На дисплеях в пилотских кабинах отчетливо высветились две яркие точки целей. Пилоты синхронно вдавили пусковые кнопки. «Экзосеты» оторвались и ринулись в сторону англичан. Разгрузившиеся самолеты немедленно заложили вираж и с ускорением двинулись в обратном направлении, а ракеты пошли своим путем, заработали активные радиолокационные головки самонаведения. Теперь англичан «держали» минирадары самих ракет. Английские системы сканирования воздушного пространства «спали». Приблизившись, «Экзосеты» спикировали и прижались к волнам. «Умные» ракеты стремились, чтобы их не заметили, и это им удалось. Приближающуюся смерть англичане с эсминца «Шеффилд» засекли визуально, за 4 секунды до удара. Когда они истекли, ракета вонзилась в борт корабля, продела пробоину 4 на 2 метра и проникла в корабельную утробу.
Второй «Экзосет» предназначался фрегату «Плимут», ему выпало лететь дольше, и он был замечен. Фрегат стрельнул в воздух стеной дипольных отражателей из металлизированных волокон. Сбитая с толку система самонаведения переориентировала ракету на новое яркое пятно, которое электронные мозги приняли за огромную цель. «Плимут» спасся. Зато «Шеффилду» не поздоровилось.
Французские ракетчики халтурили не хуже американских производителей торпед. Заряд взрывчатки «Эк-зосета» не сработал. Взорвались только остатки несожженного ракетного топлива. Но этого хватило. Внутри корабля начался пожар. Горели синтетические изоляторы многочисленных кабелей, пронизывающих нутро корабля, палубный линолеум, пластик, из которого изготавливалась скромная обстановка судового интерьера. Ядовитый дым пластмасс мешал работе пожарных. Потом загорелся металл. Ради экономии веса, надстройки корабля были сделаны не из стали, а из алюминиевых сплавов, которые оказались горючими. Когда огонь начал подбираться к погребам ракетного боезапаса, экипаж ушел с корабля. По мере затухания пожара англичане попытались отбуксировать эсминец к Южной Джорджии, но выгоревший дотла «Шеффилд» в процессе буксировки затонул.
Спустя 3 недели после успеха с «Шеффилдом» аргентинцы побили собственный рекорд. На этот раз «Экзосетами» было атаковано ядро авианосного соединения. В прицелы попался флагманский «Гермес». Одна из ракет пошла прямо на него. Англичане среагировали вовремя, выставив стандартную степу помех из фольги. В результате от авианосца ракету увели, но, пройдя блестящее облако, головка ракеты захватила новую цель. Ей оказался эрзац-авианосец, переделанный из контейнеровоза «Атлантик Конвейер». На этот раз боевая часть все-таки взорвалась. В унисон ей сдетонировали цистерны с авиационным бензином. С контейнеровозом погибли запасы топлива, запчастей к самолетам и 3 тяжелых транспортных вертолета.
Проблемы кибернетической пехоты. Последняя потеря была чрезвычайно важна для англичан и интересна сторонним наблюдателям. Сгоревшие вертолеты предназначались для быстрых перемещений по островам группы спецназа морской пехоты. Это подразделение имело оборудование по последнему слову техники и несколько больше. Каждый боец кроме обычного личного оружия, боеприпасов, сухпайка и доспехов из шлема и бронежилета, нес на себе массу другого оборудования. Кому достался прибор ночного видения, кому передатчик. Некоторые должны были нести детали антенны спутниковой связи. Сержанты имели персональные боевые компьютеры в стальном чехле, спасающем хрупкую вещицу от повреждений.
Со всей этой амуницией боевые возможности подразделения возрастали многократно. Но беда заключалась в том, что за отсутствием вертолетов «коммандос» пришлось топать пешком. В этой ситуации выяснилось, что лишний вес солдату в походе страшнее, чем отсутствие спутниковой антенны в бою. Кроме того, когда «техногенные солдаты» все же добрались до намеченных рубежей у Порт-Стенли, супероборудование оказалось частью поломано, частью утрачено. И в бой спецназ пошел налегке, мало чем отличаясь от обычной пехоты. После этого случая в Англии поняли, что в реальной боевой обстановке надеяться только на миникомпьютеры и спутниковую связь нельзя. Количество «навороченной» электроники в подразделениях резко сократили, и вместо очередных компьютерных курсов бойцам добавили физкультурных часов.
Так прошла первая боевая операция «кибернетических пехотинцев». Конечно, впоследствии с техникой поработали, облегчили, сделали прочнее и проще в обращении. И высокие технологии вернулись в войска. Но после марш-броска к столице Фолклендов англичане больше никогда не воспринимали их как чудотворное средство со стопроцентной гарантией победы, чем по сию пору грешат их заокеанские союзники.
Длинный список британских потерь. Кроме «Атлантик Конвейера» и «Шеффилда» аргентинской авиации удалось пустить ко дну еще один эсминец и пару фрегатов.
Этот список мог бы быть длиннее, если бы американское оружие было надежнее. «Экзосеты» у Аргентины быстро кончались, и пришлось переходить на обычные бомбы свободного падения. С их помощью был потоплен британский большой десантный корабль «Сэр Галлахад», рядом с ним находился другой член «артурова общества рыцарей круглого стола», однотипный «Сэр Ланселот», но ему повезло, американская бомба не взорвалась. То ли была бракованной, то ли аргентинский пилот атаковал со слишком малой высоты, и взрыватель не успел встать на боевой взвод.
В подобной ситуации побывал еще десяток английских кораблей, из которых неудача постигла лишь фрегат «Антилоуи», в корпусе которого засела неразорвавшаяся бомба. Экипаж с корабля эвакуировали и вызвали саперов. При разминировании бомба МК-83, американского производства, все-таки взорвалась, и фрегат отправился на грунт.
Поражение аргентинцев. Однако к концу мая аргентинская авиация понесла большие потери от корабельных зенитных ракет и действий «Харриеров». Англичане усилили натиск. Высаженная на острова морская пехота при поддержке авиации и корабельной артиллерии перешла к активным действиям. Аргентинский гарнизон был окружен в Порт-Стенли. Королевская морская пехота шаг за шагом оттесняла противника с его укреплений в городскую черту. С моря и воздуха окружение надежно замыкалось, хотя никаких попыток пробиться на помощь осажденным Гальтиери не предпринимал. Начиная со 2 июня, судьба островов была предрешена. Создав трехкратное численное превосходство на суше и абсолютное на море и в воздухе, англичане пошли на приступ. Расстреляв боеприпасы и потеряв несколько десятков солдат, аргентинский командующий Марио Беньямин Менендес решил, что возможности сопротивления исчерпаны. 14 июня 1982 г. гарнизон островов, насчитывающий около 10 тысяч солдат и офицеров, сложил оружие. Британия вернула островам их прежнее название и прежнего владельца.
Характер потерь в кибернетической войне. Обошлось это дорого. Стоимость 6 погибших кораблей составила вместе с ремонтом поврежденных более миллиарда фунтов. Аргентина кроме злосчастных «Бельграно» и «Санта Фе» потеряла еще 6 судов, но все они не шли ни в какое сравнение с эсминцами и фрегатами англичан. Зато аргентинцам предстояло перевооружать авиацию, в составе которой после войны недоставало 117 машин, при том, что англичане потеряли всего 34 самолета и вертолета. Человеческие жертвы, как обычно, тщательно скрывались, не обошлось без откровенной лжи, на которой попались англичане, «сократившие» свои потери в два раза по сравнению с реальными.
Наиболее достоверны, на авторский взгляд, следующие показатели. Убитыми для англичан: 255–400 человек, для аргентинцев: 690–890 военнослужащих. Количество получивших ранения осталось тайной. Зато англичане раструбили «граду и миру» о 13 тысячах пленных врагах, что соответствовало действительности.
В преддверии эры войн пятого поколения. Военные сделали на будущее ряд важных выводов. Первым среди них было признание роли средств разведки и передачи информации, помогавших действиям высокоточного оружия. При этом было решено уделить особое внимание повышению надежности ВТО, ибо весь мир понимал: сработай все попавшие в цель ракеты и бомбы аргентинцев, исход конфликта был бы совершенно иным. Тезис о главенстве авиации над морем был подтвержден в очередной раз. Англичане принялись экстренно совершенствовать корабли, возвращаясь к проверенной стали вместо новомодных легких сплавов. Заговорили даже о необходимости бронировать корабли, как это делалось до тех нор, когда все надежды возложили на радиолокацию, якобы способную обеспечить обнаружение любой опасности и ракеты, ее устраняющие. Американцы, оценившие уникальные способности «Харриера», купили лицензию на производство самолета, и теперь он составляет основу авиации не только британских ВМС, но и корпуса морской пехоты США, где много воюет.