Осенью 1469 года Пьеро, пока паралич не охватил все тело, собрал всех видных горожан и рекомендовал им Лоренцо. Говорят, он даже тайком вернул из ссылки Аньоло Аччайуоли, пообещав в обмен на поддержку вернуть и других изгнанных. Но никаких формальных обязательств подписано не было, а вскоре стало уже поздно. В ночь со 2 на 3 декабря 1469 года Пьеро преставился. Ему было пятьдесят три года. Сын его Лоренцо, которому через месяц исполнялся двадцать один, получал хлопотную власть с неясными перспективами. Для того, кто с тех пор, как отец вернул себе власть, жил весело, купаясь в наслаждениях, это наследство грозило серьезными опасностями.
Глава 3. КОЛОСС НА ГЛИНЯНЫХ НОГАХ
До самой смерти Пьеро его наследник никогда не занимал действительно ответственных должностей. Он лишь блестяще исполнял представительские функции. Магнаты и опытные дельцы, сторонники Медичи полагали, что ничего и не изменится. Томмазо Содерини, муж тетки Лоренцо, уже вечером в день смерти Пьеро устроил манифестацию в поддержку Медичи из семисот человек всякого состояния. После похорон 4 декабря Лоренцо и его брат Джулиано принимали соболезнования знатных граждан и членов синьории. Они просили Лоренцо принять на себя попечение о городе и государстве вслед за дедом и отцом. «Я согласился неохотно, — писал наследник рода Медичи в своих «Воспоминаниях». — Мне казалось, что эта должность не подобает моим летам, тягостна и опасна. Я принял ее единственно для того, чтобы обеспечить безопасность моих друзей и сохранность нашего состояния, потому что во Флоренции нелегко жить богатому человеку, если он не обладает властью в государстве». Эти слова полностью отражают образ мыслей Лоренцо и во многом объясняют его дальнейшие действия. Молодой Медичи понимал: чтобы его уважали, ему придется сражаться, не брезгуя никакими средствами. Во внешней политике он нуждался в поддержке традиционных союзников своей семьи, Неаполя и Милана. Уже 7 декабря откликнулся герцог Галеаццо Мария Сфорца, прислав миланские войска, стоявшие около Пармы. Укрепить союз с Неаполем Лоренцо было труднее. На сейме в Риме, где искали приемлемые для всех воюющих сторон условия, чтобы завершить войну за Римини, король Фердинанд поссорился с миланским герцогом. Тот желал немедленного мира: этого добивался его друг французский король Людовик XI в надежде, что освободившиеся миланские войска можно будет использовать для реализации претензий Франции (точнее, Анжу) на Неаполь. Оскорбленный Фердинанд был готов вступить в союз со старинным недругом своего государства — Венецией, в союзе с Павлом II воевавшей против лиги Милана, Флоренции и Неаполя. В июле 1470 года флорентийским представителям удалось предотвратить раскол лиги. Для Тосканского государства, которому постоянно грозили происки изгнанных участников последнего заговора, нерушимость внешних союзов была важным фактором стабильности. Впрочем, Флоренция нашла необходимые 300 тысяч флоринов на перевооружение: в середине декабря, несмотря на сильное сопротивление Совета народа, было принято решение о чрезвычайном налоге. Таким образом, 1470 год, казалось, должен был принести мир, так необходимый Лоренцо, чтобы спокойно вникнуть в государственные дела. Ему помогал малочисленный совет, вовсе не потакавший хозяину города. Наряду с Томмазо Содерини в него входили Якопо Пацци, глава семьи, являвшейся главным соперником Медичи. которого Лоренцо хотел задобрить, и два члена партии Медичи: Луиджи Гвиччардини, сторонник миланского герцога, и Антонио Ридольфи, стоявший за неаполитанского короля.
Угроза войны с внешними врагами была не единственной проблемой. Она едва не разразилась и внутри государства. В ночь на 6 апреля изгнанники братья Нарди, друзья бывшего заговорщика Диотисальви Нерони, опираясь, вероятно, на поддержку Борсо д'Эсте и сообщников в самом городе, захватили цитадель и дворец подеста Чезаре Петруччи в городке Прато. Подеста и члены муниципалитета были брошены в темницу. Они должны были стать заложниками, но народ, оставшийся верным Флоренции, вскоре освободил их, и они арестовали самих братьев Нарди с шестьюдесятью сторонниками.
Расправа была безжалостной. 9 апреля Бернардо Нарди обезглавили, а четырнадцать его сообщников повесили. Затем последовали новые казни: четырех заговорщиков казнили 14 апреля, еще семерых через день. Слух об этом привел в ужас всю флорентийскую округу.
Подеста действовал по указу из Флоренции. До вынесения приговоров синьория спросила мнения Лоренцо. Медичи давно знали, что в Прато зреет смута. Карло, незаконный сын Козимо Старшего, будучи старостой коллегиальной церкви Святого Стефана, сам это видел. К желанию города получить автономию примешивалась зависть местных купцов к флорентийским конкурентам. На своей свадьбе Лоренцо выразил недовольство Прато, отвергнув подарок города — великолепную чеканную серебряную вазу. Теперь ему представился случай уничтожить всех своих противников, но он этого не сделал. Наоборот, когда главные виновники понесли наказание, подеста Прато получил приказ уничтожить судебные протоколы. Обеспечив безнаказанность соучастникам заговора, Лоренцо сделал возможным примирение с ними и таким образом завоевал репутацию великодушного политика.
Мятеж в Прато выявил истинные настроения магнатов флорентийской округи. Дебаты в Совете ста, центральном органе режима Медичи, показывали, что и в самой Флоренции зрели подобные замыслы. Друзья Лоренцо уведомили его, что городская верхушка добивается самостоятельности. Рано или поздно Совет ста сформировал бы враждебную Лоренцо синьорию.
Чтобы устранить эту угрозу, 5 июля 1470 года был внесен новый законопроект. От формирования синьории предполагалось отстранить Совет ста и передать эту функцию комиссии из сорока пяти граждан из числа самых преданных сторонников Медичи. Лоренцо заготовил список, включавший по одному члену каждой семьи, занимавшей те или иные должности с 1434 года. Особые привилегии получили семьи Гвиччардини, Мартелли, Питти и Ридольфи: от них в комиссию вошли по два человека.
Проект вызвал резкую критику. Канцлер республики Бартоломмео Скала назвал его слишком олигархическим и порицал замкнутость партии Медичи. Ринуччини, противник Лоренцо, заявил, что это нововведение отдает всю власть «сорока пяти тиранам». Закон дважды ставили на голосование в Совете ста, и он дважды не прошел. Для Лоренцо и его друзей это было серьезное поражение. Но они не признали себя побежденными и задумали полностью реформировать сам совет.
Как обычно, реформа органов власти осуществлялась балией, созданной для этой цели в начале июля 1471 года. В нее вошли 240 сторонников Медичи. Эта большая комиссия и предложила проект реформы. Закон, утвержденный 23 июля, сделал Совет ста единственной инстанцией, имеющей полномочия одобрять налоги, принимать политические и военные решения. Так была сведена к нулю и без того уменьшившаяся роль Совета народа и Совета коммуны. Огромное приращение полномочий сопровождалось изменением структуры Совета ста. В нем появилось ядро из сорока членов — все сторонники Медичи. Эти сорок человек должны были выбрать остальных членов совета из числа бывших гонфалоньеров справедливости. Благодаря этой процедуре оппозиция теперь не могла попасть в состав единственного полномочного органа. Совет позволял Медичи полностью контролировать государство. Это учреждение функционировало до 1478 года, когда заговор Пацци заставил партию принять еще более жестокие меры, чтобы укрепить свою власть.
Реформа была дополнена составлением новых списков граждан, признанных достойными занимать государственные должности. Для этого в августе 1472 года были назначены новые уполномоченные. Шесть из них, в том числе Лоренцо Медичи, входили в число сорока постоянных членов Совета ста. Когда списки были составлены, стало видно, как много в них членов семейств — сторонников Медичи. По сравнению со списком 1466 года их стало значительно больше. Так, вместо семи Ридольфи стало десять, вместо четырех Каниджани — восемь, вместо четырех Гвиччардини — шесть, вместо шести Каппони - десять, вместо трех Пуччи — семь. Зато Пацци в списке было всего трое.