Книга: Дикий Дядюшка

Книга: Дикий Дядюшка

Автор: Сейнт Брайд

Серия: Одиночка

Перевод группы: https://t.me/+dQ6VY3aEeRkzOTky

Тропы и триггеры

Псевдоинцест (сводная племянница / сводный дядя)

Секс на природе

Девственная героиня

Одержимый герой

Грубый секс

Разница в возрасте (18-45 лет)

Риз

Полуденное солнце пробивается сквозь сахарные сосны, тропа ведёт к скалистому утёсу. Я нахмурился и посмотрел на карту.

Мы начали путь в долине Йосемити, и должны были пройти мимо реки Мерсед, но я не слышу шум бегущей воды. Только хруст наших ботинок. Судя по карте, тут не должно быть тупика.

— Неужели твое мужское чутье завело нас в тупик, — шутит Кэсси, вглядываясь в карту рядом со мной, и я чувствую аромат ее сладких духов.

Пеший поход по Йосемити казался мечтой. Тем, что я хотел бы пережить с кем-то, кто любит природу так же, как я.

Моя племянница совсем не похожа на своего напыщенного отца. Далтон никогда не находил времени для своей дочери, отправив её в интернат ещё в десять лет. Её мать тоже не особо интересовалась ею.

Я знал, что такое быть отвергнутым. Мой приёмный отец поступал точно так же, только отправлял меня в исправительные лагеря, когда я вёл себя плохо, утверждая, что это пойдет мне на пользу.

Не пошло. Это только заставило меня ненавидеть его. И я вижу ту же ненависть в глазах Кэсси.

Что-то внутри меня не могло не откликнуться. Я чувствовал, что должен защитить свою семью, поэтому за эти годы я отправил Кэсси несколько писем. В наши дни все пользуются телефонами, но я с двадцати лет живу вдали от цивилизации и не планирую обзаводиться телефоном только для того, чтобы переписываться с племянницей.

Она, похоже, не возражала. Кэсси приняла моё приглашение, и я рассматривал эту поездку в Йосемити как подарок ей на окончание школы.

Я почти возмущён её замечанием. — Я не заблуждаюсь, Кэсси. Я человек дикой природы. Эта карта, возможно, немного устарела, но мы справимся.

Мой взгляд останавливается на её пальцах, играющих с завязанным узлом на её коротком топе. Хотя это больше похоже на рубашку с майкой под низом. Ткань так плотно обтягивает ее сиськи, что я удивлён, как ей не неудобно.

Но она действительно красивая. Её подтянутый живот и джинсовые шорты делают её похожей на тех королев родео, с которыми победивший наездник фотографируется.

Или, может, я бы хотел увидеть её наряженной так.

Я закрываю глаза, стараясь откинуть эти мысли. Нужно перестать думать о Кэсси в таком ключе — она моя племянница, а не женщина. Просто я слишком долго воздерживался.

Кэсси, не теряя времени, уже осматривает местность в нескольких шагах от меня и указывает вперёд.

— Дядя Риз, похоже, здесь есть тропа.

Я подхожу ближе и вижу тропинку в кустах. Возможно, у Кэсси есть зацепка, но мой внутренний голос протестует. Я упрямый старый дурак, контролирующий всё — особенно когда дело доходит до моего умения ориентироваться.

Я просто хочу впечатлить Кэсси. Но затем понимаю, что она уже не ребенок. Если она хочет вести — это её выбор.

Я мягко провожу рукой по её спине и улыбаюсь. — Молодец, малышка. Идём.

Кэсси одаряет меня самой широкой улыбкой и почти вприпрыжку уходит вперёд, а я следую за ней.

Нужно быть начеку — в этих местах водятся черные медведи и рыси, наверное, поэтому на карте обозначен череп и кости. Проблема в том, что Кэсси водила нас по кругу, и теперь, черт возьми, я понятия не имею, где мы находимся.

Кэсси вздыхает, останавливается на поляне среди деревьев и садится на большой камень.

Она тяжело дышит. — Мне нужен перерыв.

Я киваю, устраиваясь на земле у дерева. — Это непросто, если раньше ты столько не ходила.

Она ослабляет узел на своей рубашке, и мои брови взлетают вверх, когда я вижу, что под ней нет майки. Ложбинка между ее сиськами блестит от пота, а ее горящие от похоти глаза устремлены на меня, наблюдая за мной.

— Кэсси, ты не можешь так надо мной издеваться, — говорю я, отводя взгляд.

— Это неправильно, и ты это знаешь.

— Я знаю, что ты не растеряешься, дядя Риз. Разве ты сам не говорил об этом? «Я человек дикой природы», — возражает она, и краем глаза я вижу, как она стягивает рубашку, обнажая грудь. — Здесь ты в своей стихии, и никто тебя не осуждает, — она раздвигает ноги. — Особенно я.

Кэсси

Риз обхватывает сильными руками мои бедра, прижимая к камню.

— Ты уверена, что это то, чего ты хочешь, малышка? — рычит он.

— Потому что, как только я начну, я уже не смогу остановиться.

Тепло разливается по моему телу, и я с улыбкой прикусываю губу, откидываясь на локти.

— Я хотела тебя много лет, Риз. Я не хочу, чтобы ты останавливался.

От моих слов в нем что-то переключается, и в следующее мгновение я осознаю, что мои джинсовые шорты сорваны с меня вместе с трусиками. Риз резко подается вперед, почти волоча меня вниз по камню, и прижимается ртом к моей влажной киске. Я тяжело вздыхаю, и мой голос эхом разносится среди деревьев. Боже, его рот слишком хорош. Все эти годы, пока я училась в школе, он присылал мне письма, и я умирала от желания встретиться с ним, прикоснуться к нему. Знать, что это все по-настоящему.

Риз хочет меня так же сильно, как и я его.

Сильный порыв ветра проносится по лесу, и мурашки пробегают по моей коже, мои соски превращаются в маленькие бусинки. Я хочу, чтобы его горячий язык коснулся их в следующий раз. Я обхватываю ладонями свои груди и пытаюсь подразнить каждый сосок, пока его язык скользит по моей тугой дырочке. Но Риз обхватывает руками обе мои груди, протестующе постанывая, и от вибрации его голоса у меня пробегают мурашки по спине.

— Они мои, чтобы прикасаться к ним, Кэсси, — он прижимается ко мне.

— Позволь мне быть тем, кто заставит тебя кончить.

Я киваю, и он посасывает мой набухший клитор, пока я не выгибаю спину и не дрожу на грани оргазма. — Черт, дядя Риз.

Он отстраняется и ползет вверх по моему телу, завладевая моим ртом. Я чувствую вкус себя на его языке и стону.

— Твоя прелестная киска так хороша на вкус, Кэсси, — Риз затягивает мою нижнюю губу между зубами, словно одичалый.

Я скулю. — Мне нужно, чтобы ты заставил меня кончить!

Голос Риса низкий и бархатистый, он смеется, не сводя с меня глаз, и проводит поцелуями по моей груди.

— Я знаю, прости, малышка. Но ты кончишь только тогда, когда будешь скакать на моем члене.

Рис смыкает губы на одном из моих сосков, снова и снова проводя языком по твердому бутону. Я шиплю, волны удовольствия достигают моей киски, угрожая довести меня до оргазма. Мне так больно, и единственное, что может это исправить, — это член моего дяди.

Что-то внутри меня ломается, и я с рычанием отталкиваюсь от камня, заставая Риза врасплох, он пятится к дереву, а я подхожу к нему.

— Мне не нравится, что только я голая, — я надуваю губы, в моем голосе слышится намек на смешок. — Почему бы тебе не присоединиться ко мне?

Я стягиваю зеленую фланель с широких плеч Риза, наблюдая, как его глаза скользят по моему телу, пока он позволяет мне раздевать его. Но я вижу, что он сдерживается, его большие руки сжимаются по бокам, как будто он хочет что-то сделать.

Я ухмыляюсь и шепчу ему, касаясь его носа своим.

— Тебе не нужно быть нежным со мной. Я хочу грубого и грязного Риза, потому что ты такой и есть. Мой грязный дядя.

Его грудь быстро вздымается и опускается, пока я провожу рукой по его загорелой волосатой груди, ниже пупка, следуя за дорожкой волос. Я расстегиваю молнию на его брюках и сжимаю в кулаке его твердый толстый член.

Он надрывисто дышит через нос. Я наблюдаю, как пульсирует его член в моей руке, когда я медленно поглаживаю его. На самом деле, я не знаю, как доставить удовольствие мужчине, но это не кажется таким уж сложным, когда я наблюдаю, как Риз вздрагивает, когда я больше сосредотачиваюсь на головке.

— Я все правильно делаю? — спрашиваю я, и его глаза округляются, прежде чем он усмехается. Мои щеки вспыхивают, неуверенность берет верх.

Вместо ответа он приподнимает бедра навстречу моим движениям, мышцы его живота напрягаются. Его голос звучит тепло и успокаивающе.

– Ты делаешь все правильно, малышка.

На кончике его члена выступила сперма, и, прежде чем я успела смахнуть ее большим пальцем, Риз схватил меня и закружил, прижав к стволу дерева.

Его рука на затылке толкает меня вниз, пока моя грудь и лицо не прижимаются к дереву, а ягодицы выпячиваются, ноги расставлены для него. Сердце бешено колотится, когда он захватывает мои запястья и заводит их за спину

У меня не получится сбежать. Хотя я и не хочу. То, что я не могу его видеть, даже возбуждает меня. Без предупреждения Риз трется о меня кончиком своего члена, и я прижимаюсь к нему, стремясь получить больше. Я не могу больше ждать, мне нужен дядя Риз внутри меня.

Риз

Свободной рукой я сжимаю длинные Белокурые локоны Кэсси, прижимаюсь к ней и наклоняюсь к ее уху, дергая за прядь.

— Я собираюсь оттрахать тебя до смерти, и ты можешь кричать здесь так громко, как захочешь, малышка.

Кэсси издает отчаянный стон, сильно прижимаясь ко мне попкой.

— Я готова.

Я отстраняюсь, беру свой член и несколько раз ударяю им по ее клитору, заставляя ее вздрогнуть и ахнуть. Я раздвигаю ее половые губки и наблюдаю, как ввожу в нее кончик, проверяя ее и встречая сопротивление. Блядь, я уже чувствую, какая она тугая.

Я напрягаюсь и одним резким толчком проникаю в нее. Кэсси на мгновение замирает, прижимаясь к дереву. — О боже.

— Боль пройдет, — я говорю жестко, мой член пульсирует в ее напряженных мышцах. — Просто дыши и скажи мне, если захочешь остановиться.

Я начинаю медленно, обхватив ее за талию и прислушиваясь к звуку ее дыхания. Оно становится сбивчивым и тяжелым, пока она не начинает задыхаться, а я не упираюсь бедрами в ее задницу. Я стону, чувствуя, как мои мысли меняют приоритеты, когда Кэсси растягивается для меня, ее киска мокрая и течет словно река.

Зверь во мне берет верх. Я прижимаю Кэсси к дереву, вбиваясь в нее, и влажные шлепки наших тел отдаются эхом. Ее спина прогибается, вжимаясь задницей в мои бедра. Из моего горла вырывается низкий рык, когда ее глаза встречаются с моими через плечо, а волосы развеваются на ветру.

Кэсси так чертовски красива, и теперь она вся моя. Ни один мужчина не заставлял ее чувствовать себя так хорошо.

Стенки Кэсси сжимаются вокруг меня, и я хватаю ее за бедра, когда она прижимается к дереву, коончая. — Да, Риз, — она кричит, ее тело содрогается подо мной. — Не останавливайся.

Она падает на лесную подстилку, но я делаю то, что она говорит, и не останавливаюсь. Из меня вырывается рев, и все мое тело напрягается, когда я изливаюсь внутрь Кэсси.

Я падаю рядом с ней, и земля ощущается теплой и шершавой на моей коже. Кэсси поднимается на колени, и я вижу ее раскрасневшееся лицо, покрытое частицами коры, сиськи, покрасневшие и распухшие от ударов о дерево.

Я больше никогда не буду трахаться в постели. Есть что-то такое горячее в том, чтобы видеть мою малышку такой грязной и растрепанной под открытым небом. Позволить нашим инстинктам взять верх, как у диких животных.

Когда она наклоняется ко мне, ее длинные волосы спадают на мое лицо, как занавес. Я чувствую, как что-то твердое упирается в мою икру.

— Ты все еще в сапогах, — говорю я. Походные ботинки — это не сексуально, но поскольку на Кэсси нет ничего, кроме этих ботинок, это автоматически делает их греховно сексуальными.

Она прижимается своими мягкими губами к моей щеке, потом к векам и улыбается. — Я люблю тебя, дядя Риз.

Я провожу рукой по ее блестящим на солнце волосам, восхищаясь ее красотой. — Я тоже тебя люблю, малышка. Всегда буду