Народ за стенкой ходил, пил чай, курил, но все это было очень приятным дополнением к тишине, поэтому я вновь расслабилась и стала засыпать. Но не тут то было. За стенкой начали второй раунд, причем сразу с диезов. Диезов-форте, я бы сказала, Надо заметить, что мои стадии с неловкостью и раздражением, тоже были пропущены, и я начала злиться всерьез. Люди, реально напрашивались на неприятности. Не я это начала. Но война была объявлена.
Я стала перебирать гадости, которые можно было бы сделать, и нашла таки одну отличную идею. Присутствие в вашей жизни друзей медиков не только обогащает ее полезными советами на медицинские темы, но и вносит изрядную долю здорового, а иногда и нездорового цинизма. Я вооружилась всем цинизмом, который у меня был, сделала три предупредительных стука в стенку, на которые никто не отреагировал, и приступила к плану А.
Глубоко вздохнув, я начала, ээээ, комментировать происходящее за стенкой в полный голос.
— Давай, Гарик, — нараспев произносила я, — вдуй ей. Будь мужиком (кошмар, я сейчас пишу об этом — краснею, как вчера умудрилась это сделать?), — давай, давай…
Надо отдать им должное, одной этой фразы хватило, чтобы действо за стенкой прекратилось (надо попробовать сделать это и в какой нибудь другой ситуации:). Через двадцать секунд, я услышала шлепанье босых ног, и дверь в мою комнату распахнулась с удара ноги. На пороге покачивался Гарик в трусах, пытаясь сфокусироваться на том, что происходило в комнате. А там ничего не происходило. На кровати лежал ангел во плоти и всем было понятно, что производить громкие звуки, ругаться матом, и вообще осуществлять несанкционированные действия, которые могут нарушить покой этого святого существа категорически запрещено. Но Гарик этого не понял. По причине природной тупости, я полагаю, или чрезмерного алкогольного опьянения.
— Эт че этты тут устроила, а? — он пахнул на меня перегаром и я поняла дешевое пиво полировалось дешевым коньяком. — Тее завидна, что ли? А, Мшунь? Л'жишь тут, одна, всеми забытая. Ну, че, пойдем, Ленуха не будет возражать.
………..- пусть ваше воображение само подскажет, что именно я ему ответила. И пусть оно… не сдерживается,
— Че? Че ты сказала? — мне кажется я в жизни не видела настолько пьяных людей. А уж после того как Гарик наклонился и до меня донесся дух продукта растительного происхождения, в народе называемого коноплей, я поняла, что мы не только пьяны в хлам, но и укурены в дым. Странно, обычно действие одного нейтрализует действие другого. Но это был не тот случай. — Че за проблемы? — вновь повторила жертва алкогольного делирия.
Вот как разговаривать с человеком в измененном сознании, когда он и без «допинга» не всегда бывает адекватен? Я решила по-хорошему. Получился следующий диалог:
— Гарик, солнышко, я так устала, мне так хочется спать, вы развлекайтесь, пожалуйста, я не против, я только за. Только, давай, зайчик, где-нибудь в другом месте. Почему бы вам к девушке в домик не пойти?
— У нее там тоже напарница. — Дедушка Дуров был прав. Лаской, именно лаской, мы добьемся от животного того, что нам надо.
— Гарик, а кругом лес, романтика, свежий воздух. Я возле столовой, беседку видела. А? Возьмите одеял, подушек, вам там будет удобно, — продолжала я свои увещевания, тоном медсестры из психбольницы.
— Точно, — Гарик кивнул, от чего чуть не свалился, — а я то думаю, чего мне душно, жарко, на улицу же можно уйти.
— Вот, солнышко, умница, идите на улицу.
— Спасбо тбе, т нстящй дрг, — сказал мне Гарик и покинул мою комнату, а очень скоро и помещение. Правда, девушка «Ленуха» немного повозмущалась. Ее видимо не прельщало продолжать любовные игры на свежем воздухе, но Гарик был мужиииик, и настоял на своем.
Они оставили наше бренное жилище. Последнее, о чем я подумала, перед тем как заснуть — была злорадная мысль о том, как плохо будет Гарику утром. Но я его сегодня вряд ли увижу, так как мы уезжаем после завтрака.
Все пойду, что ли пожру чего-нибудь. А то тут еда на халяву, а я не ем ничего. Безобразие!
Судьба этого дневника не слишком отличалась от судьбы его собратьев. Всего лишь три записи, зато объемные были сохранены на дискетку,(так, для истории), упрятаны в карман рюкзака, а сама я вместе с этим рюкзаком, группой, и нашими преподавателями запихалась в уазик санитарку и тряслась в течение двух часов по дорогам, точнее, по их отсутствию. Конечной целью нашего путешествия оказался большой деревянный дом, стоящий в лесу на берегу речки.
Мы все расположились в небольшом зале в котором стояли удобные кресла и диванчики, и даже (даже!!!) горел камин.
— Значит так, ребята, — взяла слово Эвелина. — Вы хорошо поучились, передохнули и будем надеяться, что готовы к работе?
— Да? — протянул кто — то, со следами вчерашнего порока на лице.
— Отличненько, — она как будто бы не замечала отсутствие всякого энтузиазма на лицах аудитории, — у нас в конвертах, задание для каждого из вас, учитывая ваши индивидуальные особенности. Держите, — Эдмунд вручил каждому из нас по большому конверту.
— Стоп, стоп, стоп, пока не открывайте, — остановила нас Эвелина, и вовремя потому, что я с остервенением начала раздирать полученный конверт. — По времени, выполнение задания не ограничено, однако, мы надеемся, что вы справитесь за день, максимум за два. Задания очень разные, и я опережу сразу же логично возникший вопрос, учебные они или настоящие. Мы, ребятки, решили сыграть с вами в интересную игру. Дело в том, что пять из этих заданий учебные, а четыре реальные, но какие именно, не знаем даже мы с Эдмундом, поэтому очень сильно советуем вам отнестись к ним серьезно. Во многом, от их выполнения зависит окончательная рекомендация и окончательные оценки, которые пойдут к вам в личное дело. Вопросы?
Вопросов не было. Скорее всего, не потому, что их не было в принципе, а потому что народ переваривал информацию. Однако Эвелина истолковала молчание по-своему.
— Вот и хорошо. Можете вскрывать конверты. У вас есть время обдумать свое задание, задать определенные вопросы. В рамках разумного, конечно, потом подойти к своим преподавателям и уточнить детали, в частности, тем, у кого задание расположено вне базы, решить вопрос с транспортом. Все, давайте, изучайте, потом вопросы и вперед к заданию.
— Уже? — спросил кто-то
— Конечно, чего ждать?
Народ зашуршал, вскрывая конверты, но я не спешила, а удобно развалилась в кресле и посматривала в окно, откуда открывался потрясающий вид на реку и лес. Что-то подсказывало, что мне не стоит торопиться, успею я еще проявить учебное рвение, и рабочее заодно.
— Маша, а что вы сидите? — Эвелина не дала мне толком расслабиться. — Давайте посмотрим, что у вас.
Я со вздохом разорвала конверт. Из него выпал лист, сложенный вдвое. И все? Народ пытался одолеть информацию, распечатанную на трех листах, чего-то шебуршился, а у меня всего лишь один лист?
— Слава Богу, — выдохнула я внутренне. — Значит, ничего страшного. Видимо я настолько всех достала что от меня захотели поскорее избавиться. Мол, сделай свое дело за три минуты и вали отсюда.
— Ну, что там? — Лина тоже выглядела заинтригованной.
Я развернула листок. Там было написано три строчки:
Задание седьмого уровня сложности.
Третий уровень секретности
Все подробности у Эдмунда Стеллса.
— За-е… — ши-бись, — произнесла я, уловив внимательный взгляд своего преподавателя. Легкое задание! Сколько раз мне говорили, что меня погубит мой чересчур оптимистичный взгляд на происходящее.
Похоже, что этот самый момент пришел. Тяжело вздохнув, я пошла разыскивать Эдмунда. Далеко ходить не пришлось. Он сидел на крылечке и кормил бурундука с рук. Какая идиллия! Я бы конечно поумилялась, если бы это
а) не был вампир
б) не был вампир, с которым у меня не сложились отношения
в) не был вампир, с которым у меня не сложились отношения, и который собирается излагать мне мое задание.
Задание от которого, между прочим, зависит успешность моего окончания этих долбанных курсов. Задание седьмого уровня сложности и третьего уровня секретности. Я не знала, что это такое, но звучало угрожающе. Мне было все равно, учебное оно, или настоящее. Я была уверена в одном. Приятным оно не окажется.