— Ясно, что надо, — поддержала его Барбара. — В любом случае мы не можем признаться, что что-то у нас пропало. Об этом и речи быть не может. Януш прав, мы похожи на непроходимых кретинов…
— И такие, как мы, должны заниматься общегосударственной акцией изменения лица туристического родины! — воскликнул Януш с явным отвращением. — От таких, как мы, зависит строительство целых объектов!..
— Заткнись, — прервала его Барбара, находясь на грани взрыва. — Такие, как мы, должны этот паршивый документ найти!
— Как?! Помчишься выслеживать этого злодея по всему Вроцлаву?
Главному инженеру удалось вмешаться.
— Но ведь у вас есть две копии, — сказал он рассудительно. — Нужно эту карту просто-напросто восстановить.
Некоторое время персонал смотрел на него и молчал.
— Она была не на кальке, — сказал наконец тихо Каролек голосом несколько сдавленным.
— А на чем?
— На предвоенном астралоне…
Теперь умолк и главный инженер.
— Послушайте, а может, тот преступник сориентируется, что он украл, и вернёт или подбросит чемодан или документы? — спросил Лесь с отчаянной надеждой.
— Когда он сориентируется, что он украл, то его хватит удар и он со страха выбросит все в реку или порвёт на куски! — ответил хмуро Януш.
— Или сожжёт, — дополнил Каролек. — Нет, на получение того нет никакой надежды. Давайте мыслить реально…
— Все в порядке, — сказал внезапно главный инженер с энергией. — В этом случае нужно сделать лист старого астралона. Он был каким?
— Тонким, — сказал Януш. — Не больше трех десятых миллиметра, а может, даже и две, но разницу в одну десятую никто не заметит. Был несколько пожелтевшим по краям.
— Края — это мелочь, всегда можно сказать, что при копировании желтизна пропала. Есть два оттиска…
— Наш никуда не годится, — прервал Каролек. — Мало того, что разрисован, порван, так ещё и вымазан яичницей.
— Перестань нагромождать трудности! — разозлилась Барбара. — У председателя есть другой в хорошем состоянии и даже не перегнутый а свёрнутый в рулон. И вообще, сколько раз я говорила — не работайте, когда едите!
— Ну, так восстановите по этому второму оттиску!..
Забрезжила надежда. Каролек явственно оживился.
— Заметьте, мы дали ему лучший оттиск, очень неплохо сделанный. Подписи подделаем. Единственное затруднение — это холерная печать с орлом, которая совершенно не нужно так хорошо отпечаталась…
— Печать — ерунда, — прервал Януш тоже с внезапным приплывом энергии. — Сделать на резине, а настоящую печать можно украсть и все будет в порядке. Единственная забота — это как вытащить у него эти оттиски, не говоря, о чем идёт речь. Ставлю вас в известность, что я лучше повешусь, нежели признаюсь, что это свинство пропало. И вообще — удираю на Запад через зеленую границу и никогда в жизни больше не вернусь!
— К старости можно было бы… — несмело заметил Лесь.
— Откуда мы достанем астралон? — дельно спросила Барбара.
— В институте картографии, — ответил главный инженер. — Или в военном ведомстве. Возможно, у них где-нибудь есть довоенные запасы. Я, к счастью, знаю несколько людей. Разумеется, все это нужно будет устроить неофициально…
Против ожидания и намерений главный инженер выехал в Варшаву назавтра на рассвете, отягощённый заданием добыть старо выглядевший астралон и как можно скорее. Персонал бюро успокоил Бьерна, выказывающего признаки отчаяния, угнетённости и раскаяния. Они терпеливо выслушали его исключительно длинное и полностью непонятное объяснение, состоящее из бормотаний и скрежетов, разбавленных редкими польскими словами и оканчивающегося чем-то, что на всех слушателей произвело впечатление торжественной присяги.
— Мне кажется, что он обещал нам, что никогда больше не потеряет ни одной карты, — сказал Каролек с лёгким сомнением.
— Ну, и слава богу, — ответил Януш. — Все-таки это солидный народ и всегда держит слово…
Тогда же были начаты пробы получения оттиска у председателя местного Совета.
Уже первые усилия в этом направлении выявили, что единственным способом получения оттиска без объяснения причин его надобности является кража. Добровольно и без повода председатель ни за что с ним не расстанется. И что хуже, усилия добыть оттиск со стороны персонала бюро стали будить в нем далеко идущие подозрения, поэтому их необходимо было усыпить очень быстро.
— Собственно говоря, мы уже привычные люди, — утешительно сказал Каролек, — В прошлый раз не удалось, потому что и условия были другими и у нас не было опыта. Теперь же должно удаться.
— Все нужно устроить в течение одной ночи, — разъяснил Януш, — Вечером украдём, к утру начертим, а около восьми утра нужно подбросить его обратно. Он не сможет сориентироваться, что что-то не в порядке, так как начнёт потом рассматривать карту и если обнаружит кое-какие расхождения, то сразу заметит…
— Ты его не переоценивай, — прервала Барбара. — Не так легко запомнить все подробности на такой огромной карте. И вообще, мы за одну ночь не успеем, если бы даже все легли костьми. Нам нужны целые сутки.
— Но днём он обязательно обнаружит, что оттиска нет!
— Нужно его будет как-нибудь занять. Лучше было бы сейчас, когда все заняты представлением…
— Но мы сейчас не можем, у нас нет астралона…
— Это будет грабёж, — сказал Каролек с бессмысленным утешением. — Мы должны проникнуть в шкаф в его кабинете…
— Это будет половинка дела, — прервал Януш. — Ключа от внешних дверей я в результате ему не отдал, поэтому самое важное у нас в кармане. А там, в середине и отмычки хватит.
— Нет у нас отмычки…
— Ну так применим кусок проволоки, подумаешь. Во всяком случае лучше поспешить с приготовлениями, потому что не известно, когда Збышек привезёт астрален.
— Какое-то проклятие висит над нами, — с горечью произнесла Барбара. — Вечно у нас есть какая-то внепрограммная работа и в самых глупых условиях. Можем ли мы когда-нибудь работать спокойно, как все люди?
Каролек приступил к тщательному вырезыванию немецкой печати на большом куске резины чертёжной. Януш начал производить продукцию отмычек, позволяющих открывать замки во всех местных советах всей страны. Барбара, Лесь и Бьерн увеличили темп инвентаризационных работ.
В переделанной в рабочую наибольшей комнате пансионата три человека чертили в лихорадочной поспешности, четвёртый человек в поте лица отщипывал микроскопические кусочки резины, добавлял аккомпанемент неравномерным постукиванием.
— Я удивляюсь, как я не стал часовых дел мастером, — сказал Каролек с явственным неудовольствием к самому себе. — Оказывается, что у меня талант!
Януш посмотрел под лампой кусок прекрасно выгнутой и расклёпанной проволоки.
— Отмычка что надо, — сказал он с удовлетворением. — Ещё два, и у нас будут отмычки всех размеров.
Каролек посмотрел на него с интересом.
— Ты думаешь, что у тебя нет побочных талантов? Может быть, их тоже можно будет как-нибудь использовать?..
— Ну как же! Обязательно!
— Ради бога, давайте все тщательно приготовим, чтобы снова не наделать глупостей, — сказала Барбара. — Нужно предусмотреть все возможные ситуации. Помните, что ни в коем случае нельзя возбуждать никаких подозрений!
— Сейчас самое лучшее время, пока там такая неразбериха, — с жалостью сказал Лесь.
— Ну что ты! — запротестовал Каролек. — До поздней ночи на площади полно людей, и все нас знают. Что бы ни делать, всегда кто-нибудь может увидеть, как вылазишь со свёртком из ратуши! Если не взрослые, то дети!
— Кретиническая мысль — делать представление в бане, — с презрением буркнул Януш.
Председатель местного Совета после долгих колебаний решил использовать амфитеатр площади городка в качестве зала для представления. Работы шли полным ходом. На склонах монтировались символические сидения, площадка внизу вместе с баней для слона покрывалась досками, на которых должна была быть сцена. Выдающаяся над поверхностью баня представляла определённые трудности, их преодолели, подняв часть сцены, представляющей собой антресоль комнаты в замке, или разные уровни шахты, или возвышенность на природе. Работу выполняли сообща всем миром, не видя в увлечении и спешке ни дня ни ночи, поэтому каждый час площадь была наводнена народом. Захваченные предстоящей игрой дети затрудняли монтаж больше, чем баня.