большинство людей назвало бы "подлинной демократией". Однако даже ещё менее приемлемым для них было представление, что любой индивидуум не мог стремиться занять положение, которого был достоин по своим способностям. Для правящих семейств Эревона было обычным ассимилировать многообещающую молодёжь, невзирая на её классовое или генетическое происхождение. По сути дела, одним из наихудших намёков, которые могли быть сделаны в адрес известного и влиятельного семейства, было обвинение в чрезмерной переборчивости в брачных отношениях - что они, по грубоватому эревонскому выражению, "барахтаются промеж собой".
Однако факт есть факт и Виктор не думал, что кто-то из Имбеси - особенно Вальтер - мог быть полностью ослеплён традицией.
- Полагаю, вы не вполне осознаёте, насколько большое преимущество иметь в бою, особенно рукопашном, на своей стороне людей с геномом лейтенанта Палэйн и её команды громил-амазонок. Особенно Палэйн.
Наоми скривилась.
- Баба-штангистка, - пробурчала она.
Справиться с раздражением стоило Виктору некоторых усилий. Оставляя в стороне его личные чувства к лейтенанту Палэйн, которые его всё еще смущали и заставляли колебаться, ехидство Наоми было особенно раздражающим потому, что Виктор знал, что в нём не было ничего личного в смысле ревности к нему. Просто укоренившееся у Наоми чувство соперничества по отношению к другим женщинам.
- Это как минимум, - практически резко произнёс он. - Само по себе физическое превосходство не обязательно много значит. На самом деле, оно может быть помехой, поскольку ведёт к самонадеянности. Я однажды… - он покачал головой. - Неважно. Просто поверьте на слово… или не верьте, дело ваше. Палэйн не смогла бы пройти путь от Ндебеле до своего теперешнего положения только за счёт мускулов. Она умна, дисциплинирована и прекрасно обучена. И хоть я и считаю, что Флот Лиги непомерно переоценён - они уже столетиями не сталкивались в бою с настоящим противником - морская пехота Лиги совсем другое дело. Учитывая количество конфликтов, для подавления которых их постоянно используют, у них скорее всего по меньшей мере столько же боевого опыта - во всяком случае, у их лучших подразделений - как и у морпехов Республики или манти. Так что, когда дойдёт до дела, я смело поставлю деньги на неё.
Пока Виктор произносил свою маленькую проповедь, Вальтер Имбеси внимательно изучал его. Теперь он пожал плечами и положил руки на подлокотники.
- А я ставлю свои деньги на вас. У меня есть сомнения, однако… Я уже давно научился не дёргаться, приняв решение. Хорошо, Виктор, поступим по-вашему. И что теперь?
Виктор взглянул на часы.
- А теперь, я бы сказал, самое время мне и моей команде приготовиться к драке.
- Что вы планируете делать?
- Вы когда-нибудь видели голозаписи довольно жестокого земного состязания под названием "коррида"? Или его варианта, который всё еще практикуется в секторе Нуэва Уахака Лиги, но с использованием местных животных?
Глаза Вальтера расширились.
- Я видел состязания на Нуэва Уахаке, о которых вы говорите, хотя только в записи. Если можно назвать эту кровавую бойню "состязаниями".