Глава 5 Наконец-то!
Наконец-то! Сегодня, двадцать восьмого августа, в последний день каникул, я наконец избавлюсь от своего нежеланного «квартиранта»!
Автомобиль Адама вёз нас в трущобы, облюбованные его братом. Сам Адам за рулём, Эмма с Машей рядом, мы с мамой и папой сзади.
— Видали тебя по телеку, Костян! — потрепал меня по волосам отец. — Глянули запись в отеле, пока отдыхали!
Вот когда я порадовался, что мой неприличный жест во ТВ всё-таки не показали. Иначе прилетело бы мне по жопе! А так батя даже с какой-то гордостью говорит!
— Сынок, ты где про захват мира услышал? Кто тебя такому учил? Скажи же, папаша⁈
— Нет! — гордо ответил я маме. — Я сам научился! Всё-всё моим будет!
— Вот, правильно! Видит Бог, если бы Костян сам до такого не додумался, я бы его научил! Но он у нас умный парень, весь в наших славных предков!
— Ты блин, славный потомок! Главное чтоб он на публике о таком больше не болтал! Это сейчас Костик маленький и никто его всерьёз не воспринимает. А потом?
А что потом? Мне даже стало искренне интересно. Не может же быть, чтобы пафосную фразу из уст ребёнка кто-то воспринял всерьёз?
Или может?
Вспомнился один царёк — я о нём только слышал. Его семилетний сын пообещал убить его и захватить власть, если он не примет закон о бесплатной раздаче конфет всем детям!
И что бы вы думали? Как минимум первую часть обещания он выполнил!
Потом, правда, мальчишку повесили. Но боги, кто бы мог подумать, что он говорил всерьёз⁈
Может и здесь случалось что-нибудь подобное.
— Это правда! — хмыкнул отец. — Не, лет до двенадцати такую болтовню никто всерьёз не воспримет… Если только не начнут носиться с тем, кому он наследует. М-да.
Ну да, я и забыл — Осинские же известные заговорщики и изменники короны. Продолжил славную традицию, выходит. Вон, у отца глаза аж блестят от гордости, хоть он и не показывает вида!
— А они обязательно всё припомнят, если понадобится, блин! — невесело усмехнулась мама. — Костик, правда. Когда вырастешь — захватывай всё, что пожелаешь. А пока не надо на публике такое говорить. А лучше вообще не говорить. Тс-с-с, давай это будет наша тайна, а?
— Правда⁈ — аж захлопал я в ладоши. — Правда можно потом что угодно захватить⁈ Разресаете⁈
— Разрешаем, разрешаем! — похлопал меня по плечу батя. — Разрешаем же, мать? Ну вот, можно! Но потом!
Ну всё. Главное одобрение получено — от родителей. А больше разрешения ни у кого я спрашивать точно не собираюсь!
Так что теперь можно официально захватывать всё, что пожелаю, муа-ха-ха-ха-ха!!!
— Ехехехехе! — потёр я ладошки. — Хорошо, пасиба!
— Что-то мне это не очень нравится. — негромко протянула мама.
— Да ладно тебе! Играется пацан, я в детстве тоже в войнушку играл!
— Так ты и стал воякой, блин!
— А… Ну да. Костян. Захватывать — плохо. Фу таким быть.
Прозвучало как-то не очень убедительно.
— Я тозе буду захватьсиком! — подал вдруг голос Саня с переднего сиденья.
И не на шутку перепугал этим Эмму. Раньше я удивился бы такой реакции — но теперь происхождение Саши мне известно.
— Саша нельзя ничего захватывать! — затараторила она. — Со всеми надо дружить и всех любить!
Хвостик, лежащий у Эммы в ногах, в ответ утробно замурлыкал, с наслаждением потягиваясь. В последнее время он почти перестал расти.
Ещё бы! Шутка ли — обычный британский кот вымахал вдвое от нормы, больше на бульдога похож какого-нибудь!
— Я Хвостика люблю! И деево моё! И Костю! И Лизу! И… Да, и Рину тозе!
— Какой любвеобильный! — улыбнулся Адам за рулём. — Видишь, дорогая, никого Саша не будет захватывать.
— Хорошо бы…
— Буду! — перебил Саша маму. — Буду захвативать, вместе с Косьтей! Но… буду захвативать с любовью!
Ставшие уже почти родными трущобы Имредана встретили нас удивительной тишиной и… чистотой. Не чета тому, что мы видели ещё две недели назад!
— Чего это он, прибраться решил? — оглянулся по сторонам Адам, покидая авто.
Британец вновь был облачён в кремово-белый костюм. Глупый совсем — не заметил до сих пор, что каждый его визит сюда в таком прикиде заканчивается покупкой нового.
Я вот, как истинный мудрец, больше никаких костюмов-троек не ношу. Давно проследил связь!
— Пойдёмте, юные покорители миров! — улыбнулся отец, создавая кинетическое поле. О, как я по нему соскучился!
Вот что-что, а возможности повертеться в паре метров над землёй мне этот месяц очень не хватало! Воспарив над разбитым асфальтом, мы с Саней хохотали и веселились, кувыркались и пихались.
Понемногу смещаясь, вслед за взрослыми, к жилищу Имредана.
— Может он уже вылез из своего дерева просто? — с улыбкой спросила Эмма, оглядывая поросшие кустарником останки дорожек и привычного уже зомби-дворника.
Тот аккуратно сметал в кучку пожухлую листву. И какие-то черепушки.
— Сашка, смари, черепушка! — ткнул я пальцем в кучку чьих-то косточек.
Но прошедшие месяцы изменили моего друга…
— Тё я. чеепушек не видал⁈ — бросил мне Сашка, отворачиваясь. — Неинтеесно!
М-да. Сытая жизнь совсем испортила этого пропащего юношу. Надо бы показать ему, что бывает…
Когда от меня отворачиваешься!
— Удар исподтишка!!! — закричал я, врезаясь Сашке в спину и бешено его щекоча. Пацан только успевал, что отбиваться, да орать:
— Чё такое подтишок⁈
Его вопрос я надменно оставил без ответа.
— Пойдёмте уже, юмористы! — сварливо пробубнил всё тот же зомби, приближаясь к нам. — Я уже жду не дождусь!
Я и сам весь аж содрогаюсь от предвкушения! Так что дольше задерживаться не стали. Вошли в старое доброе кирпичное здание, спустились в старый добрый подвал.
— Ого! — присвистнул батя. — А у тебя тут… многое изменилось, я погляжу!
Удивляться было чему — батя ведь давненько тут не появлялся.
Подвал Имредан чинить не стал. Раскуроченный пол, торчащие тут и там корни. Даже пятна чёрной крови кое-где оставил. И отец её сразу заметил.
— Порченная кровь! — воскликнул он. — Твоя?
— Нет. — ответила высунувшаяся из ветвей голова, вновь женская. — Пришлось тут разобраться… кое с кем.
— А меня чего не позвал с демоном помахаться⁈
— Так ты не спрашивал. — развёл ветками Имредан.
— И то верно…
Подвал всё ещё был освещён. Лампы, почти все разбитые нами в бою, заменили на новые. А посреди всей этой разрухи, на блестящей металлической кушетке, лежало тело.
Нет, это только на первый взгляд показалось. что тело. На деле это что-то вроде… бронированной куклы⁈
— ты что, вот в это решил переселиться? — подошёл батя поближе, придирчиво осматривая конструкцию.
А мне вот понравилось. Подлетев следом, я сверху оглядел сосуд, который Имредан себе подготовил.
Тело это больше всего походило на подвижный манекен. Или на голема из грязно-серого дерева.
— Оболочку я сделал из плоти Древа Смерти. — протянула голова скрипучим девичьим голосом. — Так и не сумел найти материала, который был бы лучшим накопителем и проводником маны.
Вместо лица на нас пялился пустыми глазницами голый череп. Самый настоящий — и я даже догадываюсь чей.
А рядом с головой-черепом на столе лежала золотая маска, очень детально сделанная и похожая на лицо молодого мужчины.
— Ты всё-таки смог сохранить свой череп, брат? — спросил Адам, потирая переносицу. — Я рад.
— Да. — кивнула голова. — Сумел. Это и будет филактерией, главным компонентом! Точнее… это уже она. Вглядитесь.
Взрослые вгляделись. Я же даже пробовать не стал — увидеть я всё равно ничего не смогу. А обонять или слышать ауры неодушевлённых предметов я пока не могу.
Этому вообще только лет в десять-двенадцать обычно только начинают учиться. Но я постараюсь пораньше.
— Круто. — резюмировал наконец батя. — Без шуток круто. Я будто на мощный артефакт-накопитель смотрю. Может даже сверхмощный.
Голова на ветке довольно заурчала, совсем теряя сходство с человеческой.
— Внутри прочих деталей тоже мои кости. Для укрепления связей. Даже пара высушенных органов на месте… но это так. Для профилактики. В целом система жизнеобеспечения работает на магии и немного на механике.
— Ха! Похоже, щас я увижу первого в жизни демона-робота!
Когда отец сказал это, мне даже стало интересно — бывают ли такие в естественной среде. Демоны, пошедшие по техногенному пути развития.
— Ладно, давай уже, показывай свои фокусы! Дамы, вон, уже заскучали!
Мама и Эмма, не будучи так увлечены магией как таковой, действительно чувствовали себя неуютно.
А страдал от этого бедный Саня со своим котом. Эмма тискала первого, мама второго, и оба они безуспешно отбивались.
Наивные! От женщины, которая в умилении решила тебя потискать, отбиться ой как непросто!
— Сейчас-сейчас. Одну минутку!
А затем я моргнул — и мир вокруг изменился. Я вновь стою в теле подростка посреди праха и тумана. А в груди моей пылает алое пламя.
— Готов, маг? — спросила одна из где-то сотни голов. В недавнем бою Имредан потратил немало сил — и почти половина голов валялись у подножья Древа высохшими черепами. — Можем начинать?
— А ты можешь вытащить сюда проекцию демона?
Имредан задумался ненадолго… А потом мёртвая голова кивнула, и спустя миг рядом со мной появился дымный дракон. Но совсем мелкий — метра полтора в длину.
— Приветствую, тёмная тварь.
— От тёмной твари слышу!
— Вот и поговорили. — усмехнулся я, не желая тратить время на их перепалку. — Давайте уже закончим с этим и разойдёмся по своим делам, а?
Вспомнив, ради чего мы все здесь собрались, Имредан с демоном-драконом быстро нашли общий язык. Я не особо вмешивался в их обсуждение конкретного хода перехода между телами. Но затем очередь дошла и до меня.
— Тебе нужно будет высвободить меня, маг. — пророкотал дракончик. — Я уже клялся, что не причиню тебе при этом никакого вреда. Но если надо, могу поклясться ещё раз. Оказаться в теле Древа Смерти мне куда выгодней, чем завладеть твоей тушкой и сдохнуть от твоей этой штуковины!
Я лишь отмахнулся. Прошлая клятва меня более чем устраивала, новая не нужна. Так что, дав обещание, я вернулся в реальный мир.