Глава восемнадцатая
Макс и несколько его человек доковыляли до базы отдыха, откуда наконец смогли позвонить Ванину.
Максу пришлось оставить одного своего бойца присмотреть за Капой, которому боевики Рыси, похоже, сломали пару ребер.
Ванин выслал за своими людьми машины и врачей, а также доложил о происшествии Козыреву. Козырев без лишних слов набрал номер телефона Шарыгина.
– Что там у тебя? – нетерпеливо поинтересовался Шарыгин.
Видимо, Козырев своим неожиданным звонком оторвал Ивана Константиновича от важных дел. Шарыгин иногда был довольно резок со своими компаньонами, не говоря уже о подчиненных.
– Я уже говорил о том, что на нас здесь «наехали». Так вот, буквально пару часов назад жестоко избили моих людей. Я думаю, что этим дело не закончится.
– Ты ведь знаешь, кто это сделал?
– Знаю, – подтвердил Козырев. – Но я не могу понять столь внезапной перемены отношений с ЭТИМ человеком. Мне думается, что за НИМ стоит кто-то более серьезный и пытается дестабилизировать у нас обстановку.
– В любом случае, Семен, тебе придется вначале разобраться самому, кто там и что у тебя мутит. Если действительно откопаешь что-то важное, будем думать вместе. Так что давай решай на месте, а мне потом сообщишь, что ты выяснил. Извини, дружище, у меня еще куча неотложных дел.
Козырев положил трубку, хмуро посмотрел на Ванина, ожидающего окончания переговоров по телефону.
– Нам предлагают разбираться своими силами и сообщать обо всем по мере поступления информации. Он, видите ли, сейчас занят! А у нас скоро крупная отправка товара, и все это на грани срыва! Ни я, ни ты не знаем, что придумает третья сторона в самое ближайшее время. Что скажешь, Гена? Что мы решим с Рысью?
Ванин ткнул окурок в пепельницу, нахмурился.
– Так, сразу я не могу сказать однозначно, – проговорил начальник службы безопасности. – Можно, конечно, ввязаться в войну и привлечь к этому делу наших ментов, но… Нужно все-таки еще раз подумать. Сгоряча мы наломаем дров, а потом бог его знает, как нам из всего этого выбираться.
– Давай подумаем, прикинем, что к чему, – согласился Козырев. – Я тоже уверен, что спешка ни к чему хорошему не приведет.
Ольга показывает дорогу, и мы наконец выбираемся к озеру. Места здесь действительно живописнейшие. И конечно же, бизнесмены успели понастроить всевозможных ресторанчиков по всему берегу озера. Подъезжаем к одному из таких заведений. Паркую машину на специально отведенной для этого стоянке.
– Интересно, а в ваших местах есть еще какие-нибудь дикие уголки? – интересуюсь у Ольги, когда мы выходим из автомобиля.
– Я подумала, что вам, Влад, как человеку столичному, здесь будет комфортнее. Но на самом деле у нас есть еще очень много нетронутых природных уголков. Правда, они расположены несколько дальше. Если хотите, мы можем уехать отсюда, – легко предлагает девушка.
– На первый раз можем отметиться и здесь, – говорю я. – Все-таки мы приехали сюда, чтобы купаться и загорать, а время уже к вечеру. В следующий раз, если вы, конечно, захотите поехать со мной, можем выбраться дикарями в глушь, – смеюсь я.
– Обязательно так и сделаем, – непринужденно соглашается со мной Оля.
Идем в сторону благоустроенного пляжа, где отдыхает довольно много народа.
Выбираем местечко поближе к воде.
Ольга все-таки позаботилась о себе и прихватила покрывало, полотенце и даже крем от солнца.
Я же по старой привычке способен довольствоваться только плавками, которые на мне, да песком пляжа. Полотенце и прочее – это для меня уже совсем лишние вещи.
Фигурка у Оли – просто высший класс. Какие к черту западные фотомодели! Что там Голливуд! Русские девчонки могут дать фору всему миру.
– Что это у вас, Влад? – слышу удивленный голос Ольги у себя за спиной.
Конечно же, девушка увидела шрамы, оставшиеся на память от службы в спецчастях.
– Это, Оля, напоминание мне о том, что все мы смертны, но иногда старушка с косой готова и подождать, – улыбаюсь я, повернувшись лицом к девушке. – Осталось после службы в армии.
Ольга с серьезным видом рассматривает рубцы от колумбийских тесаков у меня на боку и животе.
– Значит, вы, Влад, воевали, – вздыхает Ольга. – Наверное, я в самом начале это почувствовала, но никак не могла уловить, откуда все идет в вас… Вот, значит, откуда…
Ольга рассуждает несколько туманно, но она, похоже, озабочена своим открытием. Мне неясно, какие она сделает из этого выводы для себя.
– Как бы там ни было, Оля, а мы приехали сюда купаться. Давайте займемся плаванием?
– А можно еще один вопрос?
– Конечно, – развожу руки. – Это ваше право.
– Вот после этого, – указывает Ольга на мой живот, – вы сейчас чувствуете себя нормально? У вас что-нибудь болит?
– Да вроде ничего. Бывает, иногда ноет к перемене погоды. Отличный барометр, я вам скажу, – смеюсь я.
– У вас, Влад, были достаточно тяжелые ранения, а вы так спокойно шутите. Это ведь ваше здоровье!
– Оль, не стоит об этом, – отмахиваюсь я. – Я не ваш пациент. Все, что связано с моими внутренностями, я сам регулирую так, как меня учили делать китайцы. Отлично помогает. Ну что, идем в воду?
Девушка словно очнулась и посмотрела в сторону озера.
– Да, конечно. Вы хорошо плаваете?
– Лучше всех!
– Ну тогда держитесь! – восклицает Ольга и бежит к воде.
Она врубается в темно-зеленую гладь озера и начинает размашисто работать руками. Плавает Оля очень даже неплохо. Следую за ней и постепенно ее нагоняю.
– У вас отлично получается! – хвалю девушку, когда она, отдыхая, переворачивается на спину.
– Спасибо, – отвечает Ольга. – Мне кажется, вы вообще плаваете, как рыба.
Ну рыба не рыба, но в воде я себя чувствую достаточно комфортно и могу преодолевать значительные расстояния без ущерба для здоровья. Так меня учили. А учили нас с научным подходом, особенно когда дело касалось различных температурных режимов. Вдумчиво учили. Но Ольге, конечно, этого знать не обязательно.
Вдоволь наплававшись, выбираемся на берег. Ольга располагается на расстеленном на песке покрывале и приглашает меня присоединиться к ней.
Я остаюсь на ногах, осматриваю пляж, закуриваю сигарету. Потом беру свой мобильный телефон и смотрю, не поступало ли каких-либо звонков. Но никто мне не звонил, и это тоже неплохо.
Интересно, попытается Козырев ответить Рыси или спустит дело на тормозах? Он явно озадачен гонором Заварова, его требованиями и жесткими действиями. Семену Валентиновичу потребуется время, чтобы правильно оценить происшедшее.
Козырев прошелся по кабинету, снова сел в кресло напротив начальника службы безопасности.
– Что говорят менты? – хмуро спросил он у Ванина.
– Если последует команда, они могут хоть сейчас начинать принимать людей Рыси вместе с ним самим. Но вряд ли, как они говорят, смогут продержать его больше суток, а тем более повесить на него дело…
– Это почему? – не понял Козырев. – Пусть найдут что-нибудь. Ну из-за чего Рысь может получить срок. Разве это трудно? В прокуратуре я также смогу замолвить словечко и не вижу никаких препятствий.
– На самом деле есть одна проблема, – возразил Ванин, опустив взгляд. – Еще по тем нашим договорам, когда мы согласились платить Рыси небольшие деньги… У Рыси есть кто-то в Генпрокуратуре, аж в самой Москве. Наши прокуроры, мать их, против столицы не попрут, если, конечно, их там кто-то не поддержит… На Рысь уже пытались накатывать менты, но он легко отбивался благодаря своим московским связям.
– Ну сделайте так, чтобы он не отбился в следующий раз, а сел натурально за дело! – вскипел Козырев. – Что, трудно организовать серьезную подставу?! Или мне всей этой херней прикажешь заниматься?! Честное слово, Гена, я тебя не узнаю! В чем дело?!
Ванин уже понял, что шеф начинает заводиться, и поспешил предложить выход из положения.