Изменить стиль страницы

Но и солнечная ипостась Бога не может не впечатлять современного читателя своей поэтической насыщенностью:

Мы молимся Солнцу,
Бессмертному Свету,
Чьи кони быстры.
Когда Солнце светит,
Когда Солнце греет,
Стоят Божества
Все сотнями тысяч
И счастье вбирают,
И счастье дарят
Земле, данной Маздой,
Для мира расцвета,
Для Истины роста «…»
Помолимся Митре,
Луга чьи просторны,
Тысячеухому,
Чьих глаз мириад,
Который бьет метко
Своей булавою
По дэвов башкам.
Помолимся связи,
Из всех наилучшей,
Меж Солнцем с Луной.

Малая, практически ничтожная часть Авесты дожила до нынешних времен. Но и эти дошедшие до нас священные осколки подчас сияют так, что слепит глаза!

6. «ДХАММАПАДА»

Полная версия буддийского канона «Типитака» («Три корзины [законар), написанного в I веке до н. э. на языке пали, содержит сведения на все случаи жизни. В каждой «корзине» можно отыскать ответ на любой вопрос, волнующий верующего человека: правила поведения и жизни в буддийской общине, нравственный кодекс, метафизические, космологические и эсхатологические основы учения Будды и т. д. Каждая часть «Типитаки» распадается на множество разновеликих трактатов, имеющих достаточно самостоятельное значение. Каждый из них — не просто священный текст, но также исторический и литературный памятник. Среди них немало шедевров, входящих в сокровищницу мировой мысли и поэзии. Шедевр из шедевров — «Дхаммапада» («Путь добродетели»), своего рода компендиум буддийской мудрости и догм, изложенных в краткой афористичной форме.

Для буддиста «Дхаммапада» — как Евангелие для христианина. По существу же она представляет собой 423 рифмованных изречений, сгруппированных в 26 главах. Постигающие истины буддизма используют священную книгу как учебник, заучивая ее наизусть. Им можно только позавидовать: осмысливать, запоминать и при каждом удобном случае озвучивать «мудрость веков» — сплошное удовольствие. Ведь речь идет, как говорится, об истинах на все времена. Главные принципы мировой религии буддизма (1 — существует страдание; 2 — его причина; 3 — возможность освобождения; 4 — путь к нему ведущий) присутствуют в «Дхаммападе», так сказать, в снятом виде и в художественно отшлифованной форме.

Философия «Дхаммапады» — непротивление злу насилием. Лев Толстой, не задумываясь, подписался бы под ее емкими выводами:

Ибо никогда в этом мире ненависть не прекращается ненавистью, но отсутствием ненависти прекращается она. «…»

Ведь некоторые не знают, что нам суждено здесь погибнуть. У тех же, кто знает это, сразу же прекращаются ссоры.

(1, 5–6. Перевод - здесь и далее - В. Н. Топорова)

Буддийская мораль, правила поведения и взаимоотношения между людьми зиждутся на самоограничении чувств и подавлении желаний. Отсюда чеканные установки, вдохновляющие лишь тех, кто разделяет идеалы буддийского самосовершенствования:

Как в дом с плохой крышей просачивается дождь, так в плохо развитый ум просачивается вожделение. Как в дом с хорошей крышей не просачивается дождь, так в хорошо развитый ум не просачивается вожделение.

(1, 13–14)

«Плохо развитый ум», конечно, никому не нужен, но и без разумного «вожделения» тоже не проживешь. Тем не менее «Дхаммапада» шаг за шагом, настойчиво и беспрекословно проводит эту — и только эту! — идею:

Серьезность - путь к бессмертию. Легкомыслие - путь к смерти. Серьезные не умирают. Легкомысленные подобны мертвецам. «…»

Избегайте легкомыслия, чуждайтесь страсти и наслаждения, либо лишь серьезный и вдумчивый достигает великого счастья.

(11, 21;27)

Сумевшие обуздать страсти и преодолеть достижимые или несбыточные желания достигают высшей степени мудрости и свободы:

У совершившего странствие, у беспечального, у свободного во всех отношениях, у сбросившего все узы нет лихорадки страсти. Мудрые удаляются; дома для них нет наслаждения. Как лебеди, оставившие свой пруд, покидают они свои жилища. Они не делают запасов, у них правильный взгляд на пищу, их удел - освобождение, лишенное желаний и необусловленное. Их путь, как птиц в небе, труден для понимания.

(VII, 90–92)

Поскольку искомый идеал достигается с помощью несущего истину Слова, постольку в «Дхаммападе», как и подобает священной книге, устанавливается подлинный культ «мысли изреченной»:

Одно полезное слово, услышав которое становятся спокойными, лучше тысячи речей, составленных из бесполезных слов.

(VIII, 100)

Победивший зло, низменные страсти, победивший себя в себе самом — достигает просветления и состояния нирваны (безмятежного самоуглубления и самосозерцания, в результате которых постигается высшее знание):

Здоровье - величайшая победа; удовлетворение - величайшее богатство; доверие - лучший из родственников; нирвана - величайшее благо.

В одном из величайших произведений восточной и мировой литературы — поэмы Асвагоши «Жизнь Будды», созданной в начале новой эры и почитаемой верующими адептами наравне с другими священными буддийскими текстами, содержится обширная глава, прославляющая нирвану:

И, проникаясь великим
Мученикам состраданьем,
Будда им всем завещал:
«Вот досягну я Нирваны,
Чтите ее, — и за мною
Вы досягайте Нирваны,
Это светильник в ночи.
Камень ее самоцветный —
Клад человеку, что беден.
Что повелел вам, блюдите,
Путь ваш — дорога моя.
Не избирайте другого.
Тело, и мысли, и слово
Вы в чистоте соблюдайте,
Жизнь вашу чисто храня…»
(Перевод Константина Бальмонта)

Конечно, если бы все следовали заветам великого Будды, изложенным в «Дхаммападе», мир давно бы приблизился к состоянию, близкому к Золотому веку. Но, увы, праведников как всегда не хватает, а грешников по-прежнему в избытке. Идеального состояния общества достичь пока что никому не удавалось — ни с помощью религиозных доктрин, ни с помощью утопических теорий. И, похоже, никогда не удастся.