Валькирии
Валькирий, по различным источникам, насчитывается либо девять, либо тринадцать. Оба эти числа не случайны. Девятка — самое волшебное число скандинавской мифологии, а число тринадцать играет особую роль в женских мистериях, так как символизирует тринадцать лунных месяцев солнечного года. Валькирии вооружены копьями и увенчаны шлемами. Их задача — сопровождать погибших героев в Вальхаллу. Иногда им даруется право решать исход битвы, а иногда они лишь выполняют веления Одина. В мифах валькирии предстают дочерьми Одина. В исландской мифологии мы не находим сведений о том, кто был их матерью. В германской традиции матерью валькирий называется то Эрда, то Вала (ещё одна ипостась Матери-Земли). Известно и другое предание о происхождении валькирий, в котором они представлены не как существа божественного рода, а как дочери земных королей. По-видимому, некоторые валькирии выполняли также другие функции, о чём свидетельствует значение их имён. Одна из валькирий носит имя, означающее «туман», — и её задача действительно состояла в том, чтобы при необходимости окутывать поле битвы туманом. Другие имена — такие, как Скёгуль («свирепствующая») или Хильд («воительница»), — ассоциируются собственно с битвой. Интересней всего то, что две валькирии непосредственно связаны с пленением и сковыванием врагов. Их имена — Хлёк (вероятно, означающее «замок») и Херфьетур («оковы войны»). Этих валькирий можно призывать на помощь в магических операциях, направленных на сковывание врага.
Самая знаменитая из валькирий — Брюнхильд, или Брунгильда, — известна, главным образом, из «Саги о Нибелунгах» и опер Рихарда Вагнера. В «Саге о Вольсунгах» она действует под своим исландским именем — Сигрдрива. Для начала изучим вагнеровскую версию этого сюжета. Трагическая фигура Брунгильды занимает одно из центральных мест в драме Вагнера. Как и все валькирии, она мыслится не столько самостоятельной сущностью, сколько продолжением воли Водана. Водан приказывает ей даровать победу недостойному воину по имени Гундинг. Но Брунгильда выходит из повиновения и становится на защиту его противника — Зигмунда. Приняв это решение по собственной воле, она превращается в самостоятельную личность. Освободившись из-под власти Водана, он обретает свою индивидуальность, свой собственный вирд, изменить который уже никто не в силах. Всё, на что оказывается способен Водан, — погрузить Брунгильду в сон на двадцать пять лет, пока не вырастет сын Зигмунда, Зигфрид. В каком-то смысле Водан очень доволен, что она приняла такое решение, так как сам он не желал смерти Зигмунду и собирался даровать победу Гундингу лишь потому, что его вынуждали к этому обстоятельства. Зигмунду и Зиглинде предстояло умереть, так как Водан пообещал Фригг, что истребит род Вольсунгов (в противном случае Зиглинду должны были утопить, как поступали по обычаю с замужними женщинами, изменившими мужу). И Зигфрид, и Брунгильда были, по всей видимости, реальными историческими лицами, и лишь позднее стали героями легенд. Оба они упоминаются в бургундских хрониках. У этих реальных Зигфрида и Брунгильды была дочь по имени Аслауг; и, как мне было сказано, от неё я веду свой род.
Исландская версия легенды о Брюнхильд-Сигрдриве изложена в «Саге о Вольсунгах». В одной из песней «Старшей эдды» под названием «Речи Сигрдривы» содержатся ценнейшие сведения о рунической магии, непосредственно связанные с женскими мистериями. Далее я постараюсь интерпретировать «Речи Сигрдривы» в магическом ключе. Рассмотрим ту часть песни, в которой валькирия Сигрдрива рассказывает Сигурду о магическом предназначении рун и даёт ряд практических советов. Из этой легенды явствует, что одна из функций мудрых женщин заключалась в том, чтобы наставлять мужчин в магии и давать им советы этического характера. В связи с этим можно вспомнить о более древней материковой традиции, согласно которой женщины вершили правосудие и давали советы военным вождям. «Речи Сигрдривы» заслуживают внимательного изучения, но эта песнь слишком обширна, чтобы воспроизвести её здесь полностью. Поэтому далее я привожу только фрагмент, имеющий непосредственное отношение к теме нашего исследования. Перевод выполнен Квельдульвом Гундарссоном .
«Речи Сигрдривы»
«Сигурд поднялся на гору Хиндарфьялль и направился на юг во Фраккланд. На горе он увидел яркий свет, как будто горел огонь, и зарево стояло до самого неба. Когда он приблизился, он увидел ограду из щитов, а над нею — знамя. Сигурд вошел в ограждённое место и увидел, что там лежит и спит человек в доспехах. Сигурд сперва снял шлем с его головы, и тут он увидел, что это женщина. Кольчуга сидела на ней крепко, словно приросла к телу. Тогда он рассёк Грамом кольчугу от ворота вниз и ещё поперёк, по обоим рукавам. Затем он снял с неё кольчугу, и женщина проснулась, села, увидела Сигурда и сказала:
Сигурд сел и спросил, как её зовут. Тогда она взяла рог, полный мёда, и дала ему напиток памяти.
Она назвалась Сигрдривой и была валькирией. Она рассказала, что два конунга вели войну: одного звали Хьяльм-Гуннар, он тогда был старым и очень воинственным, и Один обещал ему победу; «другого звали Агнар, он был братом Ауды, и его никто не хотел взять под свою защиту». Сигрдрива погубила в битве Хьяльм-Гуннара. А Один, в отместку за это, уколол ее шипом сна и сказал, что никогда больше она не победит в битве и что будет выдана замуж. «Но я ответила ему, что дала обет не выходить замуж ни за кого, кто знает страх».
Тогда он просит поучить его мудрости, раз она знает, что нового во всех мирах. Она сказала:
20
В основу приведенного далее текста положен перевод А. Корсуна (по изданию: Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. — М.: Изд-во «Художественная литература», 1975). Однако в случаях расхождений с английской версией предпочтение отдаётся вариантам К. Гундарссона, т. к. именно они легли в основу последующей интерпретации песни. — Прим. перев.