Но Муссолини знал, что стоит Гитлеру хоть как-то изменить свои приоритеты, ему тут же придется решать проблему войны на два фронта. Поэтому он стал предлагать либо заключение мира со Сталиным, либо создание Восточного вала — сильно укрепленной зоны обороны от советских войск. Хотя Гитлер публично отверг любую возможность переговоров со Сталиным, тем не менее в декабре прошедшего года он дал указание разведке прозондировать почву в данном направлении. Сталин, армии которого в ту пору вели наступление, отвергал даже мысль о переговорах.
Независимо от своего личного мнения о Муссолини, Гитлер не мог совершенно отказаться от этого итальянца. Сделай он это, и Италия капитулирует, а это будет гораздо худшей проблемой. С одной стороны, Гитлер понимал, что Муссолини прав: война на востоке оборачивалась катастрофой, и победа в виде капитуляции вследствие полного поражения войск противника — то, что казалось Гитлеру совершенно неизбежным в 1941 году, — теперь оказывалась недостижимой. Ему придется либо использовать тактику изматывания своих противников, либо постараться выиграть достаточно значительное в политическом отношении сражение, которое позволит ему вести переговоры с позиции силы.
Подобные соображения вынудили Гитлера отдать приказ о некоторой переброске немецких войск, благодаря которой их контингент в Греции получит подкрепление в виде еще двух дивизий, а на Балканах — четырех. Кроме этого, он создаст на Севере Италии новое формирование, командовать которым будет Роммель. Основой этого формирования станет испытанная в боях 1-я танковая дивизия, и оно будет использовано для обороны Италии или же, чего он опасался в большей степени, для разоружения итальянцев в том случае, если они капитулируют.
Затем Гитлер стал размышлять над самой насущной проблемой — над положением дел на востоке. Он решил, что, для того чтобы прочнее закрепиться на завоеванных позициях, ослабить позицию Советов и истребить накопленные ими оперативные резервы, будет нужна ограниченная наступательная операция, которая одновременно покажет его союзникам по «оси», что решающая роль по-прежнему принадлежит Германии. Наиболее очевидной целью подобного наступления является выступ, который образовался в районе украинского города Курск.[147] Уничтожение этого выступа приведет к тому, что будут разгромлены все советские войска, сконцентрированные в нем, а также и все те силы, которые советское командование бросит сюда для спасения окруженных войск. Помимо этого, уничтожение выступа позволит сократить линию фронта на добрых 250 км. Результатом этих размышлений явилась директива № 5, которая была направлена в войска 13 марта. В ней утверждалось, что советские войска вскоре должны будут возобновить наступление и что необходимо предусмотреть все меры по организации активной обороны. Войска группы армий «Центр» должны подготовиться к нанесению удара по Курскому выступу с севера, тогда как группа армий «Юг» должна будет ударить с южного направления. Последующая директива № 6 Гитлера содержала в себе детали операции, которую он назвал «Цитадель», а также двух других операций — «Хабихт». (Habicht, «Ястреб») и «Пантера» (Panther), целью которых должно было стать завоевание дополнительных территорий в промышленном Донецком бассейне. Предварительная дата начала боевых действий была назначена на 3 мая 1945 года.
На западе войска Великобритании и Соединенных Штатов Америки все еще приходили в себя от поражения, понесенного в Тунисе. В этот район прибыл генерал-лейтенант Джордж Пат-тон. Ему поручалось принять командование II корпусом США и восстановить его боевые качества после того гибельного крещения огнем, которое он прошел. 8-я армия Монтгомери вновь вошла в Тунис, пополнила свои боеприпасы и приготовилась к дальнейшим боевым действиям. Несмотря на большие потери, ни один из союзников не выглядел слишком смущенным этим обстоятельством. Они продолжали с надеждой смотреть в будущее.
Великобритания и Соединенные Штаты по-разному видели стратегию этой войны. По мнению англичан, Средиземноморский театр военных действий в 1943 году являлся единственным районом, где они на равных могли биться с немцами и даже побеждать их. Кроме того, они полагали, что здесь существует весьма большая вероятность хорошим ударом вывести из войны Италию. Однако Соединенные Штаты рассматривали Средиземноморье как действие второго плана, без которого можно было бы и обойтись. Руководство Америки хотело как можно скорее начать военные операции на Ла-Манше, так, чтобы можно было сразу двинуться на Германию, а потом, закончив войну в Европе, уделить максимум внимания театру военных действий на Тихом океане и своим японским противникам. Американцы согласились на участие в операции «Торч» и на высадку десанта в Марокко только в обмен на обязательство Великобритании провести вторжение во Францию осенью 1943 года. Однако, когда союзники в январе этого же года встретились на конференции в Касабланке, обе стороны знали, в 1943 году выброска десанта через пролив Ла-Манш не представляется возможной. После полных желчи дебатов по поводу предмета совещания стороны определили свой следующий шаг, наконец-то согласившись дополнить «победу», одержанную ими в Тунисе, вторжением в Сицилию. К несчастью, в силу того, что США не проявляли никакого желания вникать в проблемы Средиземноморья, Сицилия рассматривалась скорее как самостоятельная военная операция, а не как часть какого-то согласованного плана.
Когда, наконец, было принято это решение, в штабах приступили к планированию Сицилийской операции. Исходными решениями было установлено, что командование операцией в целом будет поручено американскому генералу Дуайту Д. Эйзенхауэру, а британский генерал сэр Гарольд Александер будет выступать в роли его заместителя и командующего всеми сухопутными силами. После этого процесс работы над планом действий был полностью остановлен, чему не в последнюю очередь способствовало то обстоятельство, что планирование операции проводилось на пяти назначенных для этой цели, но изолированных друг от друга участках: в Вашингтоне, в Лондоне, а также в Каире, Рабате и в Алжире.
Прошло три месяца, наступил апрель 1943 года, а согласованный план военных действий так и не появился на свет. Самое большое, чего удалось достичь, это решение о том, что Восточное крыло в виде британских войск особого назначения под командованием Монтгомери должно будет высадиться на широко разбросанных участках от Гелы до Сиракуз. Высадка британских войск должна совпасть с высадкой в районе Палермо Западного крыла войск особого назначения США под командованием генерала Паттона. Однако, когда его ознакомили с этим планом, Монтгомери буквально взорвался и полностью отверг его. Он пришел к выводу, что разработчики плана недооценивают сопротивление войск стран «оси» и потребовал в своей лишенной уважения к табелю о рангах манере большей концентрации участков высадки десанта. Генерал Александер, который являлся непосредственным начальником Монтгомери, в конце концов согласился с его мнением. Правда, перед этим он едва не растерял весь оставшийся у него авторитет, предложив предоставить решение этого вопроса Черчиллю. Частично озабоченность генерала Александера основывалась на том недоверии, которое он испытывал к боевым качествам американских солдат и которое родилось у него после катастрофически неудачных действий американцев во время февральского наступления войск стран «оси». Такое неверие в их силы в особенности досаждало последним, поскольку они считали, и с достаточным основанием, что в подавляющей части их военные неудачи в Тунисе объясняются плохим выбором позиций, предписанных директивой британского генерала Андерсона.
Согласно новому плану высадки три дивизии английской 8-й армии должны будут высадиться в районе города Сиракузы, а вновь сформированная 7-я армия США, тоже силами трех дивизий, произведет высадку в Геле. Этот план возмутил командование войск Соединенных Штатов, и в особенности Паттона, который считал, что если следовать этому плану, то вместо захвата ключевого морского порта Сицилии задача его частей будет сведена к обеспечению прикрытия левого фланга англичан. Паттон был еще больше взбешен, когда он узнал, что Эйзенхауэр отклонил его просьбу заменить назначенную к участию в высадке необстрелянную 36-ю пехотную дивизию закаленной в боях 1-й пехотной дивизией, поскольку последний хотел, чтобы боевой опыт приобретало как можно больше американских солдат.
147
Так у автора — «украинский город Курск». На самом деле в то время Курск — центр Курской области РСФСР. — Прим. пер.