- Я надеюсь, что нам не придется отвлекать большое жюри по такому пустяку. И уверен, что суд будет проведен в Оссининге.
- Вы не собираетесь оспаривать...
- Я лишь подчеркиваю, что не совершено никакого преступления, и достопочтенный прокурор не сможет ничего доказать.
- Мистер Меткалф, сколько у вас свидетелей?
- Пять.
Томасси быстро прикинул. Эд Джафет, его отец, девушка, медицинская сестра и... должно быть, один из дружков Урека, согласившийся пойти на сделку с прокурором.
- Могли бы вы собрать их к двум часам?
- Мне будет проще, если вы перенесете заседание на завтра, - ответил Меткалф.
- Свидетели живут в Оссининге?
- Да, ваша честь.
- Они работают?
- Только двое.
- Где?
- В больнице и в школе.
- Я уверен, что их отпустят с работы из уважения к суду. Приведите их к двум часам. - Судья повернулся к Томасси. - Мистер Томасси, я обратил внимание, что обвиняемый все время смотрит вниз. Он болен?
- По-моему, нет, ваша честь.
Урек исподтишка взглянул на Томасси, адвокат кивнул, и он первый раз поднял голову и огляделся.
16.
- Вы обещаете говорить правду, только правду и ничего, кроме правды? И да поможет вам Бог.
- Да.
Мистер Меткалф отложил Библию.
- Ваше имя и занятие? - спросил он.
- Теренс Джафет. Я преподаю в школе.
- Что именно?
- Биологию.
- Вы истец в этом процессе?
- Да. Я подписал жалобу.
- Сколько лет вы преподаете в школе?
- Четырнадцать.
- Вы хорошо знакомы со школой? Томасси вскочил на ноги.
- Джентльмены, - вмешался судья Клиффорд, предупреждая протест адвоката. - Это не суд. Мы никогда не закончим, если будем оспаривать правомерность тех или иных вопросов. Мы лишь хотим узнать от свидетелей истинную картину происшедшего, чтобы решить, в зависимости от тяжести совершенного правонарушения, передавать ли дело в Уайт-Плейнс или разбирать его здесь.
- И есть ли в нем состав правонарушения, - добавил Томасси.
- Разумеется, сохраняется вероятность того, что обвиняемый не совершил ничего предосудительного. Мистер Меткалф, давайте же выясним, что произошло в школе и больнице.
- Если там что-то произошло, - вставил Томасси.
- Мистер Томасси, вы слишком часто упоминаете о том, что ваш подзащитный не совершил никакого правонарушения. Или вы считаете, что я напрасно трачу время, пытаясь добраться до истины?
- Прошу извинить меня, ваша честь.
- Так давайте узнаем, что видел и слышал свидетель. Мистер Джафет, можете ли вы своими словами рассказать о том, что произошло вечером двадцать первого января?
- В тот вечер мой сын...
- Ваш сын Эдвард Джафет, который в обоих случаях стал жертвой нападения?
- Да, основной жертвой. Кроме того, они избили девушку, которую мой сын пригласил на танцы, и разбили мою машину.
- Продолжайте, мистер Меткалф, - судья взглянул на прокурора.
- Вы хотели сказать, что в тот вечер ваш сын сделал что-то особенное?
- Эд перед танцами показывал фокусы. Я не входил в число учителей, оставшихся в школе, чтобы следить за порядком, поэтому я собирался отвезти Эда и Лайлу, а потом снова заехать за ними после танцев.
- Вы так и сделали?
- Да. У него было два тяжелых чемодана с реквизитом, и я помог довезти их до школы. По пути мы заехали за Лайлой... мисс Херст. Шел снег.
- Продолжайте.
- Ну, по пути в школу ничего не произошло. Эд предупредил меня, что позвонит и скажет, когда мне выезжать.
- Он позвонил?
- Да.
- В котором часу?
- Не помню. Кажется, я задремал перед телевизором.
- Что случилось, когда вы приехали в школу?
- За ними?
- Да.
- На улице их не было. Я решил, что они в здании, потому что все еще шел сильный снег.
- Вы видели кого-нибудь около школы?
- Нет.
- А потом?
- Я вошел в вестибюль. Эд и Лайла ждали меня. Я взял один чемодан, Эд - другой, и вместе с Лайлой мы пошли к выходу.
- Сколько времени вы провели в здании школы?
- Три или четыре минуты, не больше.
- И что произошло потом? - продолжал мистер Меткалф.
- Мы вышли из школы. Шел сильный снег, чемоданы были тяжелые, и, только подойдя к машине, я увидел, что в салоне сидят люди.
- В салоне вашей машины?
- Да.
- И кто там сидел?
- Урек и его дружки. Звук карандаша Томасси, упавшего на стол, привлек внимание судьи Клиффорда.
- Позвольте мне, мистер Меткалф. - Он повернулся к Теренсу Джафету. Мы стараемся восстановить истинную картину происшедшего, поэтому для нас очень важно, чтобы вы придерживались только фактов. Вы поняли, что это Урек, когда увидели, что в кабине сидят люди, или позднее?
- Я думаю, позднее.
- Хорошо, - кивнул судья. - А как вы узнали, что остальные трое - его дружки?
- Ну, они входят в банду, которая терроризирует...
- Ваша честь, - не выдержал Томасси, - тут я не могу промолчать. Мистер
Джафет наверняка знает о так называемой банде понаслышке и не должен упоминать об этом даже сейчас, не говоря уже о суде.
- Я не могу не учитывать ваше мнение, мистер Томасси, - ответил судья. - Доказательства, касающиеся существования в школе какой-то банды и ее причастности к нападению на Эдварда Джафета, должны выявляться на основании свидетельских показаний сотрудников полиции и администрации школы. Если только мистер Джафет не знает об этой банде непосредственно, из личного опыта.
- Мне рассказывали о ней мой сын и другие учащиеся, о ней говорят преподаватели. Мы не раз обсуждали эту проблему и поднимали вопрос у директора.
- К сожалению, - заметил судья, - подобная информация и называется свидетельскими показаниями с чужих слов. Расскажите, что еще вы видели в тот вечер.
- Урек разбил чемодан, один из чемоданов с реквизитом для фокусов, о бампер, задний бампер автомобиля, а потом набросился на Эда и Лайлу...
- Урек или кто-то из его дружков? спросил Меткалф.
- Нет, я совершенно уверен, что это был Урек. Когда он свалил Эда на землю и начал его душить, я помню, что бил Урека по спине, чтобы заставить его отпустить моего сына.
- Вам это удалось?
- Да, но после того, как Эд получил тяжелые повреждения. Этот Урек доставлял немало хлопот школе... - мистер Джафет замолк на полуслове. Он посмотрел на судью, Меткалфа и Томасси. - Извините.