Фан не ответила. Алкоголь одолел ее — она была совершенно невменяема. Она была слишком пьяной, чтобы говорить и даже идти; ее мужу пришлось взвалить ее на плечи и тащить на себе. Она совсем не понимала, куда ее тащат. Зато Свинтон знал, куда.
Это было совсем не в направлении Южного Банка; они вошли в темный тихий переулок и пересекли Парк Роад!
Зачем? Свинтон знал, зачем.
Ниже Парк Роад протекает Регент Канал, с мостом, о котором уже шла речь. Стоит только добавить, что чтобы пересечь канал по мосту, надо пройти через просеку в кустарнике. Это в западном направлении. А в восточном направлении дороги — стена парка, возвышающаяся высоко вверх и заслоненная к тому же высокими деревьями.
Если смотреть в сторону Паддингтона, вы видите открытую местность, где протекает канал, и тропинка вьется вдоль его берега. Вода колеблется ниже ваших ног, с обеих сторон канал зарос вечнозелеными растениями, и пешеходы, гуляющие по Парк Роад, защищены от падения в воду перилами, доходящими до уровня груди.
На этот мост и поднялся Свинтон. Он остановился рядом с перилами, как будто для отдыха, а жена все еще держалась за его руку.
Он отдыхал, но в его намерения не входило перейти мост. Он восстанавливал силы для адской работы, для спектакля, в котором он будет исполнять роль убийцы, а его жена — роль жертвы! И это было весьма реальной драмой, спектаклем реальной жизни, поскольку именно таким и было его истинное намерение!
В этом театре не было света, чтобы осветить сцену по окончании игры, ни одного глаза, чтобы увидеть, как злодей внезапно, отпустив руку жены, обернул халат вокруг ее шеи, так, чтобы застежка была сзади, и затем, вывернув наизнанку, набросил юбку поверх ее головы!
Не было ни одного уха, чтобы услышать ее приглушенный крик, когда она, резко поднятая его руками, была выброшена через перила моста!
Свинтон даже не задержался, чтобы услышать плеск от падения ее тела. Он услышал его лишь приглушенным, смешанным со звуком собственных шагов, когда торопливой испуганной походкой вернулся на Парк Роад!
ГЛАВА LXXX. НА БУКСИРНОМ ТРОСЕ
С трудом буксируя свою баржу вдоль Регент Парка, Билл Бутл, лодочник, медленно тащил ее по каналу.
Причиной был очень густой туман, при котором было весьма непросто вести его старую лошадь по тропинке.
Он бы не взялся за такое дело сегодня, однако следующим утром он должен был появиться в Паддингтон Бассейн, где в ранний утренний час его будет ждать владелец баржи.
Билл был только шкипером судна; а команда включала его жену; то есть вся команда — молодая чета Бутл, причем один из «матросов» имел полные груди.
Миссис Б., одетая в мужнино пальто из толстого сукна, чтобы защититься от ночной сырости, управляла рулевым веслом, в то время как сам Бутл понукал рабочую лошадь, буксировавшую судно.
Он прошел мост Парк Роад и уже ощупью начал путь далее, когда туман, более плотный, чем обычно, сгустился над каналом и заставил лодочника сделать остановку.
Лодка была все еще под мостом; и госпожа Бутл, чувствуя, что движение приостановлено, прекратила работать веслом. Именно в этот момент она и ее муж услышали шелест на мосту над ними; после чего сразу же послышался свист некоего большого тела, летящего вниз!
Был также голос, но столь приглушенный, что его было еле слышно!
Прежде чем кто-либо из них успел понять, что происходит, тело достигло воды, с плеском и шумом, — как раз между лодкой и лошадью!
Оно ударило по буксирному тросу, причем с такой силой, что старый механизм, утомленный длительным напряжением, ушел под воду.
Испуганный внезапным толчком, Бутл едва сумел устоять на ногах: он чуть было не упал головой вперед!
Трудно было также успокоить лошадь, потому что кто-то, чьи приглушенные крики можно было услышать, подойдя к волнующейся от барахтанья поверхности воды, дергал буксирный трос, стараясь зацепиться за него!
Голос был довольно слаб, но не настолько, так что Бутл смог определить: это был женский голос!
В лодочнике сразу проснулось чувство галантности истинного джентльмена, и, отпустив узду, он отбежал в сторону и прыгнул с берега в воду.
Было так темно, что он не видел ничего, но приглушенные крики направляли его, и, подплыв к буксирному тросу, он обнаружил то, что искал!
Это была женщина, барахтавшаяся на воде; ей удавалось до сих пор держаться на плаву.
Этому способствовал её плащ, который шелестел по одну сторону буксирного троса, в то время как её тело барахталось на другой.
Кроме того, она схватила веревку руками и держалась за неё с отчаянием утопающего.
Лодочник не мог видеть её лицо, которое, очевидно, было спрятано в складках плаща!
Он и не старался разглядеть её лицо. Достаточно было того, что телу угрожала опасность пойти ко дну, и, обхватив одной рукой это тело, а другой рукой хватаясь за трос, он начал передвижение в направлении баржи.
Миссис Б., которая давно уже оставила рулевое весло и находилась у носа судна, помогла ему и его ноше взобраться на борт. Спасенная, после того как её рассмотрели при свете фонаря на судне, оказалась очень красивой леди, одетой в богатые шелка, с золотыми часами на поясе и бриллиантовым кольцом, искрящемся на пальце!
Миссис Бутл также заметила, что кроме этого кольца, было еще одно, простое, но имеющее гораздо большее значение. Это было обручальное кольцо, символизирующее узы Гименея.
Все это было обнаружено после того, как мокрый плащ был снят с плеч едва не утонувшей женщины, которая, если бы не буксирный трос, была бы уже на дне.
— Что это? — спросила леди, с трудом переводя дыхание и оглядывая все вокруг диким взглядом. — Что это, Дик? Где ты? И где это я? О Боже! Это вода! Я вся мокрая. Эта штука почти задушила меня! Кто вы, сэр? И вы, женщина, если вы — женщина? Почему вы сбросили меня? Это на самом деле река, или змеиное логово, или что?
— Это никакая не река, миссис, — сказала миссис Бутл, немного уязвленная сомнением в ее женственности, — и не змеиное логово. Это Регент Канал. А кто на самом деле сбросил вас, вы сами должны знать лучше.
— Регент Канал?
— Да, миссис, — сказал Бутл, взял инициативу беседы от жены. — Вон там вы барахтались в воде — возле Парк Роад. Вы упали туда с моста. Разве вы не знаете, кто вас сбросил? Или вы упали сами?
Глаза спасенной женщины затуманились, как будто её мысли переключились на некоторую сцену в прошлом. И тут внезапно ее посетило прозрение, как будто она пробудилась от некоего неприятного сна!
Еще на мгновение она погрузилась в свои мысли, и затем ей все стало ясно.
— Вы спасли меня, иначе бы я утонула, — сказала она, наклонившись вперед и хватая лодочника за руку.
— Да, так оно и было. Я думаю, вы бы пошли ко дну, если бы не я и старый буксирный трос.
— Мост Парк Роад, вы говорите?
— Да, это так, — судно сейчас находится под ним.
Задумавшись на секунду-другую, леди заговорила снова:
— Я могу положиться на вас, что вы сохраните это в тайне?
Бутл посмотрел на жену, а миссис Б. на мужа, и в глазах обоих стоял немой вопрос.
— У меня есть причины для того, чтобы просить вас об этом, — продолжила леди дрожащим голосом, который, однако, дрожал совсем не потому, что она продрогла, искупавшись в канале. — Мне не стоит вам объяснять эти причины, во всяком случае, не сейчас. В свое время я расскажу вам все. Так вы обещаете мне сохранить тайну?
Вновь Бутл посмотрел вопросительно на свою жену и вновь та вернула ему точно такой же взгляд.
Однако на этот раз ей был дан утвердительный ответ, не без помощи того, что она сделала.
Сняв бриллиантовое кольцо с пальца и золотые часы с пояса, она вручила первую из драгоценностей жене лодочника, а вторую — самому лодочнику, сказав, что она дарит это в благодарность за спасение своей жизни!
Подарки были довольно дорогими, и такими дарами леди не только отплатила за услугу, но и подкрепила свою просьбу о молчании. С такими великолепными и дорогими вещами, полученными таким удивительным способом, лодочник и его жена и сами готовы были хранить тайну, чтобы не вызвать к себе ненужных подозрений.