Она повернулась к своему саквояжу.
– Ни о чем не беспокойтесь, – сказал мистер Гриллз. – Мы с Питером внесем ваши сундуки.
– Спасибо, но мне понадобятся только те два, что стоят сзади. Другие могут постоять и подождать, пока я не перееду в свой дом.
Питер уже спрыгнул и стоял с ее стороны. Его грудь вздымалась, а на лице сияла торжественная улыбка.
– Давайте руку, я помогу вам спуститься, пока вас не промочил дождь. Мы, мужчины, сами позаботимся об остальном.
Рэчел чуть не расхохоталась. Его попытка продемонстрировать свою возмужалость была невыразимо смешна. Она догадалась превратить свою гримасу в благодарную улыбку. Ей не хотелось признавать это в такой грустный день, но противоположный пол иногда бывает приятным и очень кстати, когда нужна помощь.
Внутри солнечно-желтой кухни от камина исходило тепло, и Рэчел почувствовала, как ее знобит. Она продвинулась поближе туда, где языки пламени лизали потрескивающие дрова, и протянула руки.
– Рэчел! – Эдна ворвалась в комнату.
Претендуя на элегантность, она надела светлый сатиновый халатик с высоким кружевным воротничком и выглядела чрезвычайно порядочной матерью семейства.
– Наконец ты здесь. Хорошо. Мы пригласили к ужину нескольких гостей. Они будут вот-вот. – Внимательно осмотрев испачканную молодую женщину, она подняла саквояж и взяла Рэчел за руку. – Пошли за мной. Тебе надо отдохнуть и привести себя в порядок.
Спустя некоторое время острый стук каблучков послышался на лестнице и пробудил Рэчел от короткого сна. Голос Эдны позвал из-за двери.
– Рэчел, дорогая, наши гости скоро соберутся.
– Я сейчас спущусь, – ответила Рэчел.
Она встала, чувствуя себя немного отдохнувшей, зажгла свечу в темной комнате, прежде чем надеть бледно-голубое платье с низким, украшенным кружевом декольте.
Потом, приводя в порядок прическу, она надела свою самую большую ценность – пару сапфировых сережек. Она поворачивала голову так и эдак перед зеркалом, восхищаясь, как грани камня ловко ловят свет. Когда папа подарил их ей в день шестнадцатилетия, он сказал, что выбрал их из-за того, что они великолепно сочетались с цветом ее глаз. А разве Джейк не сказал, что ее глаза, как горные озера, покрытые утренним туманом?
На глазах засветились слезы, превращая их в подобие блестящих камней. Забыть Джейка! С сегодняшнего дня – новая жизнь, новые друзья. Одна мысль о том, что она может пустить пыль в глаза и притворяться перед своими новыми соседями заставила ее испугаться, и ей захотелось спрятаться под кровать. Но она этого не сделает. Возможно, она сумеет вести себя с достоинством целый вечер. Приподняв подбородок, она повернулась к зеркалу, посмотрелась и пошла к двери.
Внизу разливался голос Эдны.
– Карсон, через калитку проходит мистер Бест. Я буду занята на кухне, так что, будь добр, займи его.
– Гарви Бест? – услышала Рэчел кряканье Карсона. – Этот щеголь тоже будет за ужином?
– Я пригласила его как пару для Рэчел. И, дорогой, нельзя смеяться над человеком оттого, что он следит за своей внешностью.
– Я знаю, что у тебя на уме, Эди. Так что прежде, чем ты займешься этим вплотную, вспомни, что Рэчел замужем за Джейком Стоуном. А я не видел, чтобы ты его так дружески принимала.
– Мистер Стоун жестоко оскорбил эту бедную малышку, что сейчас наверху. И я не хочу, чтобы она тратила… – прерванная стуком в дверь, она понизила голос.
– А теперь, будь с ним сердечнее. Он гость в нашем доме.
Итак, думала Рэчел, Эдна собирается позаботится о «бедной малышке». Ну, мы еще на это посмотрим. Она шагнула крошечной ножкой на первую ступеньку, потом поколебалась некоторое время и решила пойти уверенно, как и положено порядочной даме. «Ну хорошо, – думала она со смиренным милосердием, спускаясь вниз, – Эдна рассуждает правильно».
Она вошла, оценивая скромную уютную гостиную в голубых и розовых тонах.
– Добрый вечер, джентльмены.
Если не принимать во внимание некоторые происшествия, вечер может стать довольно приятным событием. К тому же Гарви послал ей несколько понимающих взглядов. Он ведет себя изысканно вежливо.
Эдна, сидящая напротив мужа, поддерживает его кивками. Другая пара, Риггинсы, также присоединились к ним. Они тоже оказались очень милыми, несмотря на то, что мистер Риггинс был среди тех людей в фургоне в тот трагический день. Маурин щебетала, как счастливый воробышек, обо всем и ни о чем, в то время как ее спокойный муж с обожанием смотрел на нее. И спасибо луне, звездам, планетам и каждой капле дождя, упавшей в реку Виламет, что Джейк не появился.
Рэчел вздохнула с облегчением, когда Диана, четырнадцатилетняя дочь Эдны, выполнявшая сегодня роль служанки, начала убирать тарелки из-под десерта.
– Джон, – Карсон повернулся к мистеру Риггинсу, доставая табачную трубку из нагрудного кармана. – Как я слышал, вскоре намечаются большие события. Кайл Маклин привез новую чистокровную, чтобы обогнать на скачках Принца Джейка Стоуна.
– Леди, – сказала Эдна, настойчиво глядя на мужа, и поднялась. – Не присоединитесь ли вы ко мне? Мы посидим в гостиной, пока мужчины курят.
Мужчины вежливо приподнялись, когда дамы покинули свои места.
– Рэчел, – сказал Гарви, – через несколько минут я буду вынужден уйти. Если ты не возражаешь, мне бы хотелось поговорить с тобой о том деле. Если это будет удобно, конечно.
– Разумеется. На веранде.
– Да, это было бы неплохо.
– Я схожу наверх за плащом и выйду.
Когда Рэчел вышла на улицу, он стоял у передней калитки, глядя на звезды через сгустившиеся облака.
Увидев ее, он бросился, чтобы помочь ей спуститься с крыльца.
– Я тебе не говорил, что ты сегодня прекрасна? – произнес он, сжимая ее ладонь в своих.
– Да, кажется, говорил.
Он и впрямь был милым мужчиной, решила она. Настоящий джентльмен. И такой внимательный, что казался назойливым.
– А в лунном свете ты еще прекрасней. Я так надеялся весь вечер побыть с тобой наедине. И, наконец, мои старания увенчались успехом, и я вознагражден.
Его обожание казалось ей несколько преувеличенным. Она приподняла голову и изогнула бровь. «Правда?» Он взял ее другую руку.
– Мадам, я уверяю вас, мои намерения самые честные. Я действительно хотел побыть наедине, чтобы сообщить новости.
Он наклонился поближе. Рэчел должна была признать, что он действительно привлекателен, но по-своему. Если бы его волосы вились, или он был немного крупнее, немного сильнее, немного… еще что-то.
– Не называя вашего имени, я разговаривал с Белтоном Крутерсом, моим другом, юристом в Салеме о ваших уникальных обстоятельствах. Он согласился представлять ваши интересы перед губернатором. Крутерс не видит причин, по которым губернатор Гейнз откажет вам в реабилитации. Лично я думаю, что так лучше. Я буду стирать с вашего имени малейшую грязь. И это, разумеется, самое важное для нас обоих.
– Обоих? Понимаю, – притворившись, что хочет поправить шаль, она выдернула свои руки из его длинных худых пальцев, пальцев, которые теперь были похожи на клешни.
– Знать наверняка, что мое имя незапятнанно – вот, что очень важно для вас, я правильно понимаю?
– Конечно. А разве для вас нет?
– После всего, что произошло со мной…
– Я знаю, что вы много испытали. Но, верьте мне, вы будете рады, что я занялся этим. Вы согласны, не так ли?
Она посмотрела на стоявшую в конце улицы церковь – в лунном свете был виден только ее силуэт. Может ли слово «реабилитация» сделать ее действительно чистой снова? После прошлой ночи?
– Я вижу, мне следует о вас позаботиться, – на этот раз Гарви взял ее руки еще крепче, пытаясь захватить ее внимание. – Я все организую и лично отвезу вас в Орегон-Сити. Вам не надо волновать вашу милую головку.
Было похоже, что он очень хотел ее. Если бы он только знал!
– Рэчел? – позвал он, сжимая ее пальцы.
– Ах да, да. Это было бы хорошо. И я благодарю вас за все эти предложения.