8

ЭЛЛИ

На следующее утро я прихожу в пекарню очень рано. Мне приходит несколько телефонных сообщений с просьбой сделать торты на заказ, поэтому я записываю их все и планирую позвонить им позже утром. Я действительно хотела прийти пораньше, чтобы подготовиться и сообщить новость Викки. Она никогда не работала в пекарне одна долгое время. Если она не захочет, я не знаю, что буду делать. Я не доверяю никому, кроме нее, управлять ею, пока меня нет.

Задняя дверь открывается, и я слышу, как стучат ее зубы.

— Сегодня утром прохладно, не так ли? — Кричу я.

Она фыркает и присоединяется ко мне за стеклянными витринами, ее шарф миллион раз обмотан вокруг шеи, а нос ярко-красный.

— Совсем немного. Ты слышала, что сегодня вечером может пойти снег?

Я киваю.

— Да. В зависимости от того, в какую сторону сместится штормовая система, мы можем увидеть либо след, либо получить восемь дюймов. — Я ставлю на след. Я не помню, когда в последний раз у нас выпадал снег в ноябре. Обычно в декабре и январе его выпадает много. — Надеюсь, что мы не получим много, потому что я не была в магазине.

Викки усмехается.

— Лучше купи немного хлеба и молока. Магазины будут вычищены, если ты этого не сделаешь.

— Правда, но я сомневаюсь, что мы что-то получим. Я пойду позже вечером. — Прочистив горло, я поворачиваюсь к Викки, которая сейчас опустошает ящики, чтобы освободить место для новых угощений. То, что мы печем и что не покупают, обычно отдаем в магазины на улице. Их так или иначе съедают. — Вик, мне нужно с тобой кое - о чем поговорить.

Ее рука замирает, и она снова переключает внимание на меня.

— Ты же меня не увольняешь, правда?

— Нет, — задыхаюсь я, хлопая себя рукой по груди. — Этого никогда не случится.

Она оставляет тряпку на ящике и скрещивает руки.

— Что происходит? Ты выглядишь странно.

Глубоко вдохнув, я быстро выдыхаю.

— Как бы ты себя чувствовала, удерживая здесь крепость некоторое время? Например... пару лет.

Ее глаза расширяются, и она открывает рот, чтобы заговорить, затем останавливается и делает это снова.

— Что ты имеешь в виду под удерживанием крепости? Где ты будешь?

— В Аризоне. Джека попросили руководить важным проектом, и он не может сказать нет. Это всего на два года. Я планирую открыть еще одну «Сладкую сенсацию», пока я там.

— О, мой дорогой вечно любящий бог, ты серьезно? — Взвизгивает она, подбегая и обнимая меня за плечи. — Это потрясающе. Поздравляю! Конечно, я помогу всем, чем смогу.

Я крепко обнимаю ее.

— Спасибо, Вик. Я знаю, что ты справишься с этим делом сама. Я оставляю тебе возможность найти другого декоратора тортов. Я хочу, чтобы ты наняла кого-то, с кем, по твоему мнению, ты сможешь работать. Мои племянницы все равно будут приходить днем и помогать.

Она отступает, и в ее глазах слезы.

— Сделаю. Я просто… я не знаю, что я буду делать без тебя.

— Ты справишься. Я полностью в тебя верю.

Ей требуется несколько минут, чтобы размотать шарф.

— Ты собираешься купить или арендовать там дом?

— Купить, — отвечаю я. — Компания Джека выдала нам огромный бонусный чек. Можно купить один и оставить его как дом для отпуска, верно?

Она кивает.

— Да. Я помогу тебе начать искать, как только мы все приготовим и украсим на день.

— Идеально. Давай приступим к работе.

***

Утро пролетело быстро. Я перезвонила и начала делать один из своих индивидуальных заказов. Это пятислойный шоколадный торт «Смерть от шоколада». Количество шоколада безумное, но он очень вкусный.

— Удивительно, что мы еще не весим десять тысяч фунтов, — поддразнивает Викки, пока я выдавливаю последние несколько узоров на торте.

Я смеюсь.

— Расскажи мне об этом. Наверное, я так много пеку, что мне уже не так хочется этого, как раньше. Ну, если только это не клубничный торт, а то я им наедаюсь до чертиков.

— И ты же знаешь, что лайм - моя слабость, — добавляет она.

Когда торт готов, я осторожно ставлю его в холодильник и достаю из подсобки свой ноутбук.

Викки хлопает в ладоши и улыбается.

— Пора искать дом?

Я смеюсь.

— Почему бы и нет? Попробуем найти что-нибудь.

Мы садимся за один из столиков спереди, и я ищу дома в Финиксе в нашем ценовом диапазоне. Архитектура так отличается от наших домов здесь, в Северной Каролине. Я привыкла к бревенчатой хижине, а не к каменным и оштукатуренным домам. Жить там будет странно со всеми этими разными ландшафтами, деревьями и кактусами.

— Мне очень нравится этот, — отмечает Викки.

Мне тоже. Это одноэтажное ранчо с главным входом из камня. Высокие узкие вечнозеленые деревья спереди и гора сзади придают ему магическую привлекательность. Не говоря уже о том, что он идеального размера для нас с Джеком... и детей, если они появятся.

— Этот пойдет в избранное. — Я добавила еще несколько других во время наших поисков, и мне не терпится показать Джеку сегодня вечером.

Викки взвизгивает и сжимает мою руку.

— Это так волнительно. Мне не терпится приехать и навестить тебя. Я никогда раньше не была в Аризоне.

— Я тоже, — нервно говорю я. — Надеюсь, я смогу это сделать. Открытие этой пекарни потребовало много работы. Меня пугает отсутствие тебя.

— Я уверена, что в Финиксе много замечательных людей. — Она снова сжимает мою руку, и я смотрю в ее любящие зеленые глаза. — Ты найдешь кого-то, с кем можно работать. Подумай, как это будет здорово - знать, что ты расправляешь крылья. Скоро вся страна узнает о твоих пекарнях.

Я фыркаю.

— Давай ка не будем забегать вперед. Я маленькая рыбка в огромном океане. Шансы на это невелики.

Она пожимает плечами.

— Немного веры, моя дорогая. Никогда не знаешь, что произойдет.

Мой телефон пищит, и когда я достаю его из кармана, мой живот падает. Дыхание вырывается из легких, но вместо страха... это гнев. Отодвинув стул назад, я бросаюсь к окну и выглядываю.

— Элли, что случилось? — Кричит Викки.

Я смотрю вверх и вниз по улице, но не вижу его.

— Посмотри мой телефон.

Ее вздох полон ужаса.

— О, черт. — Она бросается ко мне и протягивает телефон. — Это становится очень странным, Элли. Мне это не нравится.

— Мне тоже.

Пыхтя, она поднимает палец в сторону окна, а затем закрывает жалюзи.

— Что ты собираешься делать?

Я нахожу номер Оуэна и нажимаю вызов.

— Это должно прекратиться. Я не могу позволить этому продолжаться дальше. Он буквально преследует меня сейчас.

Оуэн отвечает на втором гудке.

— Привет, Эллс.

Глубоко вздохнув, я пыхчу.

— У меня проблема.

— Что случилось?

— Я только что получила еще одно сообщение, и оно переходит все границы. Что бы ты ни сделал, чтобы получить запретный судебный приказ для Брайана, я буду очень признательна.

Он рычит.

— Что, черт возьми, он натворил на этот раз?

Я смотрю в окно.

— Он прислал сообщение, в котором сказал, что я прекрасно выгляжу в своей зеленой рубашке, и что он знает, что это подчеркивает зеленоватый оттенок моих карих глаз. Угадай что, Оуэн? На мне зеленая рубашка. Он где-то там, наблюдает за мной, прямо сейчас.

— Господи Иисусе, — огрызается он. — Я все еще пытаюсь найти этот кусок дерьма. Он сейчас инкогнито. Сделай мне одолжение, не уходи из пекарни. Я подъеду и провожу тебя домой, когда ты закроешься. Только пока не говори Джеку. Мы оба знаем, что он потеряет голову. — Он вешает трубку, и я возвращаюсь к окну. После всего этого времени, почему Брайан делает это со мной сейчас?

* * *

День тянется, и, к счастью, больше нет сообщений. Мне больно не говорить Джеку, но Оуэн прав. У Джека так много дел на работе, и я не хочу, чтобы он не мог сосредоточиться из-за того, что происходит со мной.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — Спрашивает моя племянница Ребекка у Оуэна, подметая пол перед ним. Он стоит ко мне спиной, но я вижу, что его бдительный взгляд прикован к улицам, которые сейчас покрываются снегом.

Он качает головой.

— Все хорошо, Бекки. Спасибо. — Я рада, что он в обычной одежде, иначе мои клиенты могут подумать, что что-то не так. Это последнее, что мне нужно. Уже достаточно плохо, что мои мысли где-то в другом месте, а не о моей выпечке.

— Ты вообще говорил с Кимберли? — Спрашиваю я.

Его тело напрягается на секунду, а затем он бросает на меня быстрый взгляд через плечо.

— Она не отвечает на мои звонки. Думаю, можно сказать, что мы полностью закончили.

Мое сердце болит за него.

— Знаешь, ты так и не рассказал мне, что произошло между вами двумя. Я только знаю, что ты пока не очень хотел жениться и заводить детей. Так и было?

Он пожимает плечами.

— Это было и многое другое, Эллс. Иногда она была слишком настойчивой, слишком эгоцентричной, и я просто не мог быть рядом с ней, как она хотела. Не говоря уже о том, что она мне не доверяла. Каждый раз, когда я приходил домой поздно, она обвиняла меня в том, что я с кем-то другим.

— А ты? — Спрашиваю я, не понимая, почему я его спрашиваю. Оуэн не из тех, кто спит со всеми подряд.

— Нет, — отвечает он. — Ты же знаешь, как я предан своей работе.

К сожалению, я знаю.

— Может, она не та, кто тебе нужен, Оуэн. Я уверена, что есть где-то та самая.

— Я уверен, что есть. — Говорит он со вздохом.

Ребекка заканчивает подметать и присоединяется ко мне за стойкой. Ее темно-русые волосы и карие глаза такие же, как у моей сестры. Это заставляет меня задуматься, будет ли мой ребенок похож на меня или на Джека. Мне уже не терпится узнать.

Викки толкает меня в бок.

— Я сделала еще несколько шоколадно-клубничных трюфелей. — Ребекка хватает один и кладет его в рот. Викки качает головой и улыбается. — Я положу их в коробку. — Я киваю и заканчиваю покрывать глазурью последние красные бархатные кексы.

Ребекка вздыхает и садится у кассы.

— Я все еще не могу поверить, что ты переезжаешь. Через два года я уеду в колледж. Я не смогу часто тебя видеть.

Мои глаза горят, и я крепко ее обнимаю.

— Я знаю, но, по крайней мере, у тебя всегда будет летняя работа. И я вернусь раньше, чем ты это заметишь.

Ребекка отпускает меня и вытирает слезы.