Вполне естественно, что люди предпочитают высокодоходную и необременительную политику, но такая политика неустойчива. Следовательно, соотношение между издержками и полезным результатом должно быть чётко определено, а варианты политики представлены в понятном стиле, чтобы индивидуумы могли планировать каждую жизненную стадию как хотят.
Минимум необходимого социального обеспечения должен быть гарантирован государством и общественными учреждениями. К тому же индивидууму следует по собственной инициативе выбрать из разнообразных вариантов, тот который обеспечит независимый образ жизни. Системы долгосрочной занятости, оплаты труда и продвижения по службе по трудовому стажу рухнули, жизненный цикл компаний сократился, и эпоха, когда устройство на работу было синонимом слияния с компанией подходит к концу [77] . Новые требования — это справедливая оценка мастерства каждого, способность вовлечь в интересную работу, способность выбирать из форматов занятости, предоставление возможности развить навыки и начать сначала, даже при перемене работы.
(…)
Общество никогда не будет свободно от неопределённости, также как никогда не исчезнут и тревоги людей. Нужно не искоренение неопределённости и беспокойства, но решимость сосуществовать с неопределённостью и беспокойством, используя их как трамплин для исследования новых горизонтов» (Рассматриваемый документ, раздел 3. “Японский фронтир XXI века”, подраздел 2. “Превратить разнообразие в силу”, пункт а) “Предоставление личностям управление собственной жизнью”).
«Взаимоотношения между центром и регионами до настоящего момента были такими, в которых власть концентрировалась в руках национального правительства, которое раздавало ресурсы регионам „по справедливости“.
Для того, чтобы люди в предстоящем столетии смогли испытать реализацию разнообразных ценностей, важно, чтобы регионы, являющиеся их местом жительства, тоже изобиловали разнообразием. Требуется не «децентрализация» власти путём передачи национальными властями полномочий местным властям и мэрам, а строительство системы, по которой местное население сами определяют контур своего регионального правительства (выделено жирным нами при цитировании).
Что это означает? В первую очередь — уравнивание отношений между центром и регионами. Нам нужно достичь автономии регионов в истинном значении термина, подразумевая, что местные жители смогут сами решить, какой тип государственной службы они хотят, и какое бремя они выдержат в связи с проблемами их региона. Региональным правительствам следует достичь уровня развития, который позволил бы им отвечать за свои действия и полагаться на самих себя (выделено жирным нами при цитировании).
Что же касается региональных источников доходов, то нам следует оставить идею контроля национальным правительством существующих источников налоговых поступлений в регионах и разрешить регионам самим решать вопрос налогообложения и выпуска облигаций, используемых для покрытия расходов. В то же время, появится необходимость в создании правил для восстановления и возможного объединения региональных властей [78] .
Установление общественной власти в регионах должно обеспечивать максимально возможный уровень участия граждан, ограничить рамки административной вседозволенности и обеспечить быструю реализацию политических решений.
Роль национального правительства следует ограничить до сфер, где должны предприниматься шаги истинно национального масштаба, такие как обеспечение «национального минимума», и создать системы, позволяющие ему самостоятельно реализовывать принятые решения» (Рассматриваемый документ, раздел 3. “Японский фронтир XXI века”, подраздел 2. “Превратить разнообразие в силу”, пункт б) “Региональная автономия и самообеспечение”).
Следующий пункт «в» назван “Активация некоммерческого сектора”. Приведём из него только один абзац:
«Исходя из предположения, что в рамках общественно полезной деятельности существуют пределы, которые могут быть задаваемы национальным или региональным правительством или бизнесом, необходимо построить общественно полезную деятельность на основе добровольного вовлечения граждан и усилить систему взаимопомощи в обществе. Субъекты, которые поддержат такую деятельность — представители некоммерческого сектора».
Иными словами речь идёт о необходимости оказания государством поддержки разного рода общественным инициативным организациям, специализирующимся на решении заинтересовавших их общественно значимых проблем на местах и в масштабах всего общества.
Нет оснований полагать, что при этом Японское государство, развёртывая свой проект глобализации, откажет в поддержке общественным инициативным организациям в их действиях за пределами его юрисдикции, если они будут действовать в русле проводимой Японией внешней политики.
При этом роль государственности как системы управления на профессиональной основе будет сохраняться:
«Для того, чтобы создать требуемые правила, открытые системы и управление, мы не сможем избежать пересмотра существующих политики, государственного управления и системы юриспруденции.
Прежде всего, мы должны повысить активность нашей политики. Для этого, мы должны повысить активность наших политических деятелей. Мы должны ожидать от политических деятелей демонстрации концептуальной власти и силы убеждения, а также способность участвовать в международном диалоге. [79] Они должны быть способны рассмотреть множество вариантов политики и выяснить, который из них действительно возможен; а после этого взяться с энтузиазмом за его реализацию.
Они должны также иметь талант коммуникатора, который может задевать за живое своими словами, наряду со способностью строить отношения доверия с иностранными лидерами.
Естественно, они должны также обладать стойкостью, этичностью и чувством ответственности, как и положено людям, занимающимся общественной деятельностью. Хорошее управление не может пустить корни без стараний и усилий политических деятелей» (выделено жирным нами при цитировании) (Рассматриваемый документ, раздел 3. “Японский фронтир XXI века”, подраздел 3. “Усиление основы качественного управления”).