На основе данных разведки складывалась картина массированного усиления немецкой армии и ее реорганизации, которые проводились в Польше, далеко за линией фронта. Резко возросло количество самолетов люфтваффе, и проведение разведки с воздуха стало делом трудным. Неожиданно резко возросли потери среди бомбардировочной авиации советских ВВС, и количество бомбовых ударов пришлось сократить.
Сила немецких войск росла по всей линии фронта. А кроме того, немцы зарывались в землю. Пояс за поясом тянулись рубежи эшелонированной противотанковой обороны, которые выстраивались через половину Польши, проходя перед линией Висла — Нарев, а также за ней и далее в западном направлении. В районе обороны группы армий «Центр» фронт проходил по линии Белосток — Брест — Львов. Манштейн лично выбрал имя для этого рубежа обороны и назвал его «Линия Локки».[203] Следующая более сильно укрепленная линия обороны, которая получила название «Линия Шарнхорст», начиналась в 30–40 милях (примерно в 50–65 км) к востоку от рек Висла и Нарев. Третий пояс обороны, названный «Линия Гнейзенау», проходил вдоль западного берега этих рек. За два коротких месяца была проведена впечатляющая по своим объемам работа; все немцы, каких только можно было привлечь к ней, и большая часть взрослого населения Польши работали, не выпуская из рук штыковые и совковые лопаты, а также ведра и носилки. Все танковые дивизии были отведены с передовой, а на позициях с очень высокой плотностью и на большую глубину по фронту устанавливались противотанковые орудия либо с приставшими к ним ошметками грязи из Франции, либо с засохшими норвежскими папоротниками. В только что вырытые траншеи шел поток новой продукции. Создаваемая система обороны представляла собой густо переплетенную сеть противотанковых орудий, пулеметов, контрэскарпов и ежей, а также минных полей, и ее плотность возрастала с увеличением глубины обороны. Большие количества бронетанковой техники сосредотачивались в Восточной Пруссии, а также к западу от Варшавы и во многих других местах.
Помимо всего прочего, из ГРУ поступали также сообщения и о серьезных изменениях в организации немецких войск. Большинство из тех дивизий, что воевали на Восточном фронте, существовали только на бумаге, и они фигурировали в диспозициях и боевых порядках только по той простой причине, что Гитлеру нравилось видеть большое количество номеров дивизий на картах боевых действий. За счет расформирования тех дивизий, которые несли службу в гарнизонах Скандинавского полуострова, а также во Франции и на Балканах, и последующей передачи их личного состава обстрелянным подразделениям с передовой лучшие из этих дивизий, в особенности пехотные, были вновь укомплектованы по нормам военного времени. Так же были расформированы полевые дивизии люфтваффе, которые пользовались особой любовью у Геринга. Частично их личный состав направили к Галланду, который занимался переформированием авиации, частично в подразделения сухопутных войск. Полностью было остановлено формирование новых боевых частей, и личный состав этих вновь формируемых подразделений тоже был направлен для усиления уже существующих дивизий. Танковые и моторизованные дивизии отводились с фронта и объединялись в мощные резервные формирования. Здесь к ним присоединялись формирования, до этого воевавшие на других театрах военных действий. Везде первостепенное значение приобретала глубокая противотанковая оборона в сочетании с подвижными подразделениями, сохраняемыми в резерве для проведения контратак.
Западные союзники продолжали передавать Сталину сведения, благодаря которым становилось известным то, чего не смогла установить его собственная разведка. Полученная информация не содержала ничего утешительного. Немецкие запасы топлива достигли самого высокого уровня начиная с 1940 года. Постоянно увеличивался выпуск синтетического жидкого горючего, и теперь, когда прекратились воздушные налеты союзной авиации, можно было ожидать дальнейшего увеличения объема производства этой продукции. Победа, которую Роммель одержал в Нормандии, остановила операцию «Нефтяная кампания», которую союзники планировали провести после завершения вторжения и которая была нацелена на уничтожение промышленности, производящей горючее.[204] Фактически налеты авиации были прекращены именно в тот самый момент, когда стал серьезным ущерб, который они наносили немецкой военной промышленности и противовоздушной обороне рейха. Теперь авиационная промышленность могла работать с ускорением, быстро достигнув производства 4 000 истребителей (главным образом Bf.109Gs и Fw.190) в августе. В это же самое время люфтваффе ускорили процесс подготовки летного состава, чтобы дать фронту больше летчиков-истребителей. Дополнительным преимуществом, которое обеспечивалось перемирием, было возвращение в Германию нескольких тысяч экипажей бомбардировщиков, попавших в плен во время битвы за Англию и сбитых над Северной Африкой. Как только появилось достаточное количество самолетов, было проведено широкомасштабное преобразование сохранившихся подразделений бомбардировочной авиации в подразделения истребительной авиации. За исключением разработки реактивного истребителя Ме-262 была фактически свернута работа над почти всеми ресурсоемкими проектами супероружия, которым отдавал предпочтение Гитлер. Галланд приложит все силы, для того чтобы второе рождение люфтваффе было как можно более успешным.
Перемирие на западе продолжало приносить свои плоды. Помимо всего прочего, прекращение бомбардировочной кампании высвободило огромное количество зенитной артиллерии люфтваффе, с помощью которой они тщетно пытались отбиться от ливня бомб, посылаемого авиацией союзников. Те 100 000 военнослужащих зенитной артиллерии, которые несли службу во Франции, пополнили бесконечную вереницу воинских железнодорожных составов, которые устремились на восток. На пути к ним присоединились дополнительные сотни тысяч зенитчиков из самой Германии, они наполнили до краев поток зенитных орудий калибром 88 мм, который поступал на фронт, и обеспечили быстрое удовлетворение потребности фронта в этих орудиях. Практически на восток были направлены тысячи этих превосходных орудий. Двойное назначение этих пушек, то есть возможность использовать их в качестве основного оружия для борьбы с танками, в еще большей степени послужило усилению сухопутных войск Германии.
Полководцы возвращаются
Еще одним известием, которое не прибавило спокойствия советскому командованию, стало известие о том, что на службу возвращены некоторые из самых лучших немецких военачальников. Модель сохранил за собой командование группой армий «Центр». Командование группой армий «Север», которую нужно было вывести из Прибалтики и расквартировать в безопасной Восточной Пруссии, принял на себя Лист, а Клейст возглавил группу армий «Северная Украина». Сталину не было известно, что Роммель предложил Манштейну взять на себя оперативное командование всеми тремя группами армий на востоке. В противном случае ему бы стало ясно, что эти три группы армий образуют основной театр военных действий, ведь было бы нелепо управлять действиями каждой из групп из вновь созданного ОКВ. То обстоятельство, что Манштейн выступал в защиту подобного решения перед Гитлером, сыграло немалую роль в его отставке. А теперь он сразу же вылетел в Варшаву с тем, чтобы собрать штабы всех трех групп в одно управление: Высшее командование «Восток» (Oberkommando Ost). Роммель обещал Манштейну, что тот сможет набирать персонал штаба по своему усмотрению. Предстояла большая работа.
Роммель провел еще одно совещание. Улыбчивому Альберту — генерал-фельдмаршалу Альберту Кессельрингу — было совсем не до улыбок, когда он услышал предложение Роммеля взять на себя командование группой армий «Юг». Во время африканской и итальянской кампаний отношения между этими двумя военачальниками характеризовались достаточно бурными конфликтами, тем не менее оба сохранили невольное уважение друг к другу.