Из ресторана Кароль Вольский вернулся к себе в офис и вышел оттуда лишь в три часа пятьдесят минут. За это время Конрад написал целую страницу для диплома и даже успел состряпать вариант резюме. Теперь оставалось провести два опыта в лаборатории, а затем можно и закругляться.
Точно в шестнадцать пятнадцать подопечный въехал в ворота собственного дома. К сожалению, девушки нигде не было видно.
Раз в жизни узнав от мужа, что его не будет дома до четырех пятнадцати, Марина решила рационально воспользоваться свободой.
Она села в машину и поехала к Агате.
Все последние дни она неотступно думала о своём. И пришла к выводу: ей не обойтись без автоугонщиков, а в этом помочь ей сумеет именно Агата. В голове толкались хаотичные мысли о гараже, точнее, о гаражных воротах. В гараже машина Кароля недоступна для угонщиков. Значит, надо облегчить этим людям доступ в гараж. Но как? Может, лучше придумать что-нибудь такое, чтобы «ягуар» и вовсе остался на стоянке, хоть на несколько дней?
Именно дней, а не ночей. Ночью покой в их посёлке блюдут вооружённые охранники. Но ведь могут же угонщики работать днём? Днём посёлок пустеет: работающий люд уезжает на службу, неработающие бабы разбегаются по своим делам, прислуга на рынке или в магазинах, дети в школе. Что стоит этим угонщикам подъехать со своей платформой и…
Минутку, но днём же и машин в посёлке нет — во всяком случае, Кароль уезжает на машине. Да и вообще весь план летит к чертям. С кем угонщики будут драться? Ведь по замыслу муж кинется отстаивать собственность и, даст бог, в схватке потеряет жизнь. А если даже и не потеряет, то хотя бы спугнёт и запомнит похитителей, те обозлятся и станут мстить…
Да, но для этого требуется как минимум оставить машину на улице. Стоп! Вроде бы из хаоса клубящихся идей выделилась главная: замок. Надо испортить въездные ворота. Проклятая электроника! В воротах, в доме, в гараже — всюду эти замки, сигнализация, в которой Марина ни бельмеса не понимает! Ну как испортить замок в воротах, который открывается и закрывается с помощью специального пульта? Причём сам по себе, паразит, то и дело портится, когда не нужно. Попытаться испортить пульт? Как? Может, с помощью воды?
Раз электроника — значит, связана с электричеством, а со школьных лет осталось в памяти, что электричество воды не любит, так не попробовать ли воздействовать на электронику водой?
Гениальная идея так вдохновила Марину, что она не моргнув глазом проехала перекрёсток на красный свет, не обращая внимания на возмущённые гудки, благо регулировщика рядом не оказалось. И пока ехала по Пеньковой, все думала о проклятой электронике, хотя умственные усилия её порядком утомили.
Думала не напрасно, сразу возникла проблема. А именно: свой пульт Кароль не выпускает из рук. Бросать же в воду запасной нет смысла. Придётся подстеречь подлеца, то есть мужа, когда тот отдыхает у телевизора после ужина, и выкрасть у него пульт. Но что это даст? Даже если после купания пульт и испортится, «ягуар» ведь все равно стоит в безопасности, в гараже. Кароль возьмёт её «ниссан», тот всегда остаётся на стоянке у дома, и поедет себе на работу. Из-за «ниссана» он не станет драться с похитителями, даже если их как-то удастся уговорить угнать эту машину.
Значит, надо сделать так, чтобы машину у Кароля украли где-то в городе. Ох, как же сложно все!
Так ничего толком и не придумав, Марина проехала по мосту Понятовского и свернула к Саской Кэмпе. Именно там жила Агата. Недавно она рассказала Марине о краже автомашины то ли её кузена, то ли хорошего знакомого. А потом воры вернули машину владельцу за определённое вознаграждение и даже по собственной инициативе. И при этом не слишком много потребовали, всего тысячу злотых. Подробностей Марина не помнила, как-то пропустила мимо ушей, не думала, что понадобятся, а вот теперь и понадобились. Раз воры сами захотели связаться с пострадавшим, сами к нему обратились… Интересно, сами же и рассказали, как их разыскать?
Марина не стала заранее звонить Агате, она знала, что сегодня у подруги отгул после ночного дежурства. Агата работала главным администратором в крупной гостинице, ночные дежурства не входили в её обязанности, но иногда она сама, по доброй воле, соглашалась заменить одну из ночных дежурных. Марина не понимала причин, заставлявших подругу спускаться с пьедестала, она, Марина, ни за что бы не спустилась, шефиня и есть шефиня, иначе какое же уважение? Впрочем, это личное дело Агаты.
Агата уже проснулась и пила кофе. Срочных дел у неё не было, так что подруги могли вволю поболтать. Хозяйка предложила кофе, и они уютно устроились за кухонным столом, ведь известно, что бабам приятнее всего общаться в кухне, если это не какое-то особое торжество или официальный приём.
Марина сразу взяла быка за рога. Напомнив о несчастном случае с кузеном, она спросила:
— Он что же, не сообщил в полицию? Ведь каждый, у кого угнали машину, сразу ставит в известность полицию.
— Ну, знаешь! — возмутилась подруга. — Оно, конечно, положено, но Мартин не самоубийца. Ведь ему же пригрозили!
— Как пригрозили? — так и вскинулась Марина. — Как именно пригрозили? Что пообещали с ним сделать?
— Морду набить, — охотно стала перечислять Агата, — ребра пересчитать. Или, сказали, мы с тобой остаёмся друзьями, или вывози жену и детей в Аргентину, тут им не жить.
— А как именно происходил обмен денег на машину? И где?
— Так я же тебе все рассказала! — удивилась Агата. — Когда приезжала возвратить две тысячи, что у тебя одалживала. А сейчас я уж и подзабыла.
— А, две тысячи… Не помню.
— Ты забыла, что я тебе вернула две тысячи?! — ужаснулась Агата.
— Нет, забыла, что вообще одалживала их тебе. Ну, рассказывай же, как он вручал деньги похитителям!
— Пошли Господь всем таких кредиторов! — вздохнула Агата и напряглась, вспоминая. — В общем, смешная история. Мог сказать, что это была и не кража, а похищение… как это… нечто вроде киднепинга, знаешь, когда похищают детей, а потом от родителей требуют выкуп.
— Так там ещё и ребёнок был? — ужаснулась Марина.
— О Езус-Мария, я говорю в переносном смысле.
— Нет, ты уж давай в прямом, я хочу знать, как там все было на самом деле.
Агата налила ещё кофе, прибавив Марине сливок, и критически оглядела подругу.
— Знаешь, на мой взгляд, с тех пор как мы не виделись с прошлого года, в тебе с пять кило прибавилось. И похоже, мозги тоже жиром заплыли. Ладно, буду рассказывать без метафор. Договорились, значит, они встретиться где-то на Праге, не на Торговой, конечно, а в одном из переулков. Двое их было. Кузен рассказывал — машина стояла в подворотне, готовая в любую минуту рвануть с места. Один из бандитов сидел за рулём. Кузен даже испугался: деньги отдаст, а они опять смоются с машиной, и вежливо попросил этого, в машине, выйти.
— И что?
— Вышел. Но старался держаться спиной к Марчину, чтобы тот его рожи не запомнил.
— Ну?!
— А второй в подъезде, за стеклянной дверью стоял. Тоже лица не разглядишь. И как только кузен вытащил деньги — а они велели деньги принести наличными и в открытом виде…
— То есть как это? — не поняла Марина.
— Ну, значит, чтобы издали было видно — пачка денег. Не заворачивать, в конверт не класть. Так вот, когда второй эти деньги увидел, выскочил пулей из подъезда, вырвал денежки у Марчина из рук и скрылся.
— А ключи от машины? — задала умный вопрос Марина.
— В дверце торчали, но на всякий случай у кузена и запасные были. А когда он собрался садиться в машину, тот, второй, прижал его лицом к стене и речь сказал.
— Речь? — поразилась Марина.
— Извини, опять меня занесло, — спохватилась Агата. — Не речь, всего несколько фраз, но весьма эмоциональных и содержательных. Как раз о той самой Аргентине.
— А мне помнится, ты тогда говорила — они по телефону позвонили.
— Так по телефону они звонили после того, как увели машину. И посоветовали не беспокоить полицию. Пригрозили: станет слишком много болтать, навек с тачкой распрощается. И выдвинули предложение кончить дело миром, они могут вернуть машину за вознаграждение. Если согласен, ещё позвонят. У кузена хватило ума согласиться, только спросил, как велико вознаграждение. Те назвали тысячу злотых, кузен быстренько подсчитал, и вышло у него, что, оформляя страховку, он потеряет больше.