Мойша подобрал обувь Коннора, поднял голову и посмотрел на незадачливого ловеласа, который с огромным трудом удерживался на прогибавшемся под ним карнизе и пытался нацепить на себя брюки. Его подружка все еще стояла у окна и безуспешно пыталась его закрыть. Вдруг сзади нее появилась фигура хозяина дома. Мойше даже показалось, что он услышал, как женщина ахнула. Она повернулась спиной к окну, пытаясь закрыть его своим роскошным телом, и начала что-то быстро говорить мужу. Как только он сделал движение, которое можно было расценить, как попытку подойти к окну, женщина бросилась к нему на шею и заключила в самые страстные объятия, которые только Мойша видел иди, по крайней мере, мог себе представить. Мужчина, по всей видимости, не стал противиться порыву своей благоверной, и через мгновение Мойша увидел, как пеньюар плавно соскользнул с ее плеч вниз. Руки рогоносца облапили пышную плоть, и счастливая парочка удалилась в глубь комнаты.
Всего в паре футов от того места, где происходил весь этот спектакль, неподвижно стоял Коннор, стараясь дышать как можно реже, и глядел в сторону окна, ежесекундно ожидая расправы. Очевидно, он видел или слышал достаточно, чтобы хорошо себе представлять все происходящее, и теперь, когда опасность немного миновала, он, рискуя свалиться вниз с шаткого карниза, наклонился к окну и заглянул в комнату.
Внезапно он отпрянул назад, как будто кем-то или чем-то застигнутый врасплох. Потеряв равновесие, Коннор закачался на карнизе, словно канатоходец, голой ногой пытаясь удержаться на узкой площадке и вытянув в сторону от окна ту ногу, на которую уже успел надеть штанину, одновременно хватая воздух руками и пытаясь нащупать какую-нибудь опору. Наконец ему удалось уцепиться правой рукой за выступающий из стены кирпич, правда, перед этим он был вынужден выпустить из нее всю одежду. Рубашка, камзол, жилетка, нижнее белье – все полетело вниз. В добавок к этой неприятности, брюки соскользнули у него с ноги и, зацепившись за ступню, повисли, раскачиваясь над землей.
Коннор тряхнул ногой, чтобы освободить ее от сковывающего груза, и совершил тем самым непростительную ошибку. Резкое движение лишило его последнего равновесия, и, отчаянно посмотрев на землю, словно не веря в то, что сейчас произойдет, он взмахнул руками и камнем полетел вниз.
У Мойши захватило дух, когда его благодетель, пролетев добрый десяток футов, протаранил задом аккуратно постриженный куст. Подбежав к месту падения, мальчик увидел то, что раньше было Коннором, а теперь представляло собой запутанный клубок из рук, ног и сломанных веток. Посреди всей этой кучи торчала голова, глаза на которой вдруг открылись и удивленно посмотрели куда-то поверх Мойши. Когда мальчик поднял голову и взглянул туда, куда был направлен немигающий взор его покровителя, он увидел женщину, выглядывавшую из приоткрытого окна. Тело ее было закрыто шторой, которую она придерживала впереди себя. Посмотрев на неудачливого любовника и на мальчика рядом с ним, она приблизила указательный палец к губам и нахмурилась, затем плотно закрыла окно и скрылась в глубине комнаты.
– Помоги мне, – с трудом произнося слова, попросил Коннор, затем отвел руку мальчика, который потянулся, чтобы ему помочь.– Сначала подай брюки.
Собрав раскиданные вещи в охапку, Мойша принес их Коннору, руки и ноги которого, покрытые многочисленными ссадинами и царапинами, все еще торчали из куста.
– Дай это сюда, – приказал ему Коннор, – И перестань на меня так смотреть.
– Я... извини, – пробормотал Мойша и бросил ворох одежды поверх оголенной части тела Коннора, которой тот так и не успел в полной мере воспользоваться.
– Ты заметил этого мужчину, когда он входил в дом? – Коннор немного приподнялся, встряхнул покрытые пылью брюки и залез ногами в штанины.
– Да, но...
Видя, с каким трудом мальчик борется с желанием посмотреть туда, куда ему смотреть не следовало, Коннор спросил, пожимая плечами:
– Ну, в чем дело? Что-то не так?
– Нет, все так, – возразил Мойша, заливаясь краской стыда – Вот только... ну... теперь я вижу, что ты и на самом деле не еврей...
Глянув на себя вниз, Коннор усмехнулся:
– А я тебе что говорил. Теперь помоги мне выбраться отсюда.
Мойша схватил Коннора за запястья и вытащил его из кустарника. Брюки молодого человека все еще сползали вниз. Он протянул руки и, наконец-то, водрузил их на место. Затем подобрал лежавшую рядом одежду и поспешно напялил ее на себя, распихав нижнее белье по карманам и небрежно приладив к шее платок и воротничок.
– Давай-ка двигать отсюда, – Коннор легонько подтолкнул компаньона по направлению к улице.
Поколебавшись, Мойша произнес, запинаясь: – Думаю... Тебе не представилась возможность попросить ее о том, чтобы она помогла наполнить мне мой мешок?
– Ты из-за этого такой хмурый? – он полез в карман жилета, извлек оттуда золотую монету и протянул своему юному другу. На лице мальчика появилось выражение невероятного восторга. Он вертел монету в руках, разглядывая ее со всех сторон.
– В деле, которым я занимаюсь, быстро учишься брать деньги вперед – раньше, чем появится муж.
– Но я бы не хотел брать твое...
– Эта монета для тебя,– настоял Коннор, отводя в сторону руку мальчика, протянувшего ему деньги назад. – Маленький подарок щедрой леди Генриетты Велсли. У меня здесь еще есть.
Он похлопал себя по карману жилета.
– Но как ты убедил ее сделать мне такой подарок? Что ты ей сказал?
– Я сказал ей, что мой маленький племянник только что приехал в Лондон, без родителей и без гроша за душой. Она ответила, что будет счастлива помочь бедному деревенскому сироте встать на правильный жизненный путь. Если я не ошибаюсь, леди Велсли с огромным удовольствием скажет тебе это сама, когда ты немного подрастешь. – Коннор потрепал приятеля по щеке, а в его глазах появились озорные огоньки.
– Ты предлагаешь... – начал Мойша неуверенным голосом.
– Я же говорил тебе, на свете существует множество способов заработать деньги, не пользуясь для этого мешком или тележкой с фруктами,– нужно только получить верное образование, которое может дать опытный в любовных делах парень вроде меня. – Коннор весело подмигнул: – Что-то подсказывает мне, что такой смазливый еврейчик, как ты, придется по вкусу многим неверным женушкам.
Он протянул руку и несильно ударил мальчика в пах.
Поначалу Мойша почувствовал себя неловко, но затем засмеялся вслед за громко хохотавшим Коннором. Они уже отошли от дома леди Генриетты на приличное расстояние, когда мальчик внезапно остановил его, потянув за рукав.
–Только пообещай мне одну вещь. – Он указал в сторону дома на то место, куда приземлился Коннор, падая с карниза, и улыбнулся: – Если я позволю тебе показать мне способы, которыми зарабатывают деньги в постели, ты покажешь мне также, как получше падать в кусты.
– Мойша, друг мой, я покажу тебе тысячу разных способов. – Коннор повел его дальше по улице. – И вот тебе мой первый урок – первое правило настоящего любовника: лучше синица в руках, чем журавль в небе.
Мойша посмотрел на него с удивлением:
– Но ты же говорил сегодня утром, что первое правило – никогда не заставлять женщину ждать.
– Все, мой дорогой, зависит от того, что это за женщина и насколько тугой у нее кошелек.
Мальчик с сомнением покачал головой.
– Не забивай себе этим голову. У мужчин, которые продают свое тело, полно правил и полно времени, чтобы эти правила изучать... и нарушать. – Коннор ускорил шаг, обходя площадь Св. Джеймса, и свернул по направлению к более узким и извилистым улицам города. – Давай-ка пошевеливаться. Если я не ошибаюсь, как раз в этот момент Эмелин ставит для меня на стол чашку горячего супа.
– Эмелин?
– Наверное, самая красивая девушка во всем Лондоне. – Он резко остановился и сгреб в ладонь рукав вельветовой куртки Мойши. – И запомни, ни слова ей о том, где мы были сегодня днем! Она думает, что я работаю в порту. Если ей станет известно, откуда у меня на самом деле берутся деньги...