- Извините, ради бога, не хотел, - начал он извиняться.
- Вы не первый кто нас сбивает.
Молодой человек посмотрел в сторону аллеи и погрустнел.
- А вы не видели, куда он побежал? – спросил он.
- Нет.
- Жаль. Ну ладно, я пойду.
- Подождите, - окликнула его Саша. – Вы потеряли зажигалку.
Он взял в руки зажигалку. Покрутил. На его лице отразились смесь удивления и восторга.
- Спасибо, - расцвел он, положил зажигалку в карман, и, что-то напевая, пошел к выходу из парка. Будь он повнимательнее, он бы заметил, что карман с дыркой, но он не заметил. Когда он свернул за угол, Саша сказала:
- Смотри, а он все-таки опять потерял зажигалку.
- Может его догнать? Он наверняка еще недалеко ушел.
- Не надо, - неожиданно остановила меня Саша.
- Почему?
- Потому что не верю я ему. Мне кажется, что зажигалка не его. Да и странно он себя ведет.
Я пожала плечами. Мы посмотрели на зажигалку, но ничего странного в ней не нашли. Такая же, как миллионы зажигалок.
- Может выбросим? Зачем она нам?
- А может припрячем?
- А если родители найдут, то что?
- Такой скандал будет.
- Да. Давай хотя бы зажжем ее.
Мы зажгли, но ничего необычного не произошло, а мой алим сказал: «Пока она горит, скажи: домой». Я повиновалась. Все произошло в один момент. Столб огня взметнулся перед нами, очертив на мгновенье арку, и нас, словно в каком-то вихре, перенесло по ту сторону арки. Трава под ногами зашуршала, подул сильный ветер, огонь в зажигалке потух. Мы осмотрелись. Тот же парк, те же деревья, но что-то было не так…
Я проснулся от жуткой головной боли.
- Где я?
- Дома.
- Что произошло?
- Я вернулся в бар, а ты там пьяный в стельку. Вот я и притащил тебя домой.
- Я кажется проводил девушку до гостиницы и пообещал, что мы сегодня встретимся. Вот только зачем и во сколько не помню.
- Разберемся, - улыбнулся Джек. – Еще ночь. Спи. Завтра тяжелый день.
- Лера, где мы?
- Понятия не имею. Что произошло?
- Давай выясним.
Мы медленным шагом пошли по центральной аллее. Вроде бы все было то же самое: те же деревья, те же мостики, но есть какое-то различие, которое мы не замечаем. Мы присмотрелись и обнаружили нечто очень любопытное. У каждого человека рядом сидело какое-то животное или птица.
- А у той девочки рядом идет черный кот.
- Ага. А у девочки рядом с ней - воробушек.
Мы замерли. Девочки, о которых шла речь, стояли перед нами. Это были мы, стоящие перед зеркалом. Мы переглянулись. Слишком странно. Ко мне на руки запрыгнул кот. К Саше - воробушек. Нам хватило двух секунд, чтобы понять, кто перед нами.
- Эрик, где мы?
- А не хотите сами узнать? – хитро улыбнулся он.
Мы гуляли по ночному городу. Конечно, нас слегка удивило, что здесь ночь, а не утро, но нашлись поводы удивляться посущественнее. Город поражал своим великолепием. Неоновые вывески, яркая реклама, ночные кафе, бары, рестораны. В парке было множество разных компаний. Это были и взрослые, и подростки, и даже старики. Мы наслаждались ночной жизнью города. Нам казалось, что прожили здесь всю свою жизнь. В парке пели песни, проводили различные конкурсы. Поучаствовав во многих общих весельях, мы устали и забрели в какой-то тихий квартал. Здесь не было ярких вывесок, рекламы. Казалось, что улица погрузилась в сон. Улица была широкая, по краям, словно игрушечные, стояли домики. Одни были одноэтажные, другие двухэтажные. У каждого домика был свой садик. Подойдя к одному из таких домиков, мы остановились. Дом неведомыми нитями затягивал. Он был не слишком большой. Двухэтажный, кирпичный. Такой же, как многие, на этой улице, но мы открыли калитку и вошли. То, что здесь никто давно не жил, было ясно сразу. Участок заброшенный, все в пыли, паутине. Дверь была деревянная, но какая-то тяжелая. Мы вошли в холл. Просторный коридор тянулся во все комнаты: кухню, гостиную, комнату под лестницей. Резная винтовая лестница широкими ступеньками поднималась вверх. Первое, что бросилось в глаза, было великолепие этого дома. Даже под многолетним слоем пыли можно было разглядеть удивительные вещи. Например, старинные напольные часы, которые до сих пор шли, хотя, наверное, им уже было много лет. Дубовый шкаф в гостиной. В столовой, различная стеклянная и фарфоровая посуда выглядывала отовсюду. Большое зеркало с каким-то рисунком висело в коридоре. К рамке зеркала была прикреплена фотография. За много лет она выцвела, но лица можно было разглядеть. Молодой мужчина, улыбаясь, держал на руках двух девочек, а мальчик и девочка стояли рядом. Я отшатнулась. Эти лица были мне знакомы. Схватив снимок, я перевернула его. На нем аккуратным почерком было написано: «Вместе мы навсегда». Я положила фотографию в сумку. Мы поднялись по лестнице на второй этаж. Прямой коридор без каких-либо ответвлений. Пять комнат. Я заглянула в каждую. Ничего особенного. Кровати, шкафы, игрушки. Но больше всего меня поражало отсутствие фотоальбомов. Ни одного. Дойдя до конца коридора, мы заметили простую деревянную лестницу, которая была прислонена к стенке. Саша подставила эту лестницу к открытому люку. Чердак был немаленький. Стоя на одном конце с трудом можно было разглядеть, что находится на другом его конце. Побродив по чердаку еще немного мы стали пробираться к выходу. При этом, я обо что-то споткнулась и упала, ударив коленку.
- Да что же это такое!
- Сильно больно?
- Да нет, терпимо. Интересно обо что это я так?
- Похоже, это что-то…
Саша взяла в руки то, обо что я споткнулась и стряхнула пыль. Это оказалась шкатулка. Саша открыла ее, и…чудесная музыка полилась оттуда. Она напоминала и пение соловья, и волшебные звуки моря. Песня была настолько прекрасна, что мы, слушая ее, забыли обо всем на свете. Казалось, что вся радость мира, все блаженство и удовлетворение – здесь. В этой песне. Когда песня закончилась, мы еще долго молчали, смотря на эту шкатулку. Я с детства ненавидела любые мелодии, но это был верх мастерства.
- Да это же музыкальная шкатулка, - опомнилась я, после паузы.
- Мне кажется, что я уже слышала эту музыку.
Она встала и сначала медленно, потом быстрее начала крутиться в ритме этой песни, напевая слова. Я присоединилась. Вскоре, взявшись за руки, мы танцевали. Казалось, музыка звучит повсюду, хотя на самом деле музыка была только в голове. Мы танцевали не останавливаясь. В этот момент для нас ничего вокруг не существовало. Мы танцевали, пели, и кружились под ритм, ни разу не сбившись. Песня закончилась. Мы остановились. Сердца выпрыгивали из груди. Щеки раскраснелись. Неведомый букет чувств переполнял нас. Пораженные до глубины души песней, мы спустились на первый этаж и зашли на кухню. Входная дверь хлопнула. Не сговариваясь, мы залезли в проход между холодильником и стеной. В коридоре послышались голоса.
- Ты уверен, что она здесь, а не в какой-нибудь коробке? – спросил мягкий баритон.
- Да. Она должна была быть здесь. Под рамкой зеркала, - ответил ему грубый голос.
В прихожей что-то щелкнуло, и раздался оглушительный грохот и звон бьющегося стекла.
- Твою мать! Зачем ты вообще взял его?! Тебе что, семь лет несчастья нужны?
- Извини, - оправдывался баритон. – Заклинание случайно отрикошетило.
- Пошли.
- А как же зеркало?
- Ну его к лешему. Фотку-то все равно не нашли.
Голоса удалились. Мы вылезли и вышли через черный ход. Вернувшись на эту улицу, мы направились в сторону парка. И только дойдя до лавочки, мы одумались и остановились.
- Где мы?
- В парке.
- Надо возвращаться.
- Надо, - согласилась подруга. – Давай еще погуляем по городу. Он прекрасен.
- Возвращаемся, - твердо сказала я.
- А давай посмотрим, кто живет по нашим адресам.
- Уже утро.
- А у нас дома наверное вечер. Лерочка, ну пожалуйста.
Когда Саша смотрела на меня такими глазами, я сдавалась, да и сейчас бороться с нахлынувшими чувствами было нелегко. Я потрогала сумку и нащупала форму шкатулки.