— Спейс говорил мне о возможности ученичества в вашем монастыре, но я еще не принял относительно этого окончательного решения. Мне не совсем ясно, что представляет собой процесс обучения, какие конкретно знания я приобрету в результате, а главное — какие обязательства мне придется на себя взять в качестве платы за обучение.
Я уловил на себе быстрый колючий взгляд настоятеля, в котором вновь прочел тщательно скрываемую тревогу.
— Старший брат поведал мне вашу историю, и я вижу, что он не ошибся в своем главном выводе. Вы обладаете огромной внутренней силой, но пока что не имеете ни малейшего представления о том, как ее использовать и как ею управлять. Так почти всегда случается с теми, кто получает подобный дар случайно, а не идет к нему постепенно, путем длительных тренировок и упражнений.
— Если я правильно понял моего первого наставника в вашем мире, мастера Спейса, вы могли бы научить меня управлять этой силой. Собственно, для этого он и отправил меня сюда.
Я решил не афишировать то обстоятельство, что Спейсом прежде всего руководило желание избежать возможных неприятностей, связанных с моим пребыванием в городе.
— Это было верное решение. Мы действительно можем вам помочь. Проблема состоит в том, что, научившись управлять силой, которую вы получили вместе с соком энергана, вы обретете ни с чем не сравнимое могущество.
— И что же в этом плохого?
— Для вас — ничего. Но, прежде чем передать в ваши руки подобную власть, мы должны быть уверены в том, что она никогда не будет использована во вред интересам нашего ордена. Надеюсь, это вам понятно?
— Я готов дать любые обещания. Не в моих правилах причинять вред тому, кто мне помог.
— Словесных гарантий недостаточно. Со временем ваши намерения могут измениться.
— И что же вы предлагаете?
— Лучше всего было бы оставить все, как есть, и не пробуждать спящий вулкан. Но, к сожалению, вы уже знаете о своем даре, и, если сейчас мы вам откажем в помощи, не исключено, что вы найдете себе других учителей. Поэтому решение принять вас в ученики аббатства вступит в силу в тот самый момент, когда вы докажете свое лояльное отношение к нашему ордену.
— Прежде чем что-то доказывать, я хотел бы узнать, чему вы можете меня научить?
— Управлению вашей силой. Сейчас она проявляется спонтанно и далеко не всегда. Очень часто вы неожиданно оказываетесь один на один с противником, не имея возможности использовать свои скрытые возможности и в то же время инстинктивно на них полагаясь, а это, как вы понимаете, очень опасно. Любая неожиданность в рукопашном бою — чревата. Мы научим вас вызывать состояние «остановленного времени», как вы его называете, в любой момент, по вашему желанию, и удерживать его столь долго, сколько это потребуется.
Этот человек знал обо мне слишком много. Причем он знал вещи, о которых я ничего не говорил старшему брату, только Спейс мог ему сообщить такие подробности о моем даре, но вряд ли Спейс стал бы передавать все это в коротком послании. Я должен быть с этим монахом очень осторожен. Следить за словами, да и мысли надо научиться держать на замке…
— Действие этого «сверхсостояния» не может быть долговременным, оно выкачивает из меня слишком много энергии, — заметил я.
— Конечно. Но время будет зависеть только от вашего мастерства и от того, как много вы будете готовы пожертвовать в каждом конкретном случае.
— Пожертвовать? О чем вы?
— На самом деле никакого замедления времени не происходит. Ваши внутренние биологические часы на протяжении действия этого феномена начинают работать в сотни раз быстрее, соответственно ускоряются все ваши реакции и сокращается жизнь… Увы, за все приходится платить. Однако, если вы будете готовы расстаться с несколькими годами жизни, такое состояние можно поддерживать в течение часа.
Представляете, сколько всего сможет сделать человек, целый час находящийся в неподвижном мире, который совершенно неспособен ему противостоять? И какую опасность для окружающих может он представлять? А если к этому еще добавить ваше неожиданное приручение молдрома, то станут понятны и наши опасения.
Научившись управлять своей внутренней силой, вы улучшите и свои телепатические способности. Уровень общения с молдромом повысится. Не исключено, что вам даже удастся превратить его в свой летающий транспорт. Есть сведения, что некоторым воинам в древности это удавалось.
И поэтому, как я уже говорил, прежде чем начать обучение, вы должны будете доказать свою лояльность ордену. Теперь, надеюсь, вам стало понятно это требование и то, что оно продиктовано исключительно нашей собственной безопасностью.
— Каким же образом я смогу доказать свою лояльность? — Меня уже начал раздражать извилистый ход беседы, и я не скрывал раздражения.
— Вам вскоре представится такая возможность. Вы, конечно, помните стычку с летунгами?
— С этими летающими обезьянами?
— Они вовсе не обезьяны. Это очень древнее и некогда весьма могущественное племя. Но однажды они похитили не ту женщину… Впрочем, это совсем другая история. Важно то, что после этого они проиграли свою главную схватку и на долгие годы исчезли из нашей истории, затаившись в своем, не доступном никому замке.
Но недавно, с появлением в нашей вселенной Багровой планеты, они вновь зашевелились. Существует какая-то древняя связь между ними и деймами. Летунги живут очень долго и, возможно, поэтому никогда не прощают гибель своих соплеменников. У нас давно назревал конфликт с этими существами, а ваша стычка с ними должна ускорить развязку.
Под сомнение поставлено само существование ордена… Летунги никогда не нападают одни, они находят себе союзников в болотных странах, когда-то принадлежавших деймам. Там осталось много древних племен, о которых мы почти ничего не знаем. Если летунги найдут могущественных союзников, орден может проиграть битву. У нас уже есть один серьезный враг на равнине. — Теперь голос настоятеля звучал угрюмо, он больше не пытался скрыть свою озабоченность. И беседовал со мной, как с равным.
— Вы имеете в виду лорда Грегориана?
— Мы почти не сомневаемся в том, что этот так называемый «лорд» не принадлежит к человеческому племени. Кстати, он сам себе присвоил этот титул и уже давно стал посланником деймов. Теперь он тайно объединяет все темные силы, готовя их к походу против монастыря. Ему хорошо известно, что наш орден никогда не согласится с господством деймов на Шаранкаре. Времени на подготовку к решающей битве осталось совсем немного, и ваше появление — добрый знак.
Всерьез противостоять летунгам можно только в их родной стихии. От того, как скоро вы научитесь управлять молдромом до такой степени, чтобы превратить его в своего крылатого коня, возможно, будет зависеть исход всей схватки, — сделал вывод настоятель.
— В этой ситуации мне кажутся непонятными все ваши слова об испытании в верности ордену. Простите меня, самый старший брат, но у вас просто нет выбора. Если вы не попросите меня о помощи, без всяких испытаний и клятв в верности, вы останетесь один на один с превосходящим вас противником.
— Вам нельзя отказать в проницательности, молодой человек, но не забывайтесь. Пока что мы говорим лишь о ваших потенциальных возможностях, которые еще нужно воплотить в жизнь. И сделать это могут только наши учителя.
— Какую, собственно, роль вы собираетесь мне отвести в предстоящей схватке?
— Вы могли бы стать нашей главной ударной силой и прикрыть монастырь с воздуха — откуда он наиболее уязвим.
— Я не могу на это согласиться, потому что при нынешней организации обороны монастырь не продержится и трех дней. Я не сомневаюсь в том, что большинство членов ордена — неплохие воины. Но использование фортификационных сооружений вашей крепости оставляет желать лучшего.
— Откуда это известно вам — помощнику капитана торгового звездолета? Что вы понимаете в фортификационных сооружениях?
Наконец он проговорился о том, что моя профессия не представляет для него секрета и не вызывает недоумения. Из этого следовало, что он знает о земном звездофлоте гораздо больше того, что хотел бы показать.