Не нравится мне всё это, — мелькнуло в голове у юного паладина. И тут трое крупных орков привели скрученного Беллердаша.
На площади вдруг материализовался Громак — паладины даже и не заметили, когда он успел войти.
— Что я вижу?! — истерично завопил правитель, и Ларри удивлённо вскинул брови: это было как-то непохоже на архидруида — банальный визг с пеной у рта. Да и голос какой-то не такой… — Почему человеки всё ещё живы?! Почему они до сих пор поганят нашу священную землю? Мне было видение, и бог Огар сказал мне, что человеки — сиречь посланцы демонов и должны быть уничтожены! Человеки приговариваются к расстрелу, а те дубины, которые их пощадили, будут разжалованы!
— Странный у него голос для орка, — произнесла Зарина, — неужели это и есть ваш Шакир?
— Умница, — ответил Элиддин, разрывая свои верёвки, — похоже, некромант убил архидруида и принял его облик.
— Лучники, огонь! — взвизгнул архидруид, и пленников накрыл ливень стрел.
Элиддин взмахнул руками, создавая незримый щит Абсолюта (видимо, за время пути паладин частично восстановил силы) — стрелы бессильно отскакивали от невидимой преграды. По лицу паладина тёк пот, он пошатнулся…
— Не могу больше! Мне одному не сдержать всех стрел! — с надрывом выкрикнул Элиддин, — Ларратос, Зарина, поддержите мой щит!
Ларри никогда раньше не создавал силовые щиты, оберегающие от стрел, и Зарина, видимо, тоже. Но Ларри попробовал и — мгновение спустя перед ним возник невидимый заслон, а щит Элиддина рассыпался. Зарина не стала даже пробовать — вместо этого она, используя способность к телекинезу, притянула отобранные мечи, лежавшие рядом на земле. У Элиддина пока не было плана действий — и он, приняв Малькинур из рук девушки, занял выжидательную позицию — ждал, пока у лучников кончатся стрелы. "Только бы таламид выдержал", — мелькнула мысль…
Ларри справился. Когда стрелы кончились, старший паладин вскинул руку и произнёс:
— Жители Гирдашана! Это — ненастоящий архидруид! Это самозванец, некромант, которого мы должны были победить!
Толпа стояла в недоумении. Никто не ожидал от человеков способности противостоять граду стрел. А вот Ларратос, напротив, перешёл к решительным действиям. Увидев, наконец, Шакира, которого он уже считал потерянным, таламид сразу воодушевился:
— А, проклятый колдун! — заорал он, перепрыгивая через всю площадь и зажигая Зариндуил синим пламенем. — На этот раз ты от меня не уйдёшь!
Самозваный архидруид что-то выкрикнул — и наперерез Ларратосу бросился отряд воинов. Сам Громак побежал ко дворцу, но Ларри, отпрыгнув, метнул в него сгусток абсолютной энергии — и чары распались: изумлённые орки увидели, как их правитель превращается в молодого орка, одетого в чёрный некромантский плащ.
— Некромант! — заорал кто-то из толпы, и воины, оставив пленников в покое, бросились на того, кто пытался выдать себя за правителя.
— Стойте! — крикнул Ларратос, — Он сам по себе не представляет серьёзной опасности для Гирдашана! В него вселился опасный дух, который надо изгнать! Есть ли тут экзорцисты?
Воины тем временем шустро скрутили одержимого друида, и кто-то из них приложил его кулаком по затылку. Затем из толпы вышли двое орков в тёмных одеяниях. Они подошли к связанному друиду и, склонившись над ним, начали читать над телом какие-то молитвы или заклинания. Элиддин же тем временем скрылся во дворце.
Экзорцисты закончили ритуал — и пленник чуть шевельнулся.
— Он чист, — отчеканил один из экзорцистов. — Никакого постороннего духа в теле нет и не было — Дарагор стал жертвой гипноза.
— Как — не было?! — вскрикнул Ларри, переходя на внутреннее зрение. И действительно: аура друида теперь выглядела хотя и слабой, но цельной — в ней не было ничего чужеродного, — А где тогда Шакир? — поникшим голосом произнёс таламид.
Дарагор тем временем пришёл в себя.
— Что… — прошептал он, едва шевеля губами. Его лицо было очень бледным. — Что я натворил… Великие силы… Я заслужил самой страшной казни… Прошу вас… прошу…
— Где шип? — Ларри подошёл к друиду и, пошарив в складках одеяния, выудил серебристый стержень. Только теперь этот накопитель ощущался абсолютно пустым — вся мана куда-то делась. А ведь там до этого присутствовало ОЧЕНЬ много энергии — трудно представить, чтобы Азиз уже успел растратить такую пропасть магических сил. — Где Шакир? Ну же, говори! — таламид тряхнул Дарагора.
— Я… я не знаю, — похоже, орк был на грани истерики. — Он провёл… пров… — друид закашлялся, — обряд отделения. Его дух ушёл, но перед этим он загипнотизировал меня. Нет мне прощения, — похоже, Дарагор опять впал в прострацию.
— На что ты потратил столько маны?! — выкрикнул Ларри, тряся опустошённым шипом перед носом друида.
— Не знаю, — стонал тот. — Какой-то ритуал… тёмный… призыв… или подчинение… я не являюсь большим специалистом в некромантии! — орк уже буквально рыдал, — Я понятия не имею, что он там сделал!..
Дарагор опять впал в бессознательное состояние, его губы что-то шептали. Похоже, пребывание Шакира в его теле не прошло бесследно для друида: как бы умом не повредился. Ларри понял, что больше он ничего не добьётся. А вскоре на площади появились Элиддин и Громак — на этот раз настоящий, не поддельный. Оба выглядели неважно.
— Всё в порядке, таламид, — прохрипел Элиддин. — Я сперва подумал, что он мёртв, но, как оказалось, Шакир его только покалечил.
И паладин потерял сознание — события сегодняшнего дня его доконали.
— Наставник! — Ларри бросился к упавшему.
— С ним всё будет в порядке, — успокоил его архидруид. — Благодарю вас, паладины, за спасение нашей страны и за спасение моей собственной жизни. Честно говоря, я думал, что вы не справитесь с некромантом. Но я обещал, что в случае вашей победы помогу Гиперборею своими войсками — и не было ещё такого, чтобы архидруид не сдержал своего слова!
Ларратос возвращался на корабль. День выдался крайне изматывающим: столько событий… Сейчас, наверное, уже за полночь. Таламид даже слегка удивился, что он всё ещё не упал от усталости, подобно Элиддину.
Следом за Ларри шёл Беллердаш, тащивший бесчувственного Элиддина, и замыкала процессию Зарина — тоже выглядевшая крайне усталой.
— Ларри! Ты вернулся! — ликующая Эрана, спрыгнув на берег, повисла на шее своего мужа.
— Вернулся, — мёртвым голосом произнёс паладин и пошатнулся.
— Ларри, ты ранен? — в глазах волшебницы мелькнул ужас.
— К счастью, нет — всего лишь немного испачкался.
— Ой! Ты как в болоте побывал! Видел, какая тут была гроза? В жизни та… — девушка осеклась, заметив Беллердаша. — Элиддин… Что с ним? — прошептала Эрана.
— Выдохся за день.
— Да ты весь дрожишь! Срочно мыться и спать! Да и переодеться… А это кто? — девушка подозрительно уставилась на Зарину.
— Зарина. Она тоже вроде как паладин…
На следующее утро паладины и архидруид обедали в пиршественном зале дворца. Пища орков не отличалась особым разнообразием — в основном попадались различные виды жареного мяса и рыбы, обильно сдобренные какими-то грубыми соусами и очень острыми специями. Запивать всё это полагалось отборной медовухой.
— Войска уже собираются, — говорил Громак. — К вечеру наш флот выйдет в море.
— А нежить?
— Благодаря вам нежити больше не существует.
— То есть? — нахмурился Элиддин.
— Возможно, после бегства некроманта она рассыпалась. Да. Обычно стычки с группами мертвяков происходят постоянно, но после вчерашнего никто из воинов не встретил ни единого умертвия.
— Странно, — удивился Элиддин. — Нежить не разрушается с гибелью некроманта — тем более ТАКАЯ нежить.
— Кхм, мы тоже удивлены. Но всё же… Мертвяки как в воду канули — всё чисто. Гирдашан свободен от сил тьмы и смерти. Конечно же, рисковать не стоит: часть войск останется здесь — на случай, если твари вновь объявятся. Да только не верю я в это.