Глава 16.2

Он прилюдно сорвал сургучную печать печать с тугого свитка, размотал его и начал читать:

– Князь Молдер требует выдать Кириана Варда, совершившего ряд тяжких преступлений против Калирии…

Ноги налились свинцовой тяжести. Я хотела подойти ближе, хотела взять Кира за руку, чтобы он знал, что я рядом, но не могла сделать и шага, так и осталась на входе в зал, укрытая от его взгляда десятками напряженных спин.

– Среди них – незаконный брак с Ванессой Бартон, который был совершен без ведома княжеского двора и личного разрешения князя. А также без согласия самой избранницы. Увоз незаконной жены в Саору против воли. Есть подтверждение, что Ванесса была против этого брака, но ее заставили силой и угрозами.

Лицо Кира было непроницаемым, во взгляде ни единого огненного всплеска, лишь на скулах играли желваки. Он стоял, словно каменное изваяние и молча слушал обвинения в свой адрес. А они продолжались:

– Убийство гвардейцев, пытающихся перехватить похитителей, прежде чем те пересекут границу.

Хотела крикнуть, что это не гвардейцы, а Чистильщики, что это было не нападение, а защита, но горло перехватило жёстким спазмом. Это не имело значения… Ничего уже не имело значения.

Требование было составлено таким образом, что в нем присутствовали лишь правдивые факты. Даже если я сейчас выскочу и начну с пеной у рта заверять, что на самом деле все было иначе – любой менталист за считанные секунды раскроет истинную картину.

Да, угрозы были. Я до дрожи боялась Кириана в начале нашего знакомства. Да, замуж я выходила против воли, под давлением. Да, я не хотела никуда уезжать, но моего мнения никто не спрашивал. И да, в той стычке в лесу погибли не только саорцы, но и «защитники» Калирии.

Я все ждала, когда раздастся требование вернуть меня на родину, но его пока не было. Вместо этого продолжались обвинения в адрес моего мужа:

– Так же Кириан Вард обвиняется, в организации драконьего омута за пределами Саоры, в ходе которого пострадали родители похищенной: Эдвин и Лира Бартон, а также прочие люди – Эмма Тревис, Сэм Иввис, Хенк Бранд…

В полнейшем недоумении я слушала, как гонец перечислял имена нашей прислуги, а потом перешел на соседнюю усадьбу.

Что такое драконий омут? Кир ни разу об этом не говорил, но судя по лицам присутствующих, удивления это заявление не вызвало.

Они все знали о чем речь.

Стало немного не по себе.

– Звенья, не скрепленные родственными связями с Ванессой Бартон, восстановлению не подлежат. Близкие родственники – отец, мать, находятся в княжеском лазарете на грани истощения.

Я не понимала ни слова из того, что он говорил, но паника – липкая, гадкая, пугающе холодная – поднималась с каждым ударом сердца.

Мои родители и правда в беде? Чесса Витони не соврала? Их и правда «высасывали» через меня?

Я смотрела на Кириана, молясь, чтобы он сказал хоть что-то, чтобы опроверг эти жуткие обвинения, но муж молчал.

Он молчал!!!

И с каждой секундой его молчания, мой страх усиливался десятикратно.

Ну же! Скажи им про воронку! Про то, что это с их стороны кто-то коварно вытягивает все силы из ни в чем не повинных людей.

В этот момент не понятно откуда выскочила Дарина. В белой больничной сорочке, с распущенными, потерявшими блеск волосами, перекошенным осунувшимся лицом – она выглядела как привидение.

Никто и опомниться не успел, как она налетела на моего мужа, со всей дури толкнула его тощими руками в грудь, потом схватила за лацканы и принялась трясти:

– Это все ты! Мерзавец! Ты губишь моих родителей! Ты знаешь, каково это, когда время начинает бежать в десятки раз быстрее? Когда за день стареешь на года? Когда засыхаешь от страха и отчаяния, зная, что твои дни сочтены и никто не может тебя спасти, потому что зверь пустил в тебя когти?!

Кириан даже не шевельнулся, не попытался ее от себя отстранить, лишь во взгляде полыхнуло чуточку сильнее.

– Ни черта ты знаешь! Тебе плевать. Ненавижу! – рыдая навзрыд, она принялась молотить кулаками по его груди. Потом снова оттолкнула и развернулась к присутствующим, – Я вас всех ненавижу! Вы все чудовища! Вы убиваете их! Безжалостно, с улыбкой! Продолжаете жить, как ни в чем не бывало, в то время как мои родные умирают!

У нее началась самая настоящая истерика. Она кричала, кричала, кричала, а когда кто-то попытался приблизиться, сорвалась на истошный визг. Тогда здоровенный стражник просто закинул ее на плечо и унес.

Меня трясло. Чувствуя, как ноги ходили ходуном, я ухватилась за стену и попыталась сделать вдох. Не получалось. Грудь сдавило, испуганному сердцу не хватало места за сведенными ребрами.

Гонец тем временем продолжал:

– Омут невозможно убрать, но можно снизить его глубину. Для этого объект, через который открыт канал, должен быть в непосредственной близости от пострадавших. Поэтому вместе в выдачей преступника Князь Молдер требует вернуть в Калирию украденную девушку.

– Исключено, – холодно сказал Император, – она Видящая и она останется в Саоре.