Эмбер

Дома меня встретила Сара. Она ждала меня, заказав для нас китайской еды. Я вывалила ей всё разом: о наших поцелуях с улыбкой, а о прилёте и Креветке – с грустью. На душе скребли кошки. Я без конца проверяла телефон, но ничего не было. Сердце неприятно ныло. Девять вечера, стоит ли ждать?

Дэвид не позвонил. Он пришёл. Увидев его на пороге, я вначале испытала неописуемую радость, но его взгляд был тёмным, как бушующий океан. Меня окатило ледяной волной и вернуло на сухую землю.

«Он пришёл. Мог позвонить. Хотел увидеть? Но взгляд…»

– Эмбер, можно зайти? – голос сухой, безжизненный.

– Привет, я прогуляюсь немного, – проговорила Сара, бросила на меня настороженный взгляд, поправила волосы и, взяв с полки сумочку, вышла из квартиры.

– Проходи. Видишь, какая у меня понимающая подруга, – делаю попытку беззаботно улыбнуться, но она вышла кривой.

Были мысли, что он такой скромный из-за моей подруги. Я думала, что он поцелует меня, когда мы останемся наедине, но этого не произошло.

«Что могло пойти не так? Что? Креветка закатила скандал? Поставила условия?»

– Не молчи! Говори! Я сейчас свихнусь от собственных мыслей! – выпалила я.

– Анджелина беременна, – прозвучало выстрелом в голову.

«Креветка оказалась икряной. Занавес. Потух свет».

– Отличные новости! Ты станешь папой! – радостно поздравляю его и чувствую, как из глаз потекли слёзы.

Вот именно в этот самый момент я очень остро осознала, что мои чувства к Дэвиду намного большее, чем влюблённость. Я люблю его. Вся безысходность ситуации накрыла своим пологом с головой.

Дэвид подошёл ко мне и обнял, но я сбросила с себя его руки. Мне было больно, я знала, что виновата сама. Разве я не знала, что он несвободен? Знала. Но я всё равно злилась на себя, на него, на Швабралину, на отца, что заставил работать в «Харт-билдинг».

– Зачем, Дэвид? Зачем ты всё это начал? Ты спал с ней, мама не говорила тебе, что после секса могут быть дети?

– Эмбер, Анджелина принимала таблетки, я так же шокирован, как и ты!

– Чушь! А может, это был такой классный план у вас: «Избавиться от Эмбер за неделю?», не выйдет! Я буду маячить перед вашими глазами, пока мой срок не выйдет!

Дэвид снова обхватил меня руками, я вырывалась, но он держал очень крепко. С губ срывались обидные высказывания, и я не могла их остановить.

– Я люблю тебя, Эмбер. Этого не изменить!

– Ты не сказал про кольцо! Вы были помолвлены, ты не сказал! Не сказал!

– Я поторопился! Испугался! Ты не выходила из моей головы! Я всем сердцем хочу быть с тобой! Мы можем…

– Нет! Даже не смей это произносить! Ты сам слышишь, о чём говоришь? Чем ты тогда лучше моего отца?! Нет, Дэвид. Мы просто забудем. Сделаем вид, что ничего не было! Я не буду любовницей, не буду той, кто забрал у ребенка отца, иначе возненавижу саму себя.

Дэвид чуть отстранился от меня, поднял пальцами мой подбородок и нежно поцеловал в губы.

– Я не хочу тебя отпускать, я люблю тебя. Я никогда и никого раньше не любил, Эмбер, – Дэвид смотрел на меня умоляюще.

– Не надо, Дэвид. Мы должны забыть. Просто забыть, – говорила я, но он не слушал, а продолжал целовать настойчивее, ворвался языком в мой рот, я ощутила солёный привкус своих слёз.

Пришлось приложить много усилий, чтобы оттолкнуть его от себя. Так нельзя. Нельзя! Собравшись с духом, я решила сыграть в нашем дуэте не самую хорошую роль. Нужно резать на корню, сжечь мосты! Отпустить.

– Уходи, Дэвид. Мы просто сводные и ничего больше. Я не говорила, что люблю тебя. Не признавалась в чувствах. Мне нравилось твоё внимание, вот и всё! Уходи, пожалуйста!

– Лгунья, маленькая лгунья, – Дэвид качает головой.

– Нет, Дэвид. Это привязанность, ты был внимателен, добр. Мне нравилось. Но это не любовь. Брайс мне тоже нравится. Переключусь на него!

Дэвид отстранился и долго, испытующе смотрел в мои глаза, будто ища ответы, а потом молча развернулся и ушёл.

Дэвид ещё какое-то время стоял около своего автомобиля, а я смотрела на него в окно, с грустью думая о том, что Анджелина родит ему сына или дочку с папиными безумно притягательными синими глазами. Но меня в их жизни не будет. Как только закончится мой срок в три месяца, даже если отец будет против, даже если он вновь обманет и не поможет открыть школу – я оборву все наши семейные связи. И от этих мыслей на глаза снова наворачивались слёзы, а в душе играла мелодия «Un-Break My Heart» Тони Брэкстон:

«Не оставляй меня, не причиняй мне боль.

Не оставляй меня под дождем.

Не оставляй меня одну под дождём.

Вернись и верни мою улыбку…»

«Мама, как же сильно болит сердце! Почему всех, кого я люблю, рано или поздно уходят из моей жизни?»

***

Его машина уехала. Находиться дома одной стало невыносимо, и мне до одури захотелось сладкого. В холодильнике ничего такого не было, поэтому я отправилась в ближайшую кофейню. С моим бюджетом сильно не разгуляешься, но на три вкуснейших и нежнейших пирожных мне хватило.

Входящий вызов от Сары не дал приступить ко второму лакомству.

– Ты где, подруга?

– В кофейне за углом.

Не прошло и пяти минут, как рыжая бестия влетела в стеклянные двери и направилась прямиком к моему столику. Она округлила глаза, увидев пустую тарелку, и перевела недовольный взгляд на другие две. Забрала у меня ложечку, отломила кусочек и положила себе в рот.

– М-м-м, как вкусно! Очень вкусно, но… – Сара подошла ко мне, подхватила меня за локоть и потянула вверх. – Я не позволю тебе попасть в углеводный запой! Вот ещё! Из-за всяких мудаков портить фигуру! С ума сошла, подружка?

– Он не мудак, Сара. Его Креветка беременна, – призналась я, как только мы вышли из кофейни.

Пустынную улицу освещали изящные фонари. Их тёплый свет дарил ощущение уюта и желание говорить по душам.

– Ещё какой мудак, обрюхатил одну, а клеит другую! – возмущённо выпалила подруга. – Ты должна переключиться! Энн мне рассказывала об одном голубоглазом красавчике. Кажется, Брайс?

– Брайс. Он писал мне… Может быть, судьба специально решила меня проучить, чтобы я внимательнее присмотрелась к нему?

– Ох, красотка, не ищи в жизни закономерностей и знаков – их нет. Жизнь – это просто жизнь со своими взлётами и падениями, причём из-за гравитации падаем мы гораздо чаще, чем взлетаем.

– Хм, немного пессимистично, не находишь? – я поморщилась.

– Реалистично, Эмбер, реалистично, – улыбнулась Сара и встряхнула своей огненной шевелюрой. – Что там с танцем? Энн мне все уши прожужжала о вашей идее.

– Я придумала движения под «La Tortura» Шакиры, но там о любви. Она ассоциируется с Дэвидом, поэтому собираюсь подыскать что-то более подходящее моему состоянию.

– Эмбер, там о больной любви и расставании. Поэтому песня подходит как нельзя лучше. Покажешь движения? – спросила Сара, открывая входную дверь нашей квартиры.