– О, оно стоит того, мэм, – со значением произнес он. – Я говорю о широкой пограничной полосе неосвоенной земли между вашей плантацией и моей. Там целые акры пропадают.
Его голос звучал тихо, сдержанно и убедительно, но знавшие Деклана люди утверждали, что чем спокойнее его голос, тем меньше он верит в то, что говорит.
– Я ничего не знаю о пограничной земле. – Как она пожалела, что не поторопила Деламара познакомить ее с мистером Пейром, управляющим того банка, что занимался операциями с деньгами Керригана. Завтра же она отправится к нему и изучит все карты плантации «Края Света», чтоб ни один разбойник не посмел урвать у нее ни дюйма земли незаконно!
– Ну так узнайте поскорее, – грубо посоветовал Деклан. – Мне нужна эта земля, и чем скорее, тем лучше.
– Вы хотите купить ее? – Ни разу в жизни Кэтрин ни на кого так не злилась. Этот самоуверенный нахальный тип будил в ней совершенно дикую ярость.
– Нет, если будет доказано, что она принадлежит мне, – с непроницаемым видом отвечал Уокер. – Финн Керриган купил «Край Света» за бесценок. Соседняя плантация «Ручей Делано» долгие годы был заброшен, и Керриган не позаботился обнести оградой свои владения. Когда я поселился там, я хотел обсудить с ним границы участков, но никак не мог с ним увидеться. Но теперь он мертв, а я не намерен дальше так оставлять это дело.
– Но ведь пока вы не пользуетесь этой землей, не так ли? – спросила она, ощутив, как у нее рождается страшное подозрение.
– Именно это я и делаю. И я хочу строить дамбу. Чтобы осушить болото.
– Но вы не имеете права ничего предпринимать до тех пор, пока граница не будет определена. – Перед ней возник образ уверенного лорда Седрика, небрежно ведущего разговор. Уж он-то знал бы, как обращаться с подобным нахалом.
– Вам она не нужна. А мне нужна.
– Вы должны немедленно прекратить там работы.
– Это невозможно, мисс Энсон, – уверенно возразил он.
– Это возможно, мистер Уокер. Иначе я заставлю вас это сделать.
– Трудновато вам придется, мисс Энсон. Здесь никому не понравится то, что добрая земля остается в запустении долгие годы. Да к тому же вы здесь чужая, непрошеная англичанка. А я здешний – или почти здешний. Полагаю, что очень скоро вы убедитесь, что закон окажется на моей стороне.
Он шел к своей цели безжалостно и напролом. Уже не в первый раз видя такое поведение, Кэтрин решила, что это его обычный стиль. Ее кулаки занемели. Ей хотелось наброситься на него, разорвать его в клочья, но здравый смысл все же пересилил.
– Я поговорю с моими адвокатами. Я все проверю сама.
– Да уж постарайтесь, мисс Энсон, – с ехидной улыбкой отвечал он, – и я сделаю то же самое. После этого мы встретимся снова?
– Нет, если мне удастся этого избежать! – фыркнула она.
Одним быстрым движением он оказался перед нею – такой же неуловимый и мощный, как лесная пантера. Она попыталась было вывернуться из тисков, сжавших ее подбородок, но бесполезно.
– Черт побери, вы самая упрямая баба из всех, что пытались перебежать мне дорогу, – рявкнул он, глядя ей прямо в испуганные глаза: его губы шевелились почти вплотную с ее.
– Отпустите меня, ублюдок! – взвизгнула она. Его губы были так близко, и его тело также. Могучее тело… железные мышцы… мужской запах, отупляющий, колдовской…
– Ай-ай-ай! Как не стыдно! – съязвил он и выпустил ее так грубо, что она наступила на подол своего платья.
– Вон из моего дома! – вскричала она. Невозмутимо он водрузил на голову панаму и спросил:
– Вы еще не были в «Крае Света»?
– Нет. Убирайтесь. Я не желаю с вами разговаривать, – и она дрожащими руками попыталась нащупать шнур от звонка.
– А придется вам там побывать, мисс Энсон. И я предупреждаю вас, что это не так-то просто. Здешние топи наверняка пострашнее английских болот. Будьте поосторожнее, когда отправитесь туда.
– Вы угрожаете мне? – выдохнула она, чувствуя, как страх сковал ее члены.
– Что за глупое предположение, мисс Энсон. – Он сверкнул белозубой улыбкой. – Я дружески предостерегаю вас. Трясина может оказаться весьма коварной, если не знать ее.
– Я знаю об этом. Мне говорили друзья.
– Ах да – ваши друзья. – Его лицо снова стало жестоким, глаза превратились в кристаллы льда. – И один из них – Адриен Ладур, вероятно?
– Это вас абсолютно не касается. Вон из моего дома. Мне придется выкинуть вас силой! – вскричала она, ослепленная слезами отчаяния.
Он, хохоча, отвесил поклон и направился к двери. Внезапно он посерьезнел, его лицо приняло непонятное выражение.
– Будьте поосторожнее, вот и все, – тихо сказал он. – Вы не послушаете меня, но я все равно скажу вам это. Вы теперь не в Англии – вы в Городе Призраков. И здесь может случиться все, что угодно. Вам кажется, что вы начали понимать здешнюю жизнь? Это не так. Это древний, приходящий в упадок, злонравный город. И очень странный. А что до вашего Ладура, то его репутация пованивает! Доброй ночи, мисс Энсон.
– До свидания, мистер Уокер.
Когда за ним захлопнулась дверь, она без сил привалилась к столу, трепеща от гнева и ярости. Кто такой этот мужчина с кошачьими глазами, что потряс все ее существо?
– Деклан Уокер? Да, я слышал про него, – отвечал Деламар, когда вечером она спросила его. – Он северянин. Был офицером армии Союза, а после купил плантацию по соседству с «Краем Света». Говорят, у него неуживчивый характер. И ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего.
– Он просто варвар! Он был здесь сегодня и спорил по поводу границ. – Она не стала входить в подробности и упоминать их первую встречу на пристани. Уж слишком это скандально. Деламара она видела словно сквозь какую-то дымку и гадала про себя, то ли это от выпитого за обедом вина, то ли у нее ухудшилось зрение. Застланный белоснежной скатертью стол казался сияющим островком в море тьмы, прорезаемой лишь огоньками свечей в канделябрах. Она снова вспомнила горящие зеленые глаза, смотревшие на нее в упор. И ей с неожиданной силой захотелось, чтобы сейчас подле нее оказался Адриен, рыцарь в сияющих доспехах, готовый защитить ее.
– Почему вы не предоставили мне самому с ним разобраться? Похоже, он нуждается в паре уроков хорошего тона, – фыркнул Седрик, щелкнув пальцами лакею, который тут же наполнил его чашку кофе.
– Это также совершенно ни к чему. – Деламар улыбался, покачивая бокал с бренди, зажатый двумя пальцами его крупной сильной руки. – В качестве вашего агента именно я обязан улаживать подобные проблемы.
– Но никого не было в тот час. Во всяком случае, можно считать, что я получила наглядный урок. Мне надо учиться самой справляться с любой ситуацией.
– Какой ужас, Кэтрин! Я должна была быть с тобою, – прошептала Элиза, чье лицо едва освещалось свечами. – Я чувствую себя виноватой, правда? Почему ты не позвонила мне?
– Я разобью ему нос, если он снова сунется к вам! – грохнул кулаком по столу Уоррен, отчего зазвенели стоявшие на нем приборы китайского кофейного сервиза. – Только скажите мне слово, и он получит по заслугам!
– Успокойся, мой сладкий. – Элиза положила руку брату на плечо и посмотрела с тем особенным выражением, которое было предназначено ему одному. – Буря в стакане воды – и больше ничего. Полковник прекрасно справится сам. У нас есть намного более приятные вещи для обсуждения. К примеру, приглашение на вечер к мадам Ладур. – И она обратилась к Кэтрин: – Во что мы нарядимся? Надо сначала съездить на Мэгэзин-стрит к мадам Дюлак и посоветоваться. И пригласить на целый день Поля Сореля. Я совсем растрепана, да и твои волосы требуют, чтобы их привели в порядок.
– Тратить деньги! Ты только об этом и можешь думать, – поддразнил ее Уоррен.
«Склоки, склоки. Отчего они не могут жить в мире?»– Голова Кэтрин пульсировала от боли. Когда с нею Уоррен с Элизой, болтовня не умолкает ни на секунду, они словно плетут словесную паутину, в которой путаются ее мысли. Они словно циркачи, размахивающие волшебными палочками и жонглирующие словами, словно блестящими шариками, – мастера фокусничать. Они являются сюда и заговаривают ее чуть не до смерти – конечно, они чудесные компаньоны и вообще самая славная пара на свете, но как же она от них устает. «Мне надо хорошо подумать, я чувствую, я уверена: что-то крайне важное кроется в деле с Уокером».