Нужно сказать, что афганское руководство плохо решает очень многие вопросы и работать нашим советникам в таких условиях там очень трудно.
АНДРОПОВ…Вместе с тем обстановка все же не безнадежная. В чем суть дела, сейчас в Афганистане? Дело в руководстве. Руководство не знает сил, которые поддерживают его и на которые можно было бы опереться. Сегодня, например, прошла довольно солидная демонстрация в Кабуле и Герате, но руководители не использовали в должной мере этих массовых мероприятии. Разъяснительная работа поставлена плохо не только в армии, но и среди населения вообще. Своих политических противников они расстреливают. Радио не прослушивается, потому что передатчики очень слабые. Нам нужно будет помочь им передвижными радиостанциями.
Амин держал в своих руках по существу всю власть, и только вчера они утвердили нового начальника госбезопасности, начальника штаба. Таким образом, несколько расширяется политическая база в руководстве. (…) Я думаю, что относительно ввода войск нам решения принимать не следует. Ввести свои войска — это значит бороться против народа, давить народ, стрелять в народ. Мы будем выглядеть как агрессоры, и мы не можем допустить этого.
Потолковали еще о посылке новых советников, о подготовке афганских кадров. Наконец подытожили:
БРЕЖНЕВ. Я думаю, что нам следует одобрить мероприятия, которые были выработаны в течение этих дней.
ВСЕ. Правильно.
БРЕЖНЕВ. Следует поручить соответствующим товарищам осуществлять их энергично и если возникнут новые вопросы в связи с событиями в Афганнстане, то вносить их в Политбюро.
ВСЕ. Правильно.
БРЕЖНЕВ. Таким образом, мы принимаем решение:
Принять в СССР т. Тараки завтра, 20 марта.
Переговоры будут вести т. Г.Косыгин, А.Н., Громыко А.А. и Устинов Д.Ф., а затем я приму его.
ВСЕ. Это очень хорошо.
4. Дыхание рока
Так закончилась первая фаза афганского кризиса. Ситуация немного стабилизировалась (уже через два дня мятежные полки в Герате были жестоко подавлены танками и авиацией, срочно переброшенными из других городов), а потом, к лету, опять стала ухудшаться. Однако с того момента и до самого дня советского вторжения все усилия советского руководства были направлены ровно на то, чтобы… избежать этого вторжения. Читая теперь их документы, буквально ощущаешь дыхание рока: кремлевские старцы инстинктивно чувствовали, что афганская авантюра будет началом конца их режима и сопротивлялись до последнего. Эта коллективная мудрость была даже зафиксирована в их «политическом документе», анализировавшем причины мартовского кризиса:
Таким образом, наше решение воздержаться от удовлетворения просьбы руководства ДРА о переброске в Герат советских воинских частей было совершенно правильным. Этой линии следует придерживаться и в случае новых антиправительственных выступлений в Афганистане, исключать возможность которых не приходится.
Но ситуация стала ускользать из их старческих рук, и чем больше они упирались, тем ближе сползали к краю пропасти. Словно заклинание, повторяют они друг другу все аргументы против этого вторжения, увязая все глубже и глубже в трясине кризиса. Еще вызванному в марте Тараки и Косыгин, и даже Брежнев сформулировали свою позицию предельно четко:
КОСЫГИН…Пути решения возникших у вас проблем могут быть разными, но наилучшим из них является путь, который сохранил бы авторитет вашего правительства в народе, не испортил бы отношений Афганистана с соседними государствами, не нанес бы ущерба международному престижу пашен страны. Нельзя допускать того, чтобы дело выглядело таким образом, будто бы вы не смогли сами справиться со своими собственными проблемами и пригласили на помощь иностранные войска. (…) Своп же задачи на нынешнем этапе мы видим в том, чтобы охранять вас от всяких возможных международных осложнений. Мы будем вам оказывать помощь всеми возможными средствами — поставлять вооружение, боеприпасы, направлять людей, которые могут быть вам полезными в обеспечении руководства военными и хозяйственными делами страны, специалистов для обучения вашего военного персонала обращению с самыми современными видами оружия и боевой техники, которые мы вам направляем. Ввод же наших войск на территорию Афганистана сразу же возбудит международную общественность, повлечет за собой резко отрицательные многоплановые последствия. Это по существу будет конфликт не только с империалистическими странами, но и конфликт с собственным народом. Наши общие враги только и ждут того момента, чтобы на территории Афганистана появились советские войска. Это им даст предлог для ввода на афганскую территорию враждебных вам вооруженных формирований. Хочу еще раз подчеркнуть, что вопрос о вводе войск рассматривался нами со всех сторон, мы тщательно изучали все аспекты этой акции и пришли к выводу о том, что если ввести наши войска, то обстановка в вашей стране не только не улучшится, а наоборот, осложнится. Нельзя не видеть, что нашим войскам пришлось бы бороться не только с внешним агрессором, но и с какой-то частью вашего народа. Л народ таких вещей не прощает. Кроме того, как только наши войска пересекут границу, Китай и все другие агрессоры получат реабилитацию.
Брежнев предложил Тараки целый ряд мер по укреплению режима в Афганистане, от создания «единого национального фронта» под руководством НДПА, расширения «политико-массовой работы» до работы с духовенством с целью добиться его «расслоения», чтобы по крайней мере часть духовенства если и не поддерживала бы открыто правительство, то во всяком случае не выступала бы против него. Как старый армейский политработник, он поучал Тараки:
Важно, чтобы у командного состава было чувство уверенности в прочности своего положения. Нельзя многого ожидать от армии, если часто сменяются командные кадры. Это тем более справедливо, если смена кадров сопровождается арестами. Ведь многие командиры, видя, как их коллеги арестовываются и исчезают, сами начинают чувствовать неуверенность в своем будущем.
Наконец, хотел бы еще раз подчеркнуть, что в сложившемся положении главную роль будет играть умение политическими и экономическими средствами привлечь на свою сторону возможно более широкие круги населения. Надо еще раз посмотреть на арсенал используемых средств, исключить те из них, которые могут вызвать законную тревогу у люден, рождать у них чувство протеста.
Однако в вопросе о советских войсках был непреклонен:
Теперь о вопросе, который Вы поставили в телефонном разговоре с тов. Косыгиным и затем здесь, в Москве, — насчет возможности ввода советских воинских частей в Афганистан. Мы этот вопрос всесторонне рассматривали, тщательно взвешивали и, скажу Вам прямо: этого делать не следует. Это сыграло бы лишь на руку врагам — и вашим, и нашим. (…) И хотелось бы надеяться, что Вы с пониманием относитесь к нашим соображениям.
Разумеется, заявлять публично — либо вам, либо нам — о том, что мы не намерены этого делать, по понятным причинам нецелесообразно.
Все было впустую: Тараки слушал, благодарил за помощь, за совет и опять начинал клянчить советские войска. Ну, если не войска, то хоть водителей танков или вертолетов. А если не советских — то можно хотя бы из других соцстран? Косыгин не выдержал, и, видимо, просто прикрикнул на него:
Я не могу понять, почему возникает вопрос о пилотах и танкистах. Этот вопрос для нас совершенно неожиданный. И я думаю, что соцстраны вряд ли пойдут на это. Вопрос о направлении людей, которые сели бы в ваши танки и стреляли бы в ваших людей, — это очень острый политический вопрос.
Однако через месяц, при поставке советских боевых вертолетов, вопрос возник опять, и опять политбюро должно было принимать специальное постановление «О нецелесообразности участия советских экипажей боевых вертолетов в подавлении контрреволюционных выступлений в Демократической Республике Афганистан», инструктируя Главного военного советника:
Скажите, что афганскому руководству уже давались разъяснения о нецелесообразности непосредственного участия советских воинских подразделении в мероприятиях по подавлению контрреволюционных выступлений в ДРА, так как подобные акции будут использованы врагами афганской революции и внешними враждебными силами в целях фальсификации советской интернациональной помощи Афганистану и проведения антиправительственной и антисоветской пропаганды среди афганского населения. (…) Убедите Х.Амина. что имеющиеся боевые вертолеты с афганскими экипажами способны совместно с подразделениями сухопутных войск и боевой авиации решать задачи по подавлению контрреволюционных выступлений. Разработайте для афганского командования необходимые рекомендации по этому вопросу.