1.3. Основные возражения против учения о творении мира из ничего.
Любое из таких возражений можно рассматривать как вариацию на тему одного из трех основных возражений.
Во-первых, это древняя латинская поговорка, которая гласит что ex nihilo nihil fit, «из ничего ничего не бывает». В действительности это древняя философская аксиома означает, что ничто не возникает без причины. Христианское учение вовсе не утверждает, что возникновение мира беспричинно. Мир имеет причину, причем причину абсолютную, в Лице Самого Бога.
Во-вторых, это аргумент от несовершенства мира. Если Бог сотворил мир по Своей воле, из ничего, никакая сила не ограничивала Его творческого действия, то откуда же тогда в мире возникает зло? На это христианская теодицея (учение об оправдании Бога) отвечает, что Бог не есть творец зла.
Зло, имеющее место в мире, обусловлено двумя причинами. Во-первых, мир, как бытие тварное, является конечным и ограниченным, т. е. не обладает полнотой совершенства. Во-вторых, в мире имеют место свободные, разумные существа, а свобода в сочетании с ограниченностью заключает в себе возможность злоупотребления. Злоупотребление свободой со стороны разумных существ является причиной существования зла в мире.
Третье возражение характерно для позитивистов. Позитивизм настаивает на возможности повторения опыта, и признает истинным только то, что можно экспериментально проверить и воспроизвести. Очевидно, что требование проверки опытом может распространяться только на явления естественного порядка, т. е. на явления, обусловленные естественной закономерностью. Творения же мира есть, говоря традиционным христианским языком, чудо, никакой необходимостью, никакой естественной закономерностью не обусловленное, а требование чудес в богоборческой установке абсурдно.
1.4. Вечность Божественного замысла о мире
Мир возник не случайно, а в соответствии с Божественным замыслом. И логика заставляет признать, что этот замысел является вечным, поскольку мысль о сотворении мира не могла в Боге возникнуть внезапно. Свщ. Писание подтверждает такой вывод:
«Ведому Богу от вечности все дела Его» (Деян. 15, 18). «Верою познаем, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое» (Евр. 11, 3). Т. е. творение — это переход от вечных Божественных предначертаний к действительному бытию мира. Св. Иоанн Дамаскин («Защитительные слова против порицающих святые иконы») называет этот вечный замысел о мире предвечным и всегда неизменным Божиим советом. Он пишет, что «Бог созерцал все вещи прежде бытия их от вечности, представляя их в уме Своем и каждая вещь получает бытие свое в определенное время, согласно с Его вечной, соединенной с хотением, мыслью, которая есть предопределение, и образ, и план» («Точное изложение…», кн.1).
1.5. Творческие Божественные идеи, их отношение к Богу и к миру
В каком отношении Божественные идеи находятся к Богу и к миру? Куда следует Божественные идеи «поместить»?
Если поместить эти идеи в Божественную сущность, то в таком случае творение окажется откровением Божественной сущности во вне. Человеку, имеющему некоторый уровень философской культуры, невозможно здесь не почувствовать некоторый пантеистический привкус. Фактически это воспроизведение платонистской идеи чувственного мира, как несовершенного отображения мира вечных идей.
В. Н. Лосский (стр. 228) справедливо указывает, что такое учение означет лишение тварного мира его оригинальности и самоценности, принижение творения, а значит и Бога, как его Творца. В таком случае мир предстает, как дурная, несовершенная копия с той идеальной реальности, что заключена в Божественной сущности, в то время как Библия подчеркивает совершенную и великолепную новизну творения.
Этот вопрос является тупиковым для латинского богословия. Латинское богословие не различает в Боге сущность и энергию, и поэтому творение мира мыслит, как некое удвоение. Идеальный мир от века существовал в Божественной сущности, потом этот идеальный мир был воспроизведен вне Бога. Один и тот же мир существует как бы двумя образами. Один образ идеальный, — в Божественной сущности, а другой — тот, в котором мы существуем. Согласно восточной патристике, Божественные идеи находятся вне тварного мира, это очевидно. Мир творится согласно с этими идеями, но сами идеи никогда не становятся тварными существами, дистанция между ними и тварными сущностями не исчезает. Как же таким образом мыслить отношения между Богом, тварным миром и идеями?
Для Восточных отцов, идеи — это не более совершенные прообразы тварных вещей, и творение нельзя мыслить, как снятие копий, как некое размножение фотографий по негативу. Божественные идеи — не прообразы в обычном смысле, скорее это орудия, посредством которых Бог творит мир, извечные причины тварных существ, устанавливающие для каждой вещи норму ее существования, ее путь к совершенству, т. е. к обожению, ее образ приобщения Божественным энергиям. Отношение Божественных идей к миру и сотворение мира посредством идей правильнее мыслить не как отношение копий к совершенному образцу, а как соотношение между творческой идеей, существующей в сознании человека-художника, и тем художественным произведением, которое он создает в соответствии с этой идеей. Очевидно, что сама творческая идея и произведение как ее воплощение — вещи далеко не тождественные. Когда художник в соответствии с творческой идеей создает произведение, он тем самым вызывает из небытия к бытию нечто совершенно новое, что раньше не существовало, причем не существовало и в его уме, в его сознании. Эта аналогия также не совершенна, потому что тайну сотворения мира постичь невозможно, но эта аналогия помогает отчасти понять, каким образом соотносятся Божественные энергии и тварные вещи.
1.6. Творение и время
Как соотносятся между собою творение и время, как одна из форм существования тварного бытия? Этот вопрос — скорее вопрос правильной формулировки. Если сказать, что Бог творит в вечности, то нужно будет признать, что творение совечно Творцу. Это мнение было высказано Оригеном и было Церковью отвергнуто.