Несмотря на теперешние неприятности, он был доволен Руфью. Юная принцесса сыграла свою роль в спектакле в совершенстве. Она небрежно шла в нескольких шагах позади, полностью поглощённая беседой с Вебом Дю Гавелом, если не считать отпускаемых в адрес своего "отца" шпилек. Типичный образчик умной и не слишком почтительной дочурки.
Как бы там ни было, при виде неимоверного множества скопившихся на лётном поле папарацци Антон не сумел унять дрожь. Они кишели подобно саранче в поле.
"Замечательно, просто замечательно. Отныне я буду медийной фигурой сам по себе. Скандально известный Капитан Зилвицкий, гроза космических путей".
Современная технология создания голографического изображения не нуждалась в резких фотовспышках древних времён. Однако сейчас Антон чувствовал себя так, словно на нем сосредоточились лучи прожекторов всей вселенной.
После того, как они добрались до орбиты и перешли с шаттла на борт "Ручья потаватоми", предоставленного для путешествия Антирабовладельческой Лигой, настроение Антона ничуть не улучшилось. Разумеется, никакой физической проблемы выход на лётное поле не представил. Папарацци давили на полицейской кордон, чтобы поближе подобраться к объектам охоты, но даже они не настолько сошли с ума, чтобы связываться с телохранителями из Королевской Гвардии. Лейтенант Григгс и его солдаты, выделенные полком для охраны принцессы во время путешествия, были хорошо вооружены и смотрели на папарацци так свирепо, как только могут смотреть хорошо вышколенные и дисциплинированные солдаты, одним своим видом внушая абсолютную уверенность в том, что пристрелят любого прорвавшегося сквозь кордон полиции. Пристрелят и, скорее всего, в назидание прочим вспорют брюхо.
Проблема заключалась совсем в другом. Принцесса Руфь оказалась именно настолько падка до разговоров о политике, как и ожидал Антон, основываясь на её увлечённости работой разведчика. Так что, едва взойдя на борт корабля, она ринулась к головизору кают-компании и включила его. Даже после ухода корабля с орбиты оставалось время застать вечерние программы новостей до того, как они выйдут из зоны приёма.
Антон ничуть не удивился тому, что Руфь включила престижное ток-шоу "Звёздное Королевство сегодня". Ведущий шоу, Яэль Андервуд, владел талантом преподносить серьёзные события в захватывающей публику манере. Лично Антон полагал, что Андервуд был далеко не таким блестящим интеллектуалом, как ухитрялся создать впечатление. Однако Антон с готовностью подтвердил бы, что тот является опытным шоуменом и его программа действительно содержательнее обычных гонок за жареными новостями.
Он услышал окончание вопроса, заданного Андервудом группе приглашённых.
- … полагаете, что слухи относительно романтической связи межу капитаном Зилвицким и принцессой Руфью полностью необоснованны?
- Ну, ради Бога! - воскликнула одна из приглашённых. Антон узнал постоянную участницу передачи Андервуда, даму по имени Гарриет Джилла, которая в незапамятные времена была преподавателем неведомо какой науки, однако давным-давно сменила это занятие на более доходную карьеру Профессиональной Говорящей Головы.
- Даже жёлтая пресса будет обсасывать это не больше дня или двух, - согласилась она. - Поскольку нужно быть совершенным шизиком, чтобы попытаться утверждать такое и одновременно крутить ролики, которые добыли у особняка Монтень. Я слышала, что папарацци кишели там лишь слегка пожиже, чем вокруг лётного поля.
Андервуд улыбнулся зрителям свой патентованной всезнающей улыбкой. Это была потрясающая улыбка, демонстрирующая сочетание проницательного разума и такта владельца с подобающим оттенком слегка саркастического юмора.
- Гарриет, я бы сказал, что вы правы. На самом деле… - Его взгляд на мгновение скользнул в сторону, как будто он согласовывал нечто с находящимся за кадром техником. - Да. Давайте посмотрим маленький ролик, отснятый около особняка.
До того, как появилась картинка, у Антона оказалось время поразмыслить насчёт происхождения специфического термина "ролик", несмотря на свою полную бессмысленность, повсеместно используемого в новостной индустрии по отношению к записи изображения.
- Чёрт их дери, - прорычал он. - Да осталась ли в мире хоть немного приватности?
- Так занятно слышать это от тебя, папочка, - уколола Берри. - Мистер Супершпион.
Антон молчаливо признал правоту её замечания. Однако это не заставило его чувствовать себя хоть немного лучше при виде собственных прощальных жарких объятий - и поцелуя тоже, причём слишком уж страстного и, как было обычно для Кэти, произведённого с абсолютно наплевательским отношением к возможным взорам, хотя когда это её заботило? - с бывшей графиней Тор и нынешней кандидаткой в парламент. Выставленных сейчас новостными агентствами Мантикоры на обозрение несчётных миллионов людей.
Тем не менее…
С профессиональной точки зрения, сейчас, когда он мог наблюдать сцену со стороны, Кэти сработала безупречно. Ещё Антон почувствовал успокоение от того, что вид их объятий и поцелуя, который она подарила ему на пороге их дома, разумеется должен был заставить отбросить саму мысль, что он желает другую женщину.
Если соблюдать объективность, Кэтрин, действительно, наверное была не так уж физически привлекательна. Антон считал иначе, однако был готов признать, что тут немалую роль играют его чувства. Кэти была слишком худа и, если её лицо и было привлекательно, большинство людей едва ли отнесли бы его к эталону женской красоты.
Однако всё это не имело значения, в чём Антон, смотря последние известия, мог убедиться лично. Поцелуй Кэти был поцелуищем, а её нога, обхватившая его бедро в ходе объятий, ясно дала понять миллионам мантикорских зрителей, что какие бы проблемы ни имелись у капитана Зилвицкого, постельных среди них не было.
- Чёрт возьми, Берри, твоя мать такая сексуальная, - прошептала Руфь. - Держу пари, она только что заполучила ещё двадцать тысяч голосов.
Антон в подобающей отцу манере проигнорировал первую часть замечания. Что касается второй…
Насчёт второй уверенности он не испытывал. Практикуемый Кэти Монтень в личной и политической жизни стиль "живи нараспашку и пошли к чёрту все ханжи" был обоюдоострым оружием. Он мог с легкостью нанести ей урон - что, в действительности, и произошло, когда её изгнали из палаты лордов. С другой же стороны, если он совпадал с настроением публики…
"Да, наверное. Всем известно, что Кэти - дуновение свежего ветерка в мантикорской политике. Никто не верит, что у Нового Киева мужества найдётся хотя бы столько же, сколько мозгов у её супруга. А если барон Высокого Хребта, политический партнёр Нового Киева, и обладает хоть каким-то мужеством, то очень тщательно это скрывает".
Профессионал в нём, однако же, в первую очередь интересовался остальной частью показанного. Закончив обнимать Антона, Кэти одарила столь же энергичным объятием принцессу Руфь. Разумеется, в этом случае объятия были материнскими, а не романтическими. Однако Антон был уверен, что ни они из десятков миллионов зрителей ни на мгновение не усомнится в том, что неряшливо одетый очевидный подросток, которого обнимала Кэти, является никем иным, как её псевдоприёмной дочерью Берри. Точно также, им ни за что не догадаться, что горячее, но гораздо более сдержанное рукопожатие, которым она обменялась с Берри, было приветствием принцессе королевского дома.
- Бесподобно! - воскликнула, хлопая в ладоши, Руфь и улыбнулась Антону. - Это сработает в точности так, как вы и говорили.
Её горячее восхищение подействовало даже на Антона. Однако удовлетворение Зилвицкого было мимолётным, поскольку на его челе стала проступать озабоченность. Ну, по крайней мере, мысленно.
Антон с запозданием понял, что в легкости, с которой Андервуд вёл обсуждение данного вопроса, было что-то неправильное. Естественно, Андервуд не пренебрегал погружением в вызывающие широкий интерес вопросы ради поддержания популярности "Звёздного Королевства сегодня". Однако он всегда тщательно увязывал подобные вопросы с чем-то более глубоким. Или, хотя бы, обеспечивал такую глубину сам.