– Вы, очевидно, знакомы с Моникой из журнала “Ньюсуик”?
– Да, мы встречались. – Адам кивнул маленькой брюнетке, уже усевшейся на диване. Скрестив стройные ноги, держа в руке лениво дымившуюся сигарету, она холодно улыбнулась в ответ: детройтские сердцееды зря стараются – ее, жительницу Нью-Йорка, этим не возьмешь.
Рядом с представительницей “Ньюсуик” на диване сидел цветущий мужчина средних лет по имени Хэррис – журналист из “Уолл-стрит джорнэл”. Адам пожал ему руку, затем поздоровался с представителем Ассошиэйтед Пресс, нервным молодым человеком, державшим пачку копирки в руке, – он с явным нетерпением дожидался начала пресс-конференции. Последним был лысый добродушный Боб Эрвин из “Детройт ньюс”.
– Привет, Боб, – поздоровался Адам.
Он знал Боба Эрвина лучше всех остальных – тот вел ежедневную рубрику, освещая положение дел в автомобильной промышленности. Это был человек, хорошо осведомленный, и его уважали, хотя он и не принадлежал к числу льстецов и при случае мог засадить иголку под ноготь. В прошлом Эрвин не раз в своих статьях поддерживал Ральфа Нейдера и Эмерсона Вэйла.
Элрой Брейсуэйт, вице-президент по модернизации продукции, опустился в свободное кресло. И любезно осведомился:
– Ну-с, кто начнет?
Из-за тщательно причесанной гривы седых волос ближайшие сотрудники прозвали Брейсуэйта Серебристым Лисом; сейчас он был в модном облегающем костюме и рубашке с огромными запонками. Одевался он под стать окружающей обстановке. Как и все кабинеты вице-президентов, помещение, где работал Брейсуэйт, было особо спланировано и обставлено: стены здесь были обшиты панелями из африканского дерева, вдоль окон свисали парчовые портьеры, а под ногами расстилался толстый ковер. Чтобы занять столь высокое положение в автомобильной промышленности, надо долго и упорно пробивать себе дорогу. Но уж если ты этого достиг, условия для работы тебе создают отличные: огромный кабинет с примыкающей гардеробной и спальней, выше этажом – личная столовая, а также финская баня с массажистом, в любую минуту готовым приступить к своим обязанностям.
– Может быть, сначала предоставим слово даме? – предложил Джейк Эрлхем, примостившийся сзади, на подоконнике.
– Идет, – откликнулась брюнетка из “Ньюсуик”. – Какую еще жалкую отговорку вы придумали, чтобы оттянуть серьезную разработку двигателя, который не отравлял бы воздух?
– Никаких отговорок у нас нет, – заявил Серебристый Лис. Выражение лица его не изменилось, только голос зазвучал чуть резче. – А кроме того, эта работа уже проделана неким Джорджем Стивенсоном, и нам не кажется, что с тех пор достигнут сколько-нибудь существенный прогресс.
Корреспондент АЛ надел очки в тонкой оправе – в глазах его светилось раздражение.
– О'кей, значит, комедия начинается сначала. Получим мы все-таки прямые ответы на наши вопросы или нет?
– Думается, мы обязаны вам их дать, – сказал Джейк Эрлхем. И извиняющимся тоном добавил:
– Я совсем забыл: ведь телеграфные агентства должны рано сдавать материал, чтобы он попал в дневные газеты на Восточном побережье.
– Спасибо, – поблагодарил корреспондент АП и, обращаясь к Брейсуэйту, сказал:
– Мистер Вэйл обвинил вчера автомобильные компании в сговоре и прочих грехах на том основании, что они ничего толком не делают для создания двигателя, который мог бы заменить нынешний двигатель внутреннего сгорания. Кроме того, он заявил, что сейчас уже существуют паровые и электрические двигатели. Могли бы вы сказать нам что-нибудь по этому поводу?
Серебристый Лис кивнул.
– То, что паровые и электрические двигатели, как утверждает мистер Вэйл, уже существуют, – это правда. Причем существуют разные виды таких двигателей, несколько штук есть и у нас, в нашем испытательном центре. Но Вэйл не сказал другого – то ли потому, что не хотел нарушать стройность своих доводов, то ли потому, что не знал: дело в том, что в обозримом будущем нет ни малейшей надежды создать недорогой, легкий и надежный паровой или электрический двигатель для автомобиля.
– И долго еще нам ждать?
– Все семидесятые годы. К восьмидесятым может появиться что-то новое, однако не исключено, что двигатель внутреннего сгорания, конечно, более совершенный, почти не загрязняющий воздух, все еще будет занимать главенствующее место.
– Да, но ведь было уже немало напечатано всяких новостей о разных двигателях… – вставил корреспондент “Уолл-стрит джорнэл”.
– Вы абсолютно правы, – сказал Элрой Брейсуэйт, – но только большинство из этих новостей следовало бы печатать в разделе юмора. Вы уж меня извините, но газетчики – самые легковерные люди на свете. Возможно, они хотят быть такими – наверно, так у них статьи получаются интереснее. Ведь достаточно какому-нибудь изобретателю – не важно, гений он или свихнувшийся чудак, – объявить, что он сделал уникальнейшее открытие, и сообщить об этом прессе, как на другой же день во всех статьях только и разговору, что это, “по-видимому”, большой рывок вперед, что это, “по-видимому”, путь в будущее. Повторите это несколько раз, чтобы публика почаще натыкалась на сообщения об открытии, – и все решат, что это истинная правда, да и сами газетчики, наверно, начинают верить тому, о чем пишут. Вот такая туфта и побудила многих в нашей стране поверить, что у них в гараже скоро будут стоять машины с паровыми или электрическими двигателями, а то, может быть, и неким гибридом. – Серебристый Лис с усмешкой посмотрел на своего коллегу по связи с общественностью – тот заерзал, теребя в руках трубку. – Успокойтесь, Джейк. Я не собираюсь нападать на прессу. Стараюсь лишь обрисовать перспективу.
– Рад слышать, – сухо произнес Джейк Эрлхем. – А то я уже начал было сомневаться.
– А не может так быть, что вы чего-то недоучитываете, мистер Брейсуэйт? – упорствовал корреспондент АП. – Есть вполне уважаемые люди, которые очень верят в силу пара. И некоторые крупные организации, помимо автокомпаний, работают в этой области. К примеру, калифорнийские власти выделили немало средств, чтобы выпустить на дороги целую армаду машин с паровыми двигателями. И в законодательное собрание внесено предложение через пять лет вообще запретить эксплуатацию машин с двигателем внутреннего сгорания.
Брейсуэйт решительно затряс своим седым коком.
– На моей памяти только один достойный человек – Билл Лир – верил в будущее машины с паровым двигателем. Но и он публично отрекся от своей веры, сказав, что это “предельно нелепо”.
– Но с тех пор он изменил свое мнение, – заметил корреспондент АП.
– Конечно, конечно! И всюду таскает с собой шляпную коробку, в которой будто бы находится его новый паровой двигатель. Но мы-то знаем, что у него там лишь сердечник двигателя, а это все равно что взять свечу зажигания и сказать: “Вот он – двигатель для современных машин”. При этом господин Лир и прочие не упоминают, что, помимо двигателя, нужны еще камеры сгорания, котел, конденсатор, рекуперационные вентиляторы – словом, изрядное количество тяжелого, дорогостоящего, крупноформатного оборудования, эффективность которого пока еще трудно определить.
– Не забудьте про машины с паровыми двигателями, финансируемые штатом Калифорния… – вставил Джейк Эрлхем.
Серебристый Лис кивнул:
– Да, да, Калифорния. Штат, безусловно, тратит на это немало денег – кто не раскошелился бы? Ну что ж, если вы сами и полмиллиона других людей готовы платить за свои машины на тысячу долларов больше, возможно – только лишь возможно, – мы создадим вам паровой двигатель со всеми его минусами и возникающими в связи с этим проблемами. Но у большинства наших покупателей – как и у большинства покупателей наших конкурентов, о которых мы не можем не думать, – нет лишних денег, чтобы швырять их на ветер.
– Вы обходите молчанием машины с электрическим двигателем, – заметил представитель “Уолл-стрит джорнэл”.
– На это ответите вы, – мотнул головой в сторону Адама Брейсуэйт.
– Машины, работающие на электричестве, уже существуют, – начал Адам, обращаясь к репортерам. – Вы видели тележки, разъезжающие на полях для игры в гольф, а скоро появится и двухместная машина, на которой можно будет совершать непродолжительные поездки за покупками или в других целях. Но пока она будет дорого стоить и, естественно, не получит широкого распространения. У нас уже существуют экспериментальные грузовики и машины с электротягой. Вся беда в том, что, если запустить их в эксплуатацию, нам придется заполнять большую часть полезной внутренней площади тяжелыми батареями аккумуляторов, а это бессмысленно.