4.3. Изменение характера общественного самоуправления: государство + общественные организации + личности
Суть предполагаемых изменений характера общественного самоуправления выражена в заголовке первого подраздела раздела 2. “Центральные элементы реформ”: 1. “От руководства к управлению”.
«До настоящего времени в японском обществе возможности исследования вопросов общественного управления были ограничены в основном по причине того, что государство, бюрократия и организации всегда ориентировались на прецеденты, а обществу в целом приходилось идти в ногу с ними [69] . «Общественность» была более или менее синонимична «чиновничеству», а общественные отношения рассматривались, как что-то определяемое властью.
Граждане также, приняли подобную точку зрения и фактически полагались на неё.
В Японии долго преобладали концепция управления «сверху вниз» или «от государства к обществу», возвеличивающая бюрократию, и взгляд на граждан «сверху». Японцам было трудно взглянуть на систему управления, как на подразумевающую договорные отношения между народом, который вверяет правительству власть, и правительством, получающим таким образом свои полномочия. Никогда они не представляли себе власть как отдельных личностей, действующих на основе ответственности, и разных людей, совместно строящих новое общественное пространство в контексте плюралистического общества, ведомого добровольцами. [70]
Граждане, или индивидуумы, вверили самореализацию различным организациям, но удовлетворительно ли функционирует такая система? Действительно ли равны условия участия? Не вызывают ли сомнения правила? В достаточной ли мере обеспечены права тех, кто вверил свои полномочия этой системе? Достигнута ли самореализация в полной мере? Соответствуют ли ожиданиям те, кому вверяли полномочия, и как это может быть проверено?
Действительно ли диалог между людьми, передавшими полномочия, и людьми, получившими полномочия, является двухсторонним процессом? Такие вопросы, которые апеллируют к самой природе и качеству управления, редко задаются [71] . Тот факт, что подходящего японского иероглифа для слова «управление» не существует, подтверждает вышесказанное [72] .
Отвечая на вызовы, описанные выше, Япония должна построить систему управления в её истинном понимании (новом для Японии) и развить её. Это потребует новых правил и систем отношения между индивидуумами и организациями — государственными, коммерческими, образовательными или неправительственными (выделено нами при цитировании).
Обнародование и раскрытие информации, предложение альтернативных вариантов, открытый и рациональный процесс принятия решений, неуклонное выполнение решений [73] и их необходимый пересмотр необходимы для того, чтобы правила могли быть чётко сформулированы, искажения политики, вызванные интересами меньшинства [74] , предотвращались, а государственные службы были справедливым и эффективными. Это означает установление системы управления, построенной совместными усилиями, основывающейся на принципах ответственности и консенсусе, а не однонаправленном руководстве.
Подобное понимание управления не вполне адекватно выражается обычно используемым в японском языке словом точи . Не отказываясь от всего, что связано со старым понятием руководства, мы предлагаем назвать новое управление киочи — словом, делающим акцент на кооперацию, а не на контроль ». [75] (Рассматриваемый документ, раздел 2. “Центральные элементы реформ”, подраздел 1. “От руководства к управлению”).
«В XXI веке, благодаря информационно-технологической революции, сильно увеличится объём информации и возможностей для выбора, индивидуумы будут передавать свои мысли легко, появятся новые сети, будут происходить стремительные изменения в образовании, работе, образе жизни, жизненном пространстве и использовании времени.
(…)
Вдобавок, глобализация приведёт к увеличению мобильности людей и росту количества иностранцев, проживающих в Японии, и таким образом, контакт и взаимодействие с другими культурами будет более глубокими. Как результат, изменятся контуры государства и бизнеса, общества, ролей полов, повседневной жизни, культуры и даже того, ради чего стоит жить. В то же время, стихийное участие в некоммерческих организациях и деятельность добровольцев, несомненно, расширят сферу самореализации индивидуумов.
Будет иметь место сдвиг общества в сторону разреженных сетей. Значительно расширится свобода выбора индивидуумов. Они станут искать самореализации путём вступления в различные организации и сети. Жизнь станет более разнообразной, чем когда бы то ни было.
Современная социальная система Японии была построена на основе гомогенности. В этом веке диверсификации, для социальных систем жизненно важно распознавание [76] и совмещение личностных различий. Это означает расширение свободы выбора. Это означает предложение ряда социальных альтернатив и обеспечение граждан во всём их разнообразии множеством возможностей выбора.
(…)
Оценка разнообразия — это оценка личной свободы. Свобода влечёт за собой ответственность. Основной принцип демократического общества — баланс свободы и ответственности — будет обеспечен более согласовано» (Рассматриваемый документ, раздел 3. “Японский фронтир XXI века”, подраздел 2. “Превратить разнообразие в силу”).
«Жизнь японца разделена на три стадии: получение знаний через образование, работа и воспитание ребёнка, и затем старость. Однако для достижения самореализации жизнь должна быть целостным континуумом. Люди должны иметь возможность выбирать стиль жизни, максимально отвечающий их потребностям на каждой жизненной стадии, независимо от пола или возраста.
Воплощение этого постулата в жизнь потребует формулирования интегрированной политики, направленной на образование, занятость, заботу о ребёнке, продолжение обучения и тренировок, социальное обеспечение (медицинский уход, уход за пожилыми и калеками, пенсии), экономическое обеспечение и тому подобное.