– Ну чем же плохо, что ты обратился ко мне?
– Ты ведь женщина, – сказал он, как будто это и было ответом на мой вопрос.
– Ты рассуждаешь, как Ларри.
Мы засмеялись, и нам обоим стало легче. Мне на самом деле было все равно, на что он потратит эти деньги: на выпивку, на Мэта Суини или на подарки для Кона и Маргарет. Это были мои личные деньги, заработанные доблестным трудом в магазине и бессонными ночами над дурацкими книгами. Я не должна отчитываться за них перед Адамом; наоборот, это он попросил у меня некоторую их часть, чтобы расплатиться за «Эмму Лангли». То, что осталось, его уже не волновало. Поэтому дать Пэту денег было для меня особым удовольствием. Кроме того, мне было приятно, что именно те деньги, которые я заработала сама в магазине, помогут Мэту Суини избежать зависимости от Джона Лангли. Здесь не было никакого предательства. Я знала, что у Лангли и без этого всего в избытке. А я даже немного тяготилась собственным благополучием, поэтому к неудачникам вроде Мэта испытывала нечто, похожее на зависть.
– Лангли следует помнить о полевых лилиях.[3] Разве не для этого людям богатство?
– Что ты имеешь в виду?
– Я говорю о таких, как Мэт, – они не трудятся, не прядут… Помнишь?
– Но он совсем не похож на лилию. Он скоро умрет, Эмми. Он уже насквозь пропитался алкоголем, этот старый черт, а не давать ему пить было бы просто жестоко. Он совсем не занимается домом, да и я тоже. Думаю, если он умрет, мне придется самому ввязаться в это. Иначе Лангли приберет все к рукам.
– А ты бы смог? В смысле – заняться фермой? Я помню, что ты говорил тогда, когда мы все ехали в повозке в Балларат. Ты сказал, что станешь разводить овец. Ну так как, смог бы?
– Можно попробовать, – сказал он.
Каждый раз он целовал меня на прощание, целовал совсем не так, как требовали наши отношения. Но мне это было приятно; я радовалась, что у него есть желание так целовать меня.
Тот год запомнился мне еще и тем, что тогда я стала обладателем частицы собственного прошлого. Ларри помог мне в этом и, так же как и в прошлый раз, избавил от ненужных расспросов. Соблюдая осторожность и ни разу не упомянув мое имя, он договорился о покупке одного небольшого дома, а также прилегающих к нему земель. Это место было известно под названием «Арсенал старателя».
Таверна давно прекратила свое существование, в доме уже год как никто не появлялся, и вообще когда-то бойкое местечко потеряло теперь свою значимость. Дороги, расходящиеся от перекрестка, больше уж не вели в какие-либо достойные внимания города, и весь бизнес переместился в небольшой поселок, выросший в трех милях оттуда. После нескольких наводнений русло протекавшего рядом ручья изменило форму, и крутой поворот, возле которого, собственно, и стоял дом, отодвинулся на несколько сотен футов в глубь кустарника. Оставшаяся от водоема ямка заполнялась теперь водой лишь во время сильных дождей. В сухое же время проезжающие и не пытались найти здесь воду.
Теперь, несколько лет спустя, меня интересовало все, что было хоть как-то связано с «Арсеналом старателя», и я регулярно наводила справки. Купила я его довольно дешево, да и не связывала с ним никаких планов, предоставив времени самому позаботиться о нем. Теперь я могла спокойно дожидаться, пока опоры, на которых установлена бочка для воды, будут съедены термитами, пока не разрушится само здание, высушенное под безжалостным солнцем, или пока искра от костра какого-нибудь бродяги не поможет мне навсегда выжечь его из памяти.
Глава третья
У некоторых людей бывают случаи, когда они не в силах отказать. Так было и со мной, когда Кейт попросила меня съездить в Лангли-Даунз. Однажды она пришла ко мне в офис, с трудом поднявшись по лестнице, и по тревожным складкам, залегшим на ее лице, я поняла, что что-то случилось. Было самое начало лета, и день выдался жаркий. На лбу ее и над верхней губой застыли бисеринки пота; с возрастом фигура ее отяжелела, и она хуже переносила жару. Я вызвала Сюзанну Хиггинс и попросила ее принести чай.
– Ларри остался ждать внизу, – отдышавшись, сказала Кейт.
– Внизу? Но почему он не стал подниматься?
– Ну, понимаешь, лучше, если я скажу тебе сама. Ларри совершенно не умеет просить о чем-нибудь, особенно если приходится просить у женщины.
– А о чем он хочет попросить меня?
– Не только он, это нужно для всех нас. Мы просим тебя поехать в Лангли-Даунз, Эмми. Сегодня утром Роза собрала вещи и уехала туда вместе с детьми. Пожалуйста, поезжай к ним и побудь там некоторое время.
Я откинулась в кресле, чувствуя, как внутри у меня все холодеет от сознания собственной беспомощности. Несмотря на веские аргументы, предъявленные Кейт, я должна была найти способ без лишних слов объяснить ей причину своего отказа.
– Ты знаешь, я ведь не езжу в Лангли-Даунз вот уже больше семи лет. Я и была-то там всего один раз, но мне этого хватило.
– Да-да-да! – энергично закивала она, так что перья на ее шляпке вздрогнули. – Но старик Джон много раз приглашал тебя, не правда ли? То есть тебя там всегда ждут…
Против этого было трудно возразить. Каждый раз, когда Лангли отправлялся туда с внуками, он настойчиво звал меня ехать с ними. Дела в магазине позволяли мне отлучаться на короткое время, теперь они не требовали моего постоянного надзора. Но ехать туда с Розой мне не хотелось, а если бы я поехала туда без нее, все сразу бы догадались о нашем разрыве. Поэтому я каждый раз находила отговорки, а Джон Лангли продолжал приглашать меня. И теперь, глядя на Кейт, я покачала головой.
– Я не могу поехать. Слишком многим…
Она резким жестом оборвала меня.
– Ну дай же мне договорить! У Розы с Томом была драка. Полночи они дрались, обзывая друг друга последними словами. Кончилось тем, что наутро она схватила в охапку вещи и детей и уехала в Лангли-Даунз. А тут еще этот злосчастный Далкейт – лучше бы его не было сейчас дома в Росскоммоне.
Теперь я поняла, что она имеет в виду, в чем, собственно, состоит ее беспокойство.
– А почему бы Элизабет не поехать за ней? Мне кажется, она больше подходит на роль компаньонки.
– Так из-за милой золовушки и получился весь сыр-бор! Такие, как она, сами не могут удержать мужа и начинают цепляться к тем, у кого он есть. А моя Роза тоже хороша: как начала с самого начала подзуживать ее и постоянно бередить ей раны, так и не может остановиться. Как же, побежит она теперь за Розой, пожалуй!
– Откуда ты все это знаешь?
Я хотела выиграть время, чтобы обдумать все и попытаться найти какой-нибудь выход. Единственный человек, который действительно мог помочь этому несчастью и даже предотвратить его, был Джон Лангли, но сейчас он отсутствовал. Недавно он вынужден был поехать на землю Ван-Дьемена, так как скончался его давний друг и он был назначен душеприказчиком по делам имения. Мысль о морском путешествии, о ночах, проведенных не в своей постели, о брошенных делах отнюдь не приводила его в восторг, но тем не менее он собрался и поехал. Мне он коротко объяснил, что это его долг. Его нежелание ехать было продиктовано еще и страхом, в том числе оставить без присмотра Розу и Тома. Имение, как он сказал, было большое и очень запущенное, поэтому он предполагал отсутствовать по крайней мере месяц. А со времени его отъезда прошла только неделя.
– У Розы есть девушка-карлица, ирландка, которую она держит при кухне, кстати сказать, единственная католичка в этой протестантской дыре. Все в доме слышали шум, и она тоже, но она прибежала ко мне утром и все рассказала. По правде говоря, я сговорилась с ней раньше; понимаешь… это единственный способ всегда знать наперед, что взбредет в голову моей полоумной доченьке. – Она нетерпеливо выждала, пока Сюзанна Хиггинс внесет поднос и подаст мне чайник. Только за нею закрылась дверь, как Кейт продолжила свой рассказ. – Ну, я сразу же побежала за Ларри, а уж он побежал за Томом. Том, конечно, был пьян, хотя еще было утро. Он вообще не пошел в магазин. И, как говорит Ларри, не собирается ехать к Розе в Лангли-Даунз. Его теперь ничем не сдвинешь с места. Какой же кошмар! Роза сбегает от него к этому Далкейту, а он и пальцем не пошевельнет, чтобы ее остановить. С самого начала у них одни неприятности. Розе нужен муж, который смог бы держать ее в ежовых рукавицах, а Том совершенно не годен для этого. Вот что получается, когда женятся люди разных религий, – без всякой логики закончила она.
3
Библия. Новый Завет. Евангелие от Матфея, гл.6, ст.28-30