Глава 28

Владислав был весь на нервах. Где находится Жёсткий он так и не смог выяснить.

— Влад, чем я могу помочь? — спросил Слава, докуривая сигарету, — у тебя нет ничего на Владимира Жёсткого.

— Ты больной, Слав, да? Как это нет? Этот гад на глазах двоих агентов, а именно: моих и Артура, прикончил Марата Булатова и ещё нескольких парней. Я дам показания, Артур даст.

— Ваших слов не хватит, Влад. По крайней мере, надолго не хватит. Возможно, что Жёсткого найдут, его посадят, но он же отмажется, Калугин, улик нет. Я общался с полковником. Он дал добро, ты можешь начинать отрабатывать Жёсткого.

— Слава, пусть засунет себе в одно место своё это «добро». Пока мы будем искать с чем можно подкопаться к Жёсткому, он что-нибудь сделает с Кирой. У меня нет времени, я не могу ждать.

— Но у тебя выбора, нет, Влад, ты представитель закона.

Владислав обдал Славу враждебным взглядом.

— Ради того, чтобы вытащить Киру из лап этого монстра, я переступлю через все законы, Слава. Если он посмеет хоть пальцем тронуть мою женщину, я лично убью эту тварь.

— Сядешь, Влад, — спокойно заключил Слава, откинув сигарету, понимая метания Калугина, но помочь ему ничем не мог.

— Значит сяду, Слав. Если ради того, чтобы защитить Киру и нашего с ней ребёнка мне придётся пойти на жертвы, — я пойду.

— Ладно, что от меня надо?

— Достань мне оружия и побольше.

Брови у Славы взлетели вверх.

— У тебя есть оружие, Калугин, для чего ещё?

— Ты совсем тупой, да? — взвинчено выпалил Влад.

— Вот только войну развязывать не надо, Калугин.

— Эта война и так уже идёт, разве ты не видишь? Я больше не буду с этими тварями по хорошему, Слава. У меня хватит сил с ними расправиться.

— Сам сдохнуть хочешь, Калугин? Совсем того, да? — Слава у виска покрутил. — Не пори горячку, Влад. — Будем действовать отработанными методами.

— Да пошли вы со своими отработанными методами в…, сам знаешь куда. Я сегодня же подам рапорт, Слава.

— Чего?

— Что слышал. Я не собираюсь больше пахать на систему, которая ничего не может сделать для того, чтобы помочь мне вернуть любимую женщину! На систему, которая прогибается под таких, как Булатов и Жёсткий.

— Влад!

— Нет, Слава, я уже достаточно сделал для министерства. Хватит. Надоело, больше я не хочу. Достало всё. Я хочу вернуть свою женщину и жить спокойной жизнью.

— Я вижу, что ты весь на нервах, раздражён и словно сам не свой. Уверен, что ты отойдёшь, выпустишь пар и всё ещё раз хорошо обдумаешь.

— Я не меняю своих решений, Слава. С врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй — зверю. Если ради того, чтобы вернуть свою женщину я должен уподобиться зверю, я это сделаю.

Слава лишь отрицательно покачал головой.

— Влад, я таким тебя ещё никогда не видел.

— Мне нужны парни.

— Их не получишь, все из министерства, которые крутились с тобой рядом, будут отозваны сразу же после твоего рапорта, Влад, в том числе и Артур.

— Я понял тебя, Слава, значит не поможешь?

— Влад, я…

— Не якай, всё и так понятно. Я уже знаю, что когда надо решить серьёзные проблемы, то выясняется, что у меня лишь есть только два плеча, на которые я могу твердо положиться. И каждый раз убеждаюсь, что эти плечи — мои собственные! — Владислав развернулся и пошёл прочь к машине у которой стоял Артур.

— Ты свободен, Артур, — процедил Влад, махнув рукой в сторону Славы.

— Влад, я не оставлю тебя сейчас.

— Тогда останешься без работы.

— И чёрт с ней с работой. Я с тобой.

— Спасибо, друг. Мне это важно знать.

*****

Ярослав распорядился, чтобы его люди пропустили во двор машину. Он ждал Калугина, тот позвонил и сказал, что сейчас приедет.

— Я знаю, что уже очень поздно, Яр, — произнёс Влад, проходя по холлу в доме Соколовского, но у меня, как оказывается, кроме тебя и Артура больше никого нет.

— Не понял? — произнёс Яр, указывая Владу рукой направление в сторону кабинета. — Тише говори, Калугин, Алиса и дети спят, не хочу, чтобы они проснулись. Особенно жена, тогда уже спокойно мы не поговорим, не даст, — слегка улыбнулся Ярослав. — Что значит никого нет?

— А так! Слава забрал у меня знающих парней, те щенки, что остались, могут налажать, да и жертвовать ими я не хочу, жалко.

— Почему он так поступил?

— Я подал вечером рапорт, Яр.

— Что ты сделал? — наверное вряд ли Влад мог сейчас больше удивить Ярослава.

— Если ты каждый раз будешь переспрашивать, я психану, Яр, меня и так колотит.

— Так почему?

— Знаешь, брат, иногда требуется побежать вперёд, чтобы увидеть, кто побежит за тобой. Иногда надо говорить тихо, чтобы увидеть, кто на самом деле прислушивается к тебе. Иногда необходимо сделать шаг назад, чтобы увидеть, кто ещё стоит на твоей стороне. Иногда необходимо начать действовать, чтобы посмотреть, кто останется с тобой, когда всё рушится! И сейчас я ясно увидел цену каждому, кто находится вокруг меня.

— Верность, брат, — выдохнул Яр, — не может быть навязана силой, её не добьешься устрашением или запугиванием… верность — это тот выбор, который могут сделать лишь сильные духом. И ценится лишь тот человек, положив руку на плечо которого, ты уверен, что не упадёшь.

— Ты ведь поможешь мне?

— Не вопрос. Я для тебя всё сделаю. Более того, мои парни продолжают искать логово Жёсткого. Они найдут его, Влад.

— У тебя ребята есть знающие и толковые, Яр, не один год уже с тобой. Я знаю, я сам их для тебя подбирал. Подкинь им деньжат побольше, чтобы помогли.

— Ты что задумал, Калугин?

— Найду Жёсткого и убью, — процедил Калугин.

— Влад, я понимаю твоё состояние, сам был на твоём месте. Поэтому знаю, что необходимо остыть и подумать. Самое слабое место у человека — его чувства. Владеешь чувствами — владеешь собой.

— Этот шакал штурмом взял мой дом и забрал мою женщину, Яр! Я не могу проигнорировать этот вызов.

— Если отвечать на все вызовы, Влад, то это помешает тебе достичь намеченной цели. Тот кто верит в успех своего дела, следует только своей стратегии и не отвлекается от неё на всякие там вызовы.

— У него моя женщина, Яр!

— Я понимаю и знаю все твои опасения и страхи, брат. Даже у настоящего мужчины бывают страхи, Калугин, но он никогда не должен находиться в их власти. Настоящий мужчина делает то, что необходимо. Каким бы тяжёлым ни было это решение. Возможность понимания определяется способностью к пониманию, брат.

— Яр, мне придётся принять сторону Булатова, — снова ошарашил Яра Калугин своими словами.

— Та-а-к, — Ярослав даже что ругательное себе под нос произнёс, а потом приблизился к бару и, достав коньяк, налил половину рюмки, протянул её Калугину.

— Выпей и успокойся, Влад, иначе из этого дома я тебя не выпущу. Мне не нравится твоё состояние.

— Я не стану употреблять это пойло, Яр, тем более сейчас. Убери.

Ярослав убрал и сел рядом с Владом.

— Влад, не дури, Камиль специально расставил тебе ловушку, не поддавайся.

— У него есть сила, Яр, я не могу не признать этого. Он сможет мне помочь.

— А потом отрабатывать готов, Влад? Да Камиль тебя морально уничтожит, Калугин.

— Зато Кира и наш ребёнок будут целы.

— Влад, я не позволю тебе принять сторону Булатова, это ошибка. Большая ошибка. Он именно этого и добивается, как ты не понимаешь?

— Что тогда?

— Посмотри на меня! — процедил Яр, дёрнув его за плечи, вынуждая поднять голову. Влад устремил взгляд в чёрные глаза Ярослава.

— Калугин, в каждом человеке идёт борьба, очень похожая на сражение двух львов. Один лев олицетворяет собой зло: зависть, ревность, сожаление, эгоизм, амбиции, ложь. Другой лев олицетворяет добро: мир, любовь, надежду, истину, доброту и верность.

— И кто же из этих львов в итоге побеждает, Яр?

— Всегда побеждает тот лев, которого кормишь ты!

— Яр!

— Я не закончил, Калугин. Если ты примешь сторону Булатова, то ты действительно не понимаешь, чем это обернётся для тебя? Полагаешь, что будет обратная дорога?

Владислав замолчал, знал, что Яр прав.

— Ладно, но где искать Киру. Я уже не знаю.

— Артур где? — спросил Яр.

— В клубе.

— Зови Артура, Стёпу и Андрея, Влад. Я же у себя найду надёжных парней. Уверен, что ты что-то упустил. Не мог Жёсткий взять и испариться. Кроме того, я уверен, что Булатов знает, где находится Жёсткий. Узнал он, узнаем и мы.

— У меня нет времени, Яр, как ты не понимаешь. — Калугин дёрнулся, но Яр одним твёрдым движением руки вернул его на место.

— А ну-ка сядь! Влад, успокойся, — процедил Яр, которому совсем не нравилось то эмоциональное состояние в котором сейчас пребывал Калугин. Это было так не свойственно для Владислава, который всегда умел держать себя в руках.