Четыре орудийные башенки, две наверху и две на днище ближе к корме, обеспечивали некоторую защиту сзади, но верхнюю пару частично скрывал стабилизатор, и все четыре задних разлагателя среднего калибра могли разве что побудить пилота "Гантейзера" быть чуть поосторожнее при атаке с кормы. Зато лигер, оказавшийся себе на беду впереди этого маленького содескийского чуда, очень быстро отправится к дальним пределам Вселенной в виде элементарных частиц.
Пока Брим всматривался сквозь гиперэкраны в цветные мигающие огоньки мостика, темный, подсвеченный снизу пилот протянул руку к верхнему краю скошенного вперед переднего экрана и отключил гравигенераторы, вызвав мерцающее облако протогравитонов. Внезапно стали слышны только вой ветра и пощелкивание остывающего металла. Брим почтительно качнул головой, вдохнув запах разогретой электроники. Может, ЖМ-2 и мал для звездолета, но здесь, рядом, в эту снежную ночь, он казался очень большим - и очень грозным!
В нескольких иралах от переднего шасси открылся люк, и из него спустили лестницу. Одновременно на мостике опустили гиперэкран, и оттуда высунулся медведь, открыв щиток своего шлема.
- Добрый вечер, господа, - пророкотал он, - мы приехали за господин Брем. Есть разрешение прокатать его.
- Да, да! - взволнованно отозвался Брим. - Сейчас надену скафандр и поднимусь к вам.
- Скафандр в библиотеке, адмирал, - спокойно заметил Барбюс. - Я помогу вам.
- Спасибо, старшина, - сказал Брим и побежал к дому. - Откуда ты узнал, что он понадобится?
- Держал ухо востро, только и всего.
- Но все-таки? - Брим сунул ноги в башмаки скафандра. - И как ты догадался, что адмиральские звезды надо снять? - Из всех знаков отличия на скафандре осталась только пилотская комета.
- Расскажу, когда вернетесь, адмирал, - пообещал Барбюс, придерживая скафандр за плечи, чтобы Брим мог просунуть руки в рукава. - Вы ведь не станете мешать работе подпольного старшинского радио, правда?
Брим, улыбаясь, влез в скафандр окончательно и застегнул пояс с кобурой.
- Нет, пока оно будет работать столь же исправно.
- Хорошего полета, адмирал, - пожелал Барбюс, подавая Бриму шлем. - Мне сдается, он даже вам принесет новые ощущения.
Брим нахмурился, пряча в кобуру личный бластер и застегивая клапан.
- Что ты хочешь этим сказать, старшина? - Он включил герметизацию, и шлем с легким шипением закрылся.
- Сам толком не знаю, адмирал. Так мне сказали - а расспрашивать недосуг было.
- По крайней мере честно. Ладно, спасибо тебе. Я всегда ценил проявление инициативы. - И Брим направился к двери.
- Я знаю, адмирал, - усмехнулся ему вслед Барбюс. - Потому и стараюсь.
Брим добежал до корабля, показал друзьям два больших пальца и полез по лестнице внутри длинной вертикальной шахты на верхнюю палубу. Помахав оттуда Урсису и Бородову, он обернулся к своим хозяевам. Один из них сидел в левом кресле, другой - на пассажирском месте между двумя контрольными пультами.
- Даша Попычев, - представился медведь, протянув мохнатую лапу. - А это второй пилот, Мишка Бжтва.
Оба медведя улыбались Бриму сквозь длиннющие черные бакенбарды. Это явно были "Дикие", которых часто упоминали содескийцы, но редко видели люди.
- Звать надо Даша и Мишка, - сказал Попычев, сдавив руку Брима в своей. Фамилии за всю ночь не научишься говорить, а нам лететь надо. Да, Брем?
Брим, улыбаясь в ответ, обменялся столь же болезненным рукопожатием с Бжтвой.
- Хорошо. А меня зовут Вилф.
- Ладно. Садись правое место, Вилф. Прямо скальный волк в пасть. - Попычев щелкнул какими-то тумблерами и кивнул на правую гондолу. - Скажи, когда контакт будет, да?
Брим выглянул в боковой гиперэкран и поморщился. По всему правому борту бежали какие-то зловещие разряды.
- Есть контакт, - сказал Бжтва сзади. Запуск больших гравигенераторов происходил отнюдь не гладко. Зеленый индикатор замигал и погас, потом корабль содрогнулся и выбросил из открытых охладительных люков сверкающее облако протогравитонов, которое ветер отнес за корму. Генератор застучал, кашлянув выхлопом, и сердце у Брима подкатило к горлу. Барбюс был прав. Никогда он еще не испытывал такого - даже в юности, когда летал на предательских карескрийских рудовозах.
- Радиации нет, - с долей удивления в голосе добавил Бжтва.
- Хороший знак, - с гордостью сообщил Бриму Попычев.
Брим проглотил комок и кивнул.
Вскоре левый генератор заработал тоже. Комбинированная тряска могла запросто свихнуть позвоночник. Вскоре, однако, гул генераторов стал ровным, и Попычев без предупреждения включил внутреннюю гравитацию.
- Пристегнулся, Вилф? - спросил он. Отчаянным усилием поборов тошноту, Брим узнал систему из семи ремней, которую уже видел на краулере, и пристегнулся туго-натуго.
- Готово, - выдавил он из себя вслед за этим.
- Неплохо для безволосый. Уже делал это раньше?
- На краулере, - ответил Брим, продолжая борьбу со своим желудком.
Медведь ухмыльнулся - у него недоставало нескольких зубов, но на обоих клыках красовались алмазные коронки.
- Тут не краулер, - гордо сказал он. - Мы убиваем краулеры. - С этими словами он отпустил тормоза и порулил к поляне, на которую приземлился. Березы по обе стороны от них гнулись в вихре гравитонов.
Они развернулись по ветру, хвостом к старинной каменной изгороди, отделявшей усадьбу от возделанных полей. Попычев поочередно проверил гравигенераторы - его руки так и летали над пультом.
- Готов? - спросил он.
Брим инстинктивно посмотрел на приборы - панель была простая, но ему показалось, что здесь что-то не так. Два индикатора форсажа гравитонов были величиной с бокалы для логийского, и оба показывали ноль.
- Погоди-ка. У тебя клапаны форсажа работают? Попычев посмотрел на свой пульт.
- Тут все работает. Они не показывают форсаж, когда фитили повернуты вниз. Брим слабо кивнул.
- Взлетать буду сам, - сказал Попычев. - Поле немного короткое.
Он подал энергию на гравигенераторы, и Брима, несмотря на внутреннюю гравитацию, вдавило в кресло. Еще немного - и массивный клин с громом поднялся в воздух, а на кухне усадьбы и всех прочих кухнях до самой Громковы задребезжала посуда. Когда шасси с загадочными звуками ушли в свои гнезда, Попычев убрал руки от пульта и крикнул Бриму: