Вы знаете, товарищи, что партия и правительство высоко оценивает заслуги тов. Жукова, и они у него действительно были.
Вы знаете, что он удостоен звания четырежды Героя Советского Союза, награжден многими орденами, ему присвоено звание маршала. Ему, как вы знаете, было оказано огромное политическое доверие: XX съезд партии избрал его членом ЦК, ЦК избрал его кандидатом в члены Президиума ЦК, а позднее членом Президиума ЦК. Но тов. Жуков, как выяснилось на Пленуме и Президиуме в результате непартийности, неправильно понял высокую оценку его заслуг, потерял всякую скромность, которой учил товарищ Ленин, возомнил, что он является единственным спасителем страны, героем всех побед, достигнутых, как известно, нашим народом и его Вооруженными силами под руководством Коммунистической партии. У Жукова, как и у военноначальника, руководителя генерального штаба в годы Великой Отечественной войны были и грубейшие ошибки, которые обходились нашему народу, стране очень дорого. Будучи министром, т. Жуков грубо нарушал ленинские партийные принципы руководства Вооруженными Силами, встал на путь отрыва Советской Армии и Флота от партии, ЦК, правительства.
В приказах тов. Жукова, изданных после XX съезда КПСС, ни разу не упоминается об этом историческом съезде в жизни нашей партии и международного рабочего движения. В приказе 0090, изданном Жуковым, ни единым словом не говориться о роли воспитательной работы в деле подготовки бойцов. Приказ этот составлен в духе угроз и страха. Он убедительно свидетельствует о недооценки тов. Жуковым роли Коммунистической партии в руководстве Вооруженными Силами нашей страны.
Тов. Жуков не оправдал оказанного ему доверия, оказался политически несостоятельным деятелем, склонным к авантюризму как в понимании внешних задач политики Советского Союза, так и в руководстве министерством обороны.
Пленум ЦК одобрил единодушно постановление Президиума ЦК об освобождении тов. Жукова от обязанностей министра обороны СССР и о назначении министром обороны СССР члена ЦК, маршала тов. Малиновского, поручил Секретариату ЦК предоставить т. Жукову другую работу.
Пленум единодушно, с большим гневом вывел Жукова из состава членов Президиума ЦК и из членов ЦК КПСС. Голосовали за это постановление единогласно все члены ЦК, кандидаты в члены ЦК, члены ревизионной комиссии, военные коммунисты, присутствовавшие на Пленуме ЦК, маршалы, командующие округами, члены Военных Советов, начальники политуправлений нашей Армии и Флота. Голосование проводилось раздельно.
Все партийные организации о работе Пленума ЦК получат соответствующее письмо.
На пленуме желающих выступить по этому вопросу было около 80 человек, выступило 27, из них 17 товарищей военных, это маршалы и командующие округами, члены ЦК, кандидаты в члены и маршалы и командующие округами не члены ЦК.
На пленуме вскрылось, что т. Жуков двурушник. Как стало известно на пленуме, он в ходе борьбы с антипартийной группой Маленкова, Молотова, Кагановича и примкнувшего к ним Шепилова до созыва июньского Пленума в течение двух дней был вместе с этой группой. Как показали участники пленума, Жуков занес руку и покушался на самое святое — на партию, на Центральный Комитет. Он предложил тогда сменить руководство в партии, а первого секретаря Центрального Комитета тов. Хрущева не только снять с поста, но и объявить ему строгий выговор с предупреждением. Это возмутило всех участников пленума. Вы помните, как здесь же на активе я рассказывал о том, когда Жуков дал «по зубам» Маленкову, который пытался его, вернее не его, а армию залучить к себе, но т. Жуков, оказывается, сделал это только по тому, что, очевидно, был информирован (с хорошим намерением) о том, что, уже подписано заявление членами ЦК о созыве пленума. Тогда Жуков вильнул, он увидел, что 56 членов Центрального Комитета в сборе, а на следующий день было уже слишком сто членов Центрального Комитета, которые настаивали на созыве пленума. Если вы вспомните историю нашей партии, историю борьбы с троцкистами, с правыми, то вы увидите, что они никогда не были искренними и не выдавали своих сообщников Так и здесь. Антипартийная группа Маленкова, Молотова, Кагановича и примкнувшего к ним Шепилова не выдала Жукова.
После пленума тов. Жуков возомнил о себе особенно высоко, он стремился к личной диктатуре, тщеславию. Во время обсуждения вопроса т. Жуков на Президиуме бросил фразу о том, что его обвиняют в бонапартизме. Мы ему сказали — сам делай вывод, ведь даже Бонапарт и тот не удосужился так себя возвеличить, а ты превзошел его.
Тщеславие, мания величия зашла у Жукова так далеко, что он воспитывал наших коммунистов в армии таким образом, что будто бы он спас Родину. При этом отрицалась руководящая роль Коммунистической партии в деле разгрома немецко-фашистских захватчиков, принижались бессмертные подвиги наших воинов перед матерью-Родиной. О стремлении уйти из-под руководства партии свидетельствуют и заявления тов. Жукова о том, что в случае чего он обратится к армии, к народу. Позволительно спросить, от имени кого, по чьему полномочию?! При каком случае?
Вспомните, товарищи, историю нашей борьбы с врагами партии, объявление дискуссий, как мы объявляли дискуссии? Центральный Комитет партии, даже наши враги, троцкисты, правые обращались к партии. А вот он, нет, — «я обращусь к армии, к народу», нахально заявляя при этом, «и они меня поддержат».
Но Жуков забыл, что советский народ никогда не поддерживал никаких авторитетов, посягающих на святыню — нашу славную ленинскую Коммунистическую партию и ее Центральный Комитет. Он забыл о том, что наша героическая Красная Армия всегда верно служила народу, что у нас армия и народ едины, что наша армия беспощадно била врагов нашей Родины, пытавшихся уничтожить советское государство и Коммунистическую партию.
Мы, большевики, наша славная Коммунистическая партия всегда считала, что Вооруженные силы — инструмент нашей партии, что Вооруженные силы должны быть всегда в руках партии. И на всем протяжении нашей истории, а мы идем к славной сороковой годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, всегда душой, строителем, вдохновителем всех побед нашей Советской, нашей Красной Армии, нашего флота была наша большевистская, наша Коммунистическая партия. Партия должна, а она так и делает и впредь будет по всем каналам иметь связь с Армией, через местные партийные органы, партийные комитеты, Центральный Комитет нашей партии и т. д.
Тов. Жуков пытался подчинить только лично себе Армию, партийные организации, политорганы. Он настолько принижал коммунистов, работающих в армии на политической работе, что не стесняясь, на широких массовых совещаниях, например, говорил, что это проповедники, устаревшие, одряхлевшие люди, старые коты, потерявшие нюх и т. п. Многие были свидетелями этого заявления, это документально подтверждено. А когда кое-кто из коммунистов нашей Армии пытался хотя бы робко возразить, он говорил: «Вот если этим политработникам приклеить рыжие бороды и дать кинжалы, то они нас всех порежут».
Это натравливание одной части коммунистов на другую в Армии. Такие заявления, действия, кроме озлобления, ничего не дают.
После решения Президиума ЦК «Об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте», когда члены и кандидаты в члены ЦК доложили это решение, решение не о Жукове, а об улучшении партийно-политической работы в Армии, со стороны командиров, политработников такие заявления были: «Товарищи, передайте Центральному Комитету, у нас такое состояние, что как будто бы вы нам в душу заглянули».
Моряк, адмирал Октябрьский на активе заявил: «Вы знаете, что вы нам сделали? Нам стало легче дышать».
Как я уже говорил выше, есть приказ 0090 от 1956 года, который выпущен после XX съезда КПСС. Так в этом приказе нет ни одного слова о XX съезде КПСС. В этом приказе вообще нет слова «О воспитании». Он начинает с того, что обвиняет во всех бедах и грехах, имеющихся в Армии, парторганизации, политорганы.
В этом приказе сказано, что якобы не дело, когда у нас на партийных активах в Армии и на партийных армейских конференциях критикуют и самокритикой занимаются. Это по Жукову подтачивание единоначалия и нарушение дисциплины в Армии. В одном из пунктов этого приказа прямо сказано, что командир — единоначальник направляет и отвечает за работу партийных организаций и политорганов в Армии. Как видите, диктатор сам диктаторство прививал и другим. Он потом нам говорит: «Да, я вижу, что приказ не совсем правильный, что там допущена некоторая неряшливость». Тут одно из двух: или человек совсем никогда с партией ничего общего не имел, или он хитрит.