Его воины хорошо себя проявили, снег был залит эльдарской кровью, но Мардук инстинктивно понимал, что не сможет победить в этом бою. Его мучила мысль об отступлении, но он старался смотреть в перспективе. У него было нужное знание, заключенное в мозге эксплоратора, находившемся в теле Дариока-Гренд'аля. Нужно лишь убраться с этой проклятой луны и вернуться на Сикарус. Все остальное не имело значения.
Мардук приказал космодесантникам защищать Дариока-Гренд'аля, но теперь видел, что такая предосторожность была лишней. Искаженный магос убивал все вокруг себя, Первый Послушник улыбнулся жажде крови демона, захлестнувшей тело носителя.
Множество гладких извивающихся черных щупалец вырвалось из спины магоса рядом с механодендритами, каждое двигалось, словно имело свою волю и разум. Они обматывались вокруг ног приближавшихся ведьм, легко разбрасывая их, а другие оканчивающиеся присосками щупальца подтаскивали жертв ближе, где их разрывали зазубренные серворуки Дариока.
Плюющиеся пасти на кончиках механодендритов впивались в трупы, а свежие мутации возникали на плоти магоса. Новые шипы и роговые выступы вырывались по бокам серворук и из коленных сочленений, металл плавно перетекал в мясо и кость.
–Уходим! - взревел Мардук, и Кол Бадар отдал приказ об эвакуации.
Арка черного света ударила в бок шаттла, и Мардук ощутил укол сомнений. Это было непривычное чувство, лишь ещё больше разозлившее его. Если эльдары обездвижат шаттл, то пути с луны не будет.
–Бегом! - закричал Мардук, отходя к посадочному трапу «Идолопоклонника» и держа обеими руками цепной меч. Его болт пистолет исчез, но это не имело значения. Сейчас было важно лишь убраться с чертового мира.
Несущие Слово отступали дугой, смыкаясь и пятясь к рампе, болтеры вспыхивали, цепные мечи ревели, а двигатели «Идолопоклонника» включались…
Мардук стоял вместе с Кол Бадаром и Сабтеком на вершине посадочной рампы, пока разгорались двигатели «Идолопоклонника».
–А вот и он, - проворчал Кол Бадар, когда Буриас-Драк'шал вырвался из толпы темных эльдар, на бегу расколов череп одной ведьмы. Кровь сочилась из десятков ран, крупнейшей была зияющая дыра в боку, а броня была покрыта осколками, словно иглами дикобраза.
Шатающийся Несущий Икону поднялся по рампе, и Мардук отошел в сторону, давая ему пройти.
–Одна минута и мы уходим, - рявкнул Кол Бадар, стреляющий из комби-болтера.
Демон ушел в глубины Буриаса, его естественное тело вернулось, и потерявший сознание Несущий Икону рухнул лицом вниз на палубу, кровь хлестала из его ран.
–Кто-нибудь, присмотрите за ним! - крикнул Мардук.
Двигатели взревели, когда плазменное ядро достигло полной мощности, рампа начала закрываться. Поток осколков полетел к охраняющим вход Несущим слово, Сабтек и Мардук и пригнулись, избегая смертоносных щепок. Несколько осколков воткнулись в бок шлема Первого Послушника, из наконечники вошли так глубоко, что оцарапали щеку. Он сорвал шлем и отбросил его внутрь шаттла. Кол Бадар спокойно стоял, осколки не могли пробить его толстую броню терминатора.
Ведьмы бросились в последнюю атаку, легко запрыгивая на поднимающуюся рампу. Кол Бадар убил трех, стреляя из поставленного на автоматический режим комби-болтера, а Сабтек убил двух, очередь болтера разорвала стройных воительниц пополам. Другую убил цепной меч Мардука, цепное лезвие разорвало её от паха до сердца.
Позади них была другая ведьма, высокая, элегантная и жестокая женщина с развевающимися волосам, повергшая на глазах Мардука по крайней мере трех его воинов. Пока Кол Бадар и Сабтек истребляли её компаньонок, она хлестнула изгибающейся как змея плеткой, её шипастые головки обвились вокруг шеи Мардука.
По плетке прошел поток энергии, почти парализовав даже физически улучшенного Несущего Слово, чьи мускулы спазматически напряглись. Борясь со слабостью, Мардук бросил цепной меч и вцепился в обвившую его шею плеть, пытаясь сорвать её. Могучим рыком ведьма потащила Мардука к себе.
Сабтек закричал и попытался схватить Первого Послушника, но Мардук уже падал. Взревел болтер Кол Бадара, но ведьма перекувыркнулась через рампу, уже больше вертикальную, чем горизонтальную, и болты прошли мимо цели. Мардук падал следом за ведьмой.
Кол Бадар схватил соскальзывающего Первого Послушника за запястье. Корифей придавил закрывающуюся рампу плечом, его сервомоторы застонали от натуги.
Парализующая энергия шла по телу Мардука от обвившей шею плетки, но он поднял голову и посмотрел на Корифея.
–Не… от… ай - прошипел он…
Кол Бадар пристально посмотрел в глаза Первого Послушника, напрягая все тело, чтобы удержать рампу открытой.
А затем когти Корифея разжались, и Мардук рухнул на землю.
–Нет! - изумленно крикнул Сабтек, когда рампа захлопнулась, и шаттл взлетел. - Мы должны вернуться!
–Умолкни! - рявкнул Кол Бадар, - Он исчез.
Третья книга: Та, что жаждет.
–И из декадентства, распутства и порочности новая сила родилась во тьме. Во тьме живет она, и во тьме будет вечно жаждать!
Мардук открыл свой правый глаз, когда пришел в себя. Его левый демонический глаз не имел век, но им ничего не было видно. «Возможно его вырвали из глазницы, пока он лежал без сознания» подумал Первый Послушник, а затем вспомнил вонзившуюся в око иглу. Он попытался двигаться, но его конечности крепко держали, и он сжал острые зубы, когда по его телу разлилась боль…
А с болью пришли и воспоминания. Вновь Мардук ощутил паралич от обмотавшейся вокруг плетки и удар об лед. Он ощутил, как его отпустил Корифей, а затем увидел снова голубые двигатели «Идолопоклонника» взмывшего в небеса. И гнев, когда Первый Послушник понял, что шаттл не вернется.
Его заковали в потрескивающие от энергии цепи, обжигающие все его нервные окончания, и позорно поволокли с поля битвы, Мардук парил в метре над землей, удерживаемый мерзким колдовством эльдаров. Его подняли в багажник одного из скифов, где были захваченные боевые братья. Пока их пинками и тычками загоняли в низкие клетки под палубой машины, мерзкие ксеносы хохотали.
Мардук с ненавистью смотрел на схватившую его ведьму, чьи длинные яркие волосы рассыпались по её спине. Ведьма ухмыльнулась и захлопнула дверь.
Машины двигалась с невероятной скоростью, Мардук ощутил слабое изменение в воздухе, словно скиф переместился в совершенно другое место, а его скорость выросла в десятки раз. В какой то момент он потерял сознание, и очнулся лишь тогда, когда скиф поразительно быстро и плавно остановился. Воздух вновь был немного другим, более приторным и душным.
Мардука и других пленников вытащили из клеток, и он злобно огляделся. Они были внутри похожего на пещеру просторного купола, чьи покрытые лезвиями опоры арками смыкались высоко над головой, и Мардук видел множество скифов и джетбайков, рядами парящих над полом по бокам помещения. По логову перемещались сотни эльдар, а Мардук с ненавистью смотрел над ним.
Врата из потрескивающей тьмы висели посреди купола, окруженные элегантными острыми дугами. На его глазах, скиф вылетел из портала, выйдя из тонкого как волос вертикального пруда тьмы и плавно пролетевшего несколько метров над землей, воины с его палубы спрыгивали на пол.
А затем тело Мардука наполнила иссушающая боль, все его окончания словно вспыхнули огнем, когда в его плоть вонзились шприцы. Он сопротивлялся, пока мог, и в него вонзили новую дозу. Но он продолжал бороться с похитителями, вырываясь и рыча от гнева. Затем в его шею вонзилась третья порция шприцов, и Мардук погрузился во тьму…
Осмотревшись, Первый Послушник увидел, что его руки и ноги были разведены по обе стороны. Его благословенную броню сорвали с верхней половины тела, и бледную кожу покрывали сотни тысяч потеков запекшейся крови. Доспехи медленно становились частью Мардука, а внутренности пластин покрывали тысячи крошечных шипов, врастающих в его тело. Снятие доспехов было поразительно выматывающей и болезненной процедурой, ведь они стали для него как руки, и Первый Послушник лишь дважды снимал свой нагрудник с тех пор, как пал благословенный Повелитель Войн.