Королева повернулась к нему и проницательно улыбнулась.
– Не думаю, чтобы вся Англия радовалась королеве-француженке. Судя по всему, многие, подобно лорду Берлингему, предпочли бы рядом с королем чопорную англичанку.
– Все верноподданные англичане в восторге, что король выбрал даму сердца, достойную его.
Смех Генриетты Марии трелью разлился в полуденном воздухе. Она положила руку на рукав учтивого кавалера и взглянула в его красивое лицо.
– Теперь я знаю, почему Карл вас любит. Вы умеете говорить только приятные слова? – Молодая королева долго и внимательно вглядывалась в лицо Рори. – Правда не всегда приятна, но необходима королю. – И мягко добавила: – И мне. – Затем она приподняла юбки и свернула с садовой дорожки. – Я хочу отдохнуть перед ужином.
– Я пойду с вами, – тут же сказала Кортни.
– Не нужно… – Королева посмотрела на нее невинным взором. – Доберусь одна. Разбуди меня до захода солнца.
У Кортни упало сердце. Неужели она нарочно оставляет их наедине? И снова Кортни почувствовала себя в ловушке. Почему судьба толкает ее именно к тому человеку, который может раскрыть ее прошлое и разрушить будущее?
Дождавшись, когда королева удалится, Рори сообщил:
– Король собирается уезжать завтра.
– Сундуки королевы уложены и готовы.
– А вы, Кортни? Вы готовы к встрече с Лондоном?
Она притворилась, что с восхищением смотрит на аккуратно подстриженную живую изгородь.
– Вы же сказали, что я найду его интересным.
– Да, он совсем оправился. – Рори смотрел на изгибы ее бедер и ругал себя за слабодушие. – Чума и сыпной тиф почти опустошили Лондон. Те, кто не умер, бежали в загородные поместья и отдаленные деревни. Но мор ушел, и Лондон снова превратился в место для увеселений.
Веселье. Вот уж чего не было у нее на душе, когда она думала о том, что ждет ее в Лондоне.
– А как вы сумели уберечься?
Она повернулась к нему, и от взгляда ее глаз, в которых солнце отражалось словно расплавленное золото, у него заныло сердце.
– Я был в Шотландии по делам.
– И часто вы отлучаетесь по делам?
– Да. – Он предложил ей руку и заметил, что она слегка заколебалась, прежде чем мягко опустить свою руку на его рукав. Они прогуливались по дорожкам, то и дело останавливаясь, чтобы полюбоваться рано распустившимися цветами.
– А ваш клан благоденствует без его главы? Ее тон звучал вызывающе, но он решил не обращать внимания.
– Макларены – это клан мужественных, трудолюбивых людей. Наш скот ухожен, а урожай богат.
– Готовая пожива для тех, кто предпочитает грабить, а не работать. Ведь из-за этого убили вашего брата?
– Да.
Кортни по его глазам поняла, что задела его за живое. Вместо того чтобы позлорадствовать, она тут же перевела разговор на другое:
– Я буду скучать по Дувру. У королевы стало легко на душе с приездом ее мужа, короля.
– Король тоже кажется более уравновешенным без лондонских забот. Парламент и королевский совет не дают Карлу покоя.
– Нельзя ли его уговорить остаться еще ненадолго?
Кортни и сама понимала бессмысленность своего вопроса. Но ей так хотелось остаться здесь, подальше от Лондона и от своего шпионского задания. Всем сердцем она желала быть свободной от ужасного бремени, которое Ришелье возложил на ее неокрепшие плечи.
Слова Рори прозвучали пророчески:
– У короля свои обязанности, как у вас и у меня.
Рори повернулся и повел ее обратно по садовой дорожке. У входа во двор он низко склонился над ее рукой.
– Я дал вам время прийти в себя, миледи, зная, как вы устали от путешествия. Но когда мы приедем в Лондон, я намерен с вами серьезно потолковать.
У Кортни опять упало сердце, но она постаралась этого не показать.
– Как вам будет угодно, милорд.
Он ушел к конюшням, а она смотрела ему вслед. Бросив на него последний взгляд, она отвернулась. Кортни знала, о чем намерен потолковать Рори. Он не успокоится, пока не добьется правды. Значит, придется лгать, и как можно искуснее, ибо за правду она поплатится жизнью.
Кортни не обратила внимания на человека, укрывшегося в тени и внимательно наблюдавшего за ней. Когда он пересек сад, то солнце осветило его бесцветные волосы и глаза – серые, холодные, непроницаемые.
Кортни стояла возле августейшей четы на королевской барже, плывущей вверх по Темзе. Тысячи людей выстроились на берегу, махая руками и выкрикивая приветствия. Корабли королевского флота образовали эскорт, сопровождая баржу сзади. Колокола всех лондонских церквей начали радостный перезвон. Как только баржа подошла к набережной, воины в малиновых, сверкающих золотым позументом мундирах дали залп из орудия, к которому присоединились сотни пушек. Кортни почувствовала, как вздрогнула королева, когда звук раскатился по небу.
– Видите, как вас приветствуют? – Голос короля перекрыл грохот. Он был великолепен в королевском пурпуре и шляпе с огромным плюмажем.
– И вас, милорд. – Королева застенчиво улыбнулась. – Как вас, должно быть, любят!
– Скоро они полюбят и вас.
Король внимательно посмотрел на супругу, стараясь увидеть ее глазами толпы. Длинные черные волосы закреплены диадемой из драгоценных камней. Туника из пурпурного атласа надета поверх юбок, вышитых серебряными и золотыми нитями. Подбитая горностаем накидка укрывает ее плечи от легкого ветерка, веявшего с воды.
– Пойдемте. – Положив ее руку на свою, король повел ее по ступенькам навстречу толпе разодетых вельмож, которые собрались приветствовать королевскую чету.
– Макларен, – крикнул через плечо король, – позаботься о том, чтобы леди Торнхилл стояла возле королевы.
– Слушаюсь, ваше величество, – сказал Рори, предлагая руку Кортни.
Расправив плечи, Кортни приготовилась к происходящему. Конечно, нелегко придется Генриетте Марии в окружении чужом, если не враждебном. Дабы королева не пошатнулась в вере, Франция высылает сюда ее личного духовника, но это может только осложнить ее положение. Впрочем, Кортни было не до августейших забот, в Лондоне ей предстояло начать свою шпионскую службу.
В садах Стаффорд-Хауса виконтесса Биддл, пожилая родственница короля, возглавила процессию знати. Непрекращающийся поток кавалеров и дам кланялся и делал реверансы, представляясь королеве.
У Кортни начала кружиться голова от изобилия имен и титулов. Попробуй тут угадай, кто из этих людей предан королю, а кто может продаться за золотые монеты.
Ришелье уверял ее, что у только что вступившего на английский престол короля злопыхателей не меньше, чем было у его отца Якова I. Им безразлично, кто лишит его власти, лишь бы самим выйти сухими из воды. Ее задача состояла в том, чтобы разузнать о них и в нужный момент связаться с ними. Команду даст Ришелье, и от одной только мысли о нем дрожь пробежала у нее по спине.
– Вы бледны, миледи, – прошептал Рори, прервав ее размышления. – Выпейте это.
Он передал ей бокал эля и смотрел, как она с благодарностью потягивает его.
– Это скоро закончится, – сказал он, беря у нее пустой бокал, – и вы сможете ослабить свою бдительность и отдохнуть.
От его слов Кортни чуть не расплакалась. Она так устала, что уже не надеялась расслабиться.
– Все эти господа и дамы расплываются у меня перед глазами.
– Это только поначалу. Вскоре, – он огляделся вокруг, – многие из них будут искать вашей дружбы.
Он ощутил дрожь ее руки, и это удивило его. Неужели она и вправду опасается остаться без внимания? Разве она не сознает собственной красоты? Разве не заметила завистливых взглядов дам, проходивших мимо? Или того, с каким восхищением взирали на нее их мужья? Позолоченная майским солнцем, она и впрямь выглядела восхитительно. Несмотря на множество вопросов, роившихся у него в уме, Рори очаровывался ею все сильнее. Ему было трудно представить темные закоулки в душе этой прекрасной женщины, но он знал ее прошлое, и оно всегда будет мешать им. Он решил выведать причину ее пребывания здесь и в то же время боялся ответов на свои вопросы.