Глава 64

Арабелла

— Эй, Арабелла, будь хорошей девочкой и оставь свою дверь открытой сегодня вечером. — Гаррет ухмыляется, проходя мимо моего столика.

— Сколько времени прошло с тех пор, как тебя трахали в последний раз? — Джейс подходит к нему сзади. — Твоя маленькая киска, должно быть, проголодалась.

Брет и Эван смеются, следуя за ними, пока я притворяюсь, что не обращаю на них внимания, и собираю свои учебники. Учитель уже выбежал из класса. Мальчики дразнили меня с тех пор, как было выпущено последнее видео. Илай вернулся в школу пару дней спустя, но он не был ни на каких занятиях, и я предполагаю, что он отдыхает в своей комнате. Келлан и Майлз оба избегали меня, а у меня не хватало смелости спросить о нем.

Я никогда не чувствовала себя более одинокой, чем сейчас. Я тону на людях, и никто этого не видит. Мой телефон звонит, и моя рука дергается от этого звука. Я не хочу смотреть на это, но я боюсь того, что может случиться, если я этого не сделаю. Я смотрю на сообщение.

Неизвестный номер: Просто небольшое напоминание о том, что мы повсюду. Мы правим этой школой, и никто не собирается тебе помогать.

Под словами появляется фотография. На ней я сплю в своей постели, одна рука подложена под голову, рот слегка приоткрыт. Мое сердце падает, и я крепко сжимаю телефон. Они были в моей комнате, стояли надо мной, пока я спала. Могло случиться все, что угодно. От осознания этого меня бросает в холод.

Они были в моей комнате.

Я выбегаю из класса и едва успеваю добежать до кабинки в туалете, как меня рвет. Я опорожняю свой желудок от тех немногих кусочков пищи, которые мне удалось съесть за завтраком. Дрожа и тяжело дыша, я спускаю воду в туалете и прижимаюсь спиной к двери, пока не оказываюсь на полу, спазмы все еще сотрясают меня.

Я не знаю, что делать.

Я закрываю глаза и прижимаю колени к груди. Теперь я уверена, что Илай не стоял ни за одной из фотографий или видео.

Это была одна долгая подстава? Почему они так поступают со мной? Неужели все меня так сильно ненавидят?

Я не знаю, сколько еще я смогу выдержать. Я уже ломаюсь от напряжения.

Безумный смех срывается с моих губ.

Может быть, это то, чего они хотят. Довести меня до грани.

Я открываю свою сумку и нахожу свой второй сотовый.

Я: Син, ты это делаешь? Мне так страшно. Я не знаю, сколько еще я смогу вынести.

Слезы пытаются вырваться из моих глаз, и я смахиваю их. Я отправляю ему второе сообщение.

Я: Я не плохая. Я больше не знаю, кто я.

Ответа не приходит.

Мое чувство вины превращается в гнев.

Почему его там нет? Почему он игнорирует меня?

Я любила его, но, возможно, он вообще ничего не чувствовал ко мне. «Вызовы» были игрой. Возможно, они никогда не задумывались как нечто большее.

Тогда почему я все еще пишу ему сообщения?

Вопрос срывается с моих губ.

Потому что у меня больше никого нет.

Я неуверенно поднимаюсь на ноги, толкаю дверь и подхожу к раковине, чтобы прополоскать рот. Вымыв руки, я вытираю их и выхожу из туалета.

Время обеда. У меня уже несколько недель не было аппетита, но я все равно направляюсь в кафетерий. Я жажду человеческого контакта вокруг меня, просто чтобы чувствовать себя немного нормально. Я почти на месте, когда чье-то плечо врезается в мое.

— Смотри, куда идешь, уродка, — выплевывает Тина, протискиваясь мимо меня.

Потеряв равновесие, я заваливаюсь набок, приземляясь в снег.

— Ты ушиблась? — Линда смеется и пинает мою сумку по дорожке, вне пределов моей досягаемости.

Я опускаю голову и жду, когда они уйдут. Ненависть кипит во мне, но я не реагирую на это. Как только они скрываются из виду, я поднимаюсь на ноги, отряхиваю белую пудру с пальто и джинсов, затем беру свою сумку.

Там стоит Майлз с моей сумкой в руке.

— Что с тобой происходит? — Его голос низкий. — Ты принимаешь наркотики?

Я выхватываю свою сумку из его рук и проверяю, все ли содержимое внутри.

— Нет.

— Ты больше не улыбаешься.

— У меня нет причин для этого. — Я продолжаю свой путь к кафетерию.

Майлз идет в ногу рядом со мной.

— Ты смотришь на все так, словно что-то вот-вот выскочит и убьет тебя.

— Я просто вижу это место таким, какое оно есть сейчас.

— И что же это такое?

— Ад.

Он колеблется, и я знаю, что он ждет, когда я пойду первой, чтобы мы не вошли вместе. Я качаю головой с горьким смешком, но ничего не комментирую. Я оставила попытки. В чем смысл? Мы из разных миров и между нами невидимая стена. Я идиотка, что не понимала, что это было все время, пока я была в школе. Он один из популярных детей, капитан команды по плаванию, а я никто. Нежеланное ничтожество, которому здесь не место.

Несколько студентов поднимают глаза, когда я прохожу мимо, жестокие комментарии, которые они бормочут в мой адрес, заставляют меня вздрогнуть. Я не заморачиваюсь с едой и вместо этого сразу иду за кофе, а затем выбираю свободный столик в углу, подальше от всех остальных.

Все спортсмены смотрят на меня, Эван, Джейс и Гарретт делают мне наводящие на размышления жесты. Лейси, Тина, Мэгги и Линда сидят, склонив головы друг к другу, хихикая и посылая мне злобные улыбки. Что бы они ни замышляли, я уверена, что навалить на меня еще больше мучений — значит растоптать меня.

Знакомый толчок проходит сквозь меня, электричество танцует под моей кожей. Я чувствую Илая прежде, чем вижу его. Он стоит в дверях кафетерия с Келланом, его прищуренный взгляд устремлен на меня. Холодная ярость, которую я вижу под поверхностью его выражения, наполняет мои вены ужасом.