Внимание!

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно её удалить. Сохраняя данный текст, Вы несёте ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование, кроме предварительного ознакомления, ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Криста Фокс

Каменное тело

Серия: «Старлайт-Фоллс», книга 3

Над переводом работали:

Перевод: Бешеный Койот

Сверка: Юлия

Редактор: Галина

Вычитка: Настена

Русификация обложки: Оксана

Глава 1

Кэррик

Свет тускнеет, когда я иду по коридору, но не останавливаюсь. Воздух вокруг меня замолкает. Типичные звуки слуг, идущих по дворцу, исчезают, и я делаю глубокий вдох. Мой разум пуст, и я готовлюсь к атаке. Тот, кого я знаю, придет. Тот, кого я знаю, всегда приходит.

Надо мной чувствуется какое-то движение, и я поворачиваюсь, перекатываюсь и поднимаю руки, чтобы блокировать взмах меча. В мгновение ока происходит смещение, и моя плоть становится каменной, летят искры, когда яркий металл громко ударяется о мои предплечья. Мне как посланнику Совета запрещено оружие. Поэтому я сам им стал.

Рычание привлекает мое внимание, мои глаза встречаются с глазами напавшего. Он плавно падает на пол и вытягивает свободную руку, цепляясь когтями за мою икру. Я снова превращаюсь в плоть, отпрыгиваю и снова превращаюсь в камень, когда меч вонзается вверх, целясь мне в живот. Всегда мягкие части. Это удары, которые убьют меня, если попадут в цель.

Он танцует в ответ, и я уверен, что на этот раз на меня напал мужчина. С тех пор, как меня послали сюда, были и женщины. Они видят во мне угрозу, нарушителя. Один из их давних врагов посланый в их дом шпионить за ними. Уничтожить их изнутри. Чего они не понимают, так это того, что меня послали сюда ни для того, ни для другого. Меня послали умереть. Я просто не хочу делать то, что от меня хотят другие люди.

— Упрямый, — бормочу я, моя гранитная рука сбивает меч на пол.

Когда мужчина делает выпад, я наступаю на оружие, балансируя своим весом, чтобы зафиксировать его на месте, и высматривая других нападающих. Трудно поверить, что он попытается сразиться со мной в одиночку, но я полагаю, что возможность претендовать на победу в одиночку будет иметь большое значение для его будущего в Королевстве. Меры агрессивны по своей природе, и единственный способ подняться по служебной лестнице — отличиться в бою. Проблема в том, что я самая ценная цель. Мое время здесь почти истекло, и, хотя я не буду скучать по постоянным угрозам моей жизни, я все же буду скучать по кой-чему. Кой-кому, скорее.

— Очередной раз? — раздается женский голос, полный презрения.

Но это заставляет жар пронзать меня, жар, который оседает в моем паху и заставляет мой член начать болеть. Потому что он принадлежит ей.

Я оглядываюсь через плечо с насмешливой ухмылкой на лице, изо всех сил скрывая свои истинные эмоции.

— Здравствуйте, принцесса. Хорошее время для прогулки, не так ли?

Глава 2

Нелл

Зрелище передо мной не было неожиданным. На самом деле, это стало обычным явлением после прибытия посланника. Я понимаю, почему моя мать не могла отказать ему, когда его Совет сделал дипломатическое предложение отправить его сюда. Это все политика, чтобы держать своих врагов рядом. У меня нет на это терпения. А политика требует этого. Терпение высиживать скучные встречи с другими людьми, которые слишком высокого о себе мнения и постоянно торгуются в собственных интересах. Этого достаточно, чтобы вызвать у меня изжогу.

Посланник стоит передо мной, в его глазах что-то мелькает, что, кажется, совпадает с моими собственными чувствами. Он тоже не терпеливый человек. В том, как оборотень держится, чувствуется сдерживаемая ярость, и она не раскручивается, даже когда нападавший предлагает мне торопливый поклон, сопровождаемый бормотанием извинений. Контроль остается на месте, когда я отпускаю побежденного самца, заставляя его бежать назад, чтобы сообщить о своей неудаче тому, кто его послал. Потому что кто-то так сделал.

Я вздыхаю, не в силах сдержать восхищения тем, как двигаются мускулы на спине Кэррика, когда он наклоняется и поднимает меч с пола прохода. Он предлагает его мне с легким поклоном. Его способность так естественно растворяться между плотью и камнем поражает меня. Не всем оборотням так легко управлять своей магией. И хотя я не должна удивляться, я не могу не спросить себя, что нужно сделать, чтобы он наконец потерял контроль. Со мной. В ситуациях, в которых мы никогда не должны оказаться.

Мои глаза блуждают по нему, замечая сильные плоскости мускулов, которые видны даже под его одеждой. По изгибу его губ я вижу, что он знает, что я делаю, но молчит. Позволил мне смотреть на него без прерывания или критики. Я изо всех сил пытаюсь скрыть свое внимание.

— Ты истекаешь кровью, — говорю я, указывая на тонкую полоску крови на его предплечье и еще одну на щетинистом краю его челюсти.

Кэррик смотрит на отметину на руке.

— Хм. Думаю, он нанес пару ударов. Хорошо для него.

Я закатываю глаза.

— Пойдем со мной. Нужно это обработать.

Я прохожу мимо него, взмахнув рукой, чтобы он следовал за мной, и направляюсь в ближайшую тренировочную комнату. Несмотря на то, что дворец надежно покоится глубоко под океанскими волнами, есть сухие части конструкции и другие, которые затоплены. Меры умеют плавать или ходить. Это одна из причин, по которой нашей армии так боятся. О наших тренировочных залах ходят легенды благодаря ожесточенным боям, которые можно увидеть внутри. Травмы во время спаррингов — обычное дело. Вы лучше всего учитесь на ошибках. Особенно болезненных. Лекарства для лечения этих травм всегда хорошо хранятся и всегда под рукой.

— Я буду в порядке, Нелл.

Он произносит мое имя своим низким, хриплым голосом, и внутри меня вспыхивает жар, а желудок трепещет. Черт бы побрал этого мужчину. Он не должен быть здесь. И все же ничего не поделаешь.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь, скрестив руки на груди.

— Если этот клинок отравлен, у нас есть минут пять, прежде чем ты будешь шататься, пуская слюни, как пьяный дурак. Пошли.

Я не жду его согласия или подчинения, а просто продолжаю идти в нужном нам направлении. Наступает момент тишины, но затем я слышу его шаги позади себя, и мое сердцебиение успокаивается. Я не обманываюсь, думая, что он сделает все, что я ему скажу, но, по крайней мере, в этот момент я знаю, что он не умрет, потому что проигнорировал мое предложение помощи. Хоть одна проблема решена.

Дверь в тренировочную комнату легко открывается, и мы заходим внутрь. Огни раковины вспыхивают в ответ на активность, биолюминесцентные существа внутри реагируют на ферменты, выбрасываемые в воздух при нашем движении. Они будут питаться, пока мы здесь, и вернутся в спячку, как только мы уйдем. Когда я была ребенком, я смотрела в раковины, восхищаясь крошечными, светящимися существами. Я даже попыталась освободить одного из них, но поняла, насколько хрупкими могут быть эти маленькие существа, когда их окружение не совсем то, что им нужно. Я больше никогда не вынимала его, но желание подержать его в руке все еще присутствует.

Я открываю шкаф и вытаскиваю бинты, кончиком подбородка указывая на стул. Кэррик садится на сиденье, и он такой большой, что кажется, я слышу, как оно скрипит под его весом.

— Хм, — хмыкает он, когда я открываю одну из зеленых банок. — Это пахнет как…

Я смотрю на него, и он останавливается, его губы дергаются.

— Как что? — спрашиваю я, выгнув бровь.

— Как рыба, — наконец произносит он и смеется. — Это морские водоросли, да? Ты собираешься перевязать меня морскими водорослями.

Я качаю головой.

— Не совсем. Это смесь. Водоросли, которые мы выращиваем в здешних садах. Некоторые называют это морским клубком. Лезвие, это нейтрализует его действие, вытащит его обратно. Но только если мы будем действовать быстро, так что перестань суетиться из-за запаха и дай мне поработать.

Кэррик протягивает ко мне раненую руку с широкой озорной улыбкой, которая привлекает мое внимание к его полным губам.

— Мне нравится, когда ты командуешь, принцесса.

Я быстро отвожу взгляд, пытаясь сосредоточиться только на том, почему я здесь с ним, в комнате, которая внезапно кажется мне слишком маленькой.

— Неужели все посланники так неформально разговаривают с теми, за кем их посылают шпионить?

Это заставляет его смеяться.

— Мы оба знаем, что я здесь не для того, чтобы шпионить за кем-либо. Я здесь только по одной причине, и до сих пор мне не удалось сделать то, что я должен сделать.

Я накладываю полоску лечебной пленки на порез на его предплечье и осторожно прижимаю, надавливая на кожу. Мышцы под моими пальцами напрягаются, и меня удивляет очевидная сила, которую я ощущаю в таком простом рефлекторном движении.

— Так в чем же ты так эффектно проваливаешься? — спрашиваю я, чтобы отвлечься.

— Смерть.

Его односложный ответ шокирует меня, и я замираю. Я ожидала какого-нибудь шутливого ответа, подшучивания, в которое мы так легко попали за время его пребывания здесь. Его глаза встречаются с моими, и в них нет юмора. Просто простая, ясная концовка. Он честен со мной, и что-то вроде паники сжимает мое сердце.

— Почему твой собственный Совет отправил тебя сюда умирать? — мой голос немного дрожит в конце.

Я должна быть сильнее этого, не реагировать. Происки Ландерса не имеют ко мне или моим чувствам никакого отношения. Мы сами по себе. И все же я не видела ничего, что могло бы осудить этого человека. По общему мнению, он был благороден. Следовал букве закона. Только защищаясь, никогда не нападая.

Его глаза затуманиваются, и я узнаю эту эмоцию. Ярость. Она тут же исчезла так быстро, что, если бы я не наблюдала за ним, я бы не заметила. Я чувствую новое родство с ним. Мы кружим друг вокруг друга с тех пор, как он появился, неуклонно приближаясь. Но это эмоции. Я чувствовала это раньше. Каждый раз, когда кто-то ставил под сомнение мое место, мою способность руководить в будущем.

— Это долгая история, — говорит Кэррик, его голос становится мягким и низким.

Затем он качает головой.

— Не та, с которой ты захочешь утомлять себя.

Я собираюсь с ним поспорить. Предложить послушать. Как друг. Но затем между нами снова возникает стена, и Кэррик стонет.

— О да. Это жалит.

Момент прерывается, и я слегка улыбаюсь ему.

— Хорошо. Значит, работает.

— Это также означает, что он определенно пытался меня убить.

— Не обязательно убить. Отравить. Ослабить.

Я пожимаю плечами.

— Он проверял тебя. Такое случается.

Его брови хмурятся, и Кэррик смотрит на меня с беспокойством.

— Это случилось с тобой?

От беспокойства в его голосе мой желудок переворачивается от чувства, которое я не уверена, что могу определить. Или хочу.

— Это случается со всеми нами здесь, Кэррик. Это часть жизни. Мы тренируемся с мыслью о том, что однажды нам придется сражаться с теми, кто хочет у нас отнять ее. Превзойди нас в бою, отрави нас. Как бы то ни было, да, нас учат быть готовыми.

— Значит, ты регулярно тренируешься с отравленными мечами?

— С тех пор, как я впервые обрела ноги.

Я подмигиваю ему, когда на его лице появляется удивление.

— Не пойми неправильно, но то, чем ты был ранен сегодня, эквивалентно дозе, которую применяли бы к здешнему подростку. Со временем мы все выработали выносливость.

Я разворачиваю еще один кусок зеленой повязки и приближаюсь к нему, чтобы дотянуться до отметки на его подбородке. Мне приходится встать между его ног, и я чувствую исходящий от него жар, пока стою там. Кэррик смотрит на меня, интерес вспыхивает в центре его серых глаз, и мне приходится работать, чтобы успокоить дыхание при виде прекрасного зрелища. Кэррик поднимает подбородок, и я прижимаю заживляющую полоску к краям пореза.

Мои пальцы царапают его кожу, и от прикосновения меня пронзает дрожь. Из его груди вырывается рычание, и я внезапно наклоняюсь вперед, электрический разряд проходит по моим венам, рациональные мысли исчезают из меня. Желание и потребность — это все, что я знаю в этот момент, желание толкает меня вперед, чтобы попробовать его на вкус.

Руки Кэррика ложатся на мою талию, и жар, который я чувствовала от него раньше, вспыхнул, почти прожигая тунику, которую я ношу. Мне больно чувствовать его руки на своей голой коже, но сначала мне нужно, чтобы мои губы были на его губах. Кэррик проводит пальцами вдоль края моего позвоночника, заставляя меня вздрогнуть.

— Ты такая красивая, Нелл, — голос Кэррика грубый, как будто камни падают друг на друга. — И я тебя сейчас поцелую.

Его рука лежит на затылке, щекоча пряди моих волос, и он притягивает мой рот к своему.

Глава 3

Кэррик

Заряд, пронизывающий меня с того момента, как ее кожа коснулась моей, — это только начало. Меня привлекла эта хитрая фигуристая принцесса с тех пор, как я впервые встретил ее, но эта новая первобытная потребность держать ее близко, полностью завладеть ею подтверждает одну вещь. Она моя пара. И ничто не может встать на пути горгульи и ее пары. Когда наши губы встречаются, ее мягкий рот открывается под моим, меня охватывает волна желания, настолько сильного, что оно выходит из-под контроля, который я так крепко держал. Мой язык проникает внутрь, пробуя ее на вкус, и она такая же сладкая, как я и представлял.

Нелл вздрагивает, и ее руки поднимаются вверх, проводя по краю моей челюсти, прежде чем обвить мою шею. Ее сила, удерживающая меня на месте, неудивительна. Нелл — сила природы, и все же в этот момент она — якорь для меня. Спокойствие в буре моей жизни.

Когда мы наконец прерываемся, чтобы глотнуть воздуха, ее зрачки расширились, поглотив бирюзовый цвет ее глаз. Она недоверчиво смотрит на меня, а затем улыбка изгибает ее распухшие губы.

— Это было неожиданно.

Ее комментарий вызывает у меня смех.

— Я полагаю, что это один из способов выразить это.

— Это все усложнит.

Ее взгляд становится мягче, когда он скользит по моему лицу.

— Мы не та пара, которую большинство одобрило бы.

Я пожимаю плечами, удерживая ее на коленях. Я не уверен, когда именно она там оказалась, но кажется, что это правильно. Как будто она там, где ей место.

— Мне плевать на чье-либо одобрение, дорогая. Важно только твое.

Озорство играет на ее красивом личике, и Нелл проводит пальцами по моей груди вниз, к твердому доказательству моей потребности в ней.

— Я искренне одобряю это, — говорит она.

Боль в паху заставляет меня двигаться под ее прикосновением.

— Подожди, пока не увидишь его во всей красе. Это заставит тебя кричать от одобрения.

— Точно? — дразнит она, проводя надо мной горячую линию. — Или ты просто большой болтун?

— Я могу показать тебе сейчас, но пол выглядит довольно неудобным. Я бы предпочел более мягкое место, чтобы взять тебя. Хотя, если ты продолжишь это делать, я, возможно, не смогу ждать.

Нелл наклоняется ближе, ее рука смыкается и сжимает меня сквозь штаны. От этого чувства мои глаза закрываются, голова откидывается назад, пока не упирается в стену. Во мне нарастает первобытная потребность увести мою пару, полностью наполнить ее и целиком завладеть ею.

Звук шагов в коридоре заставляет ее отпрянуть, и Нелл соскальзывает с моих колен. Горгулья под моей кожей рычит, но я борюсь с желанием притянуть ее к себе. Она оборачивается, когда двое охранников входят в тренировочную комнату, и я знаю, что она заслоняет от них меня, насколько может.

— Принцесса, — говорит более высокий из двух мужчин, когда они оба кланяются. — Королева требует вашего присутствия. Прибыла делегация из Северного Королевства.

Вся поза Нелл напрягается, ее плечи напрягаются, и я не могу бороться с необходимостью защитить ее. Чтобы ослабить напряжение в мышцах. Я встаю, поправляя спадающую рубашку так, чтобы она висела над явным свидетельством нашей деятельности. Глаза охранников расширяются, когда они четко видят меня.

Я обхожу Нелл и предлагаю ей руку.

— Чтобы отблагодарить вас за лечение моих травм, пожалуйста, позвольте мне проводить вас.

Нелл кладет руку мне на предплечье, и я вознаграждаюсь, когда вижу, как напряжение в ее плечах немного спадает.

Глава 4

Нелл

Я излучаю спокойствие, пока мы идем в приемную моей матери. Появляются встревоженные лица моих людей, наблюдающих за нами с горящими от беспокойства глазами. Делегация из другого мерского королевства редко прибывает без предупреждения. Эти ситуации никогда не заканчивались хорошо. Я не позволяю собственным вопросам отражаться на моем лице. Улыбка на моем лице звучит уверенно, когда я приветствую собравшихся в залах, когда мы пересекаем сухую часть дворца. Приемная находится в центре дворца, рядом с дверями, ведущими в затопленные зоны. Впереди появляются напорные двери, сдерживающие объемы воды. Я думаю о тех, кто с другой стороны, о молодых, которые не могут передвигаться, о пожилых, предпочитающих свои формы с плавниками. Я надеюсь, что новости о делегации были сдержаны, но знаю, что это маловероятно. Как и в любом другом дворце, молва распространяется быстро. Сплетни здесь — собственная валюта.

Охранники у приемной кивают мне, но бросают обеспокоенные взгляды на присутствие Кэррика. Меня раздражает их вопросительный взгляд. Чтобы избежать каких-либо проблем, я обнажила зубы в улыбке, глядя на них.

— Мама послала за нами.

Выражение моего лица, должно быть, ужасающее, потому что охранники бледнеют, вся краска сходит с их лиц. Они отходят в сторону, чтобы позволить нам войти. Сцена передо мной расширяется, когда они открывают двери, моя мать сидит в дальнем конце, во главе стола. Ее взгляд скользит по моей руке на руке Кэррика, но затем она машет нам рукой.

— Моя дочь, Неллора, как вы все знаете.

Я прохожу мимо прищуренных глаз противоположной делегации с высоко поднятым подбородком и надменной улыбкой на лице. Подойдя к матери, я становлюсь позади нее и убираю руку с руки Кэррика, кладя ее прямо над ножнами для оружия.

Прищуренные глаза встречаются с моими, когда я оцениваю делегацию Северного Королевства. На их плечах лежит мрачная тяжесть. Как и ожидалось, они здесь по причине, которую мы не будем рады услышать.

— Пожалуйста, начинай, Фэллон, — говорит моя мать. — Сегодня у нас много дел. Ваш необъявленный визит несколько отбросил нас назад. Скажите нам, почему вы здесь.

Мужчина из Северного Королевства стоит, кланяясь моей матери, его светлые волосы сияют золотом в мерцающем биосвете. Даже маленькие существа сейчас чувствуют напряжение в этой комнате. Его глаза метнулись туда, где я стою, к Кэррику слева от меня, и что-то похожее на отвращение промелькнуло на его лице.

— Нас послали из-за дошедших до нас слухов о том, что вы укрываете посадочный модуль среди вас.

Его взгляды многозначительно смотрят на меня.

— Кажется, слухи верны.

Мгновенное желание шлепнуть мерзкого человека по лицу заставляет мои руки сжаться в кулаки. Я дышу размеренно и ровно и чувствую, как Кэррик приближается ко мне. Его присутствие успокаивает, и я остаюсь на месте.

Ответ моей матери именно то, что я ожидаю.

— Он посланник их Совета. Что мы могли сделать? Старые законы позволяют принимать дипломатических представителей. Он почетный гость уже много месяцев. Он скоро вернется к ним.

— Разве старые законы позволяют ему прикасаться к вашей дочери? Осквернить вашу наследницу, чтобы она не досталась никому из важных людей?

Ярость заливает лицо моей матери. Я легко узнаю это, так как в прошлом неоднократно подвергалась ее гневу. Я готовлюсь к буре.

— Это не ваше дело или кого-либо еще в Северном Королевстве, с кем моя дочь хочет взаимодействовать. Посланник пользуется уважением в соответствии с принципами, которыми мы связаны. Неуважительно относясь к нему и моей дочери, вы также оскорбляете меня.

Фэллон ухмыляется, кривя губы, и напряжение в воздухе нарастает.

— Слабая королева вообще не заслуживает уважения.

Его охранники синхронно вытаскивают оружие, мечи и электрошокеры искрят. Я достаю собственное оружие, тонкий импульсный пистолет, который мгновенно обжигает кожу. Мимо проносится размытое движение, и я прицеливаюсь. Мой палец сжимает спусковой крючок, прежде чем я узнаю, что Кэррик толкает меня назад, твердо вставая между моей матерью и мечом, направляющимся к ней. Свет вспыхивает, когда меч ударяет его в грудь, металл ударяется о камень его измененной формы, искры поднимаются в воздух. Он рычит, но стоит твердо, защищая маму от лобовой атаки.

Наши охранники пробиваются вперед, пытаясь добраться до места, где мы удерживаем свои позиции, и я слышу крики в коридоре, когда все больше людей спешат присоединиться к драке. Причина этой атаки ускользает от меня. Это кажется спланированным и скоординированным, но вопрос в том, почему. Они должны были знать, что потерпят неудачу в этом. А неудача могла означать только смерть.

Северная фракция прижимается ближе, сосредоточившись на моей матери и, как я понимаю, на мне. И причина этого внезапного нападения потрясает меня. Убей королеву и ее единственного наследника, и моими людьми некому будет руководить. Некому их защищать. Мы были единственным правящим домом без многочисленных наследников.

Кэррик рычит, отбрасывая одного северянина в сторону и вонзая кулак в лицо другому. Моя мать стоит за ним. Если кто-то из них доберется до нее, она будет сражаться, но пока она понимает, что разумно оставаться в пределах небольшого круга защиты, который мы для нее установили. Медный запах крови поднимается вверх, и кровожадная улыбка искривляет мои губы, когда передо мной появляется один из северных бойцов. Я стреляю, попадая ему в руку, но он все еще тянется ко мне, в его глазах блестит темная цель. Он делает выпад с кинжалом в одной руке, и я отскальзываю в сторону. Я чувствую жжение, когда острый край просто скользит по коже моего плеча, но прижимаю дуло пистолета к его животу. Там есть шов в его доспехах, слабое место, и когда я нажимаю на спусковой крючок, он спотыкается, его рука тут же опускается, чтобы прикрыть живот. Это смертельная рана, и, хотя я бы хотела стоять над ним и позволить своему лицу быть последним, что он увидит, у меня есть более важные дела.

Поднимается крик, боевой клич моего народа, и борьба наших врагов становится неистовой. Они потеряли преимущество, которое дала им внезапная атака. Теперь их единственная надежда закончить это, убив меня и мою мать. У меня нет намерения позволить этому случиться.

Моя рука горит при каждом движении, но я стискиваю зубы и отталкиваю боль. Каждый выстрел из моего пистолета убивает еще одного врага, на одного меньше угрозы для моей матери. Кэррик — стена рядом со мной, отражающая каждого нападающего, как если бы они были простым раздражением, и я знаю, что он будет удерживать свою позицию, пока это не закончится. Пока не победим.

Через несколько минут все кончено. Кровь окрашивает стены, и я чувствую ее блеск на коже, смешанный с собственным потом. Порез на моей руке вспыхивает от боли, но наши охранники добрались до нашего маленького убежища и помогают маме подняться на ноги. Рука падает мне на плечо, и я поворачиваюсь, мое оружие автоматически поднимается. Но это лицо Кэррика смотрит на меня сверху вниз, его глаза полны беспокойства, и мой желудок переворачивается при виде того, что он не ранен.

— Нелл, любовь моя, ты в порядке? — спрашивает он, и я улыбаюсь.

Мир качается у меня под ногами, внезапно шатается, и я моргаю, пытаясь сфокусировать зрение.

— Я в порядке, — говорю я.

Затем я падаю, все вокруг меня темнеет, когда я чувствую, как сильные руки Кэррика обхватывают меня и притягивают к себе.

Глава 5

Кэррик

Я прихожу в себя, когда рука Нелл сжимает мою, моргая и прогоняя овладевший мной сон. Ее красивое лицо раскраснелось, глаза все еще блестят от остатков лихорадки, но она слегка улыбается мне.

— Должно быть плохо, — умудряется сказать она.

Ее голос похож на сухое хрипение, и я тянусь к чашке с водой, поднимая ее голову, чтобы помочь ей напиться. Она проглатывает прохладную жидкость, а затем откидывается назад, встретив мои глаза.

— Ты выглядишь ужасно.

Я смеюсь, тугой узел беспокойства и страха немного высвобождается, когда она поддразнивает меня.

— Ты выглядишь прекрасно.

— Конечно, знаю, — говорит она. — В конце концов, я принцесса. Принцессы всегда прекрасны.

Я удовлетворяю свою потребность прикоснуться к ней, нежно проводя пальцами по ее щеке.

— Нет никого красивее и свирепее тебя.

— Такие милые слова только доказывают, насколько все было плохо на самом деле, Кэррик. Я была близка к смерти, не так ли? — говорит она прямо, ее деловой тон подчеркивает серьезность ситуации.

— Ближе, чем я мог выдержать, — отвечаю я.

Это единственное, что я могу сказать.

— Яд, да? На лезвии, которым меня порезали.

— Очевидно. Хорошо, что ты уклонилась от большей части этого удара, потому что, если бы ты получила полную дозу того, чем он был покрыт, я не думаю, что мы бы сейчас разговаривали.

Я сажусь на кровать рядом с ней и смотрю вниз, мой голос серьезный.

— Я не могу представить себе мир без тебя, любовь моя. Не сейчас, когда мы только что нашли друг друга.

Нелл тянется к моей руке, притягивая ее к своей груди и прижимая к ней. Я чувствую ровный стук ее сердца под своей ладонью. Это обнадеживает. В худшие моменты он был нитевидным и слабым, и королевский врач сообщил королеве Марен, что, по его мнению, ее дочь не выживет. Тогда мы были только вдвоем, Марен и я, сидя у постели женщины, которую мы оба любили. В ожидании конца. Надеясь, что он не придет.

— Как ты убедил их пустить тебя сюда? — спросила она. — Никто не беспокоился о моей добродетели?

Это вызывает у меня еще один смех.

— Они не могли оттащить меня от тебя. Я принес тебя сюда и не уходил. Уверен, охранники были готовы к решительным действиям, но твоя мать их отослала.

— Значит, наш секрет раскрыт, — говорит она без тени сожаления. — Знаешь, я надеялась на большое разоблачение. Шок и трепет, что-то в этом роде.

— Я думаю, это был шок, дорогая. Но твоя мать хорошо это восприняла.

На вопросительный взгляд, который она бросает в мою сторону, я пожимаю плечами.

— Она посмотрела на меня и сказала, что ее дочь могла бы сделать выбор и похуже. Я чувствовал, что это был искренний вотум доверия.

— Так и есть.

Нелл тянет меня вниз, касаясь моих губ своими, прежде чем отпустить меня.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал.

— Что угодно, принцесса.

Мой ответ вызывает у нее улыбку, и мое сердце сжимается в груди при виде этого. Я был так близок к тому, чтобы никогда больше этого не увидеть, и то, что оно есть сейчас, заставляет меня чувствовать, что все возможно.

— Я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью, Кэррик.

Команда в ее голосе заставляет мою кровь закипать, потребность полностью претендовать на мою пару вырывается на первый план. Но забота о ней всегда будет на первом месте.

— Поверь мне, я это сделаю. Но сейчас тебе нужен отдых и еда. Восстановление. Скоро будет время для большего.

Она приподнимается на локтях, ее бирюзовые глаза полны энергии и огня, которые я узнаю.

— Ты мне нужен. Вот что мне нужно.

— Я не хочу причинять тебе боль, Нелл. Я не могу рисковать навредить тебе.

Она садится, обвивая руками мою талию и держась. Ее пальцы скользят под край моей рубашки, скользят по моей обнаженной коже, и мой член мгновенно напрягается. Желание пульсирует в моих венах, давление нарастает только тогда, когда она поднимает подбородок и целует меня.

— Ты не причинишь мне вреда. Я хочу этого. Я хочу тебя, Кэррик. Всего тебя. Прямо сейчас.

Я стону, когда она снова целует меня, ее язык проникает мне в рот. Я беру ее на руки, сажаю к себе на колени, и ее ноги обвивают мою талию. Ее киска прижимается к моему твердому телу, и я чувствую исходящий от нее жар. Мой контроль слаб в этой битве, и я могу сломаться, поэтому уступаю ее требованиям.

— Мы будем делать это медленно. Осторожно.

В ее глазах торжествующая вспышка, и я качаю головой.

— Медленно и осторожно. Ради тебя.

Нелл кивает, и я стягиваю ее простую рубашку через голову. Ее груди обнажены, розовые соски уже натянуты и набухли, и я опускаю к ним рот. Она выгибается, когда я всасываю один внутрь, и держу ее, мои руки на ее пояснице, когда я провожу языком по красивой вершине. Не торопясь, я использую свой язык и малейшие края зубов, пока она не начинает извиваться у меня на коленях, а затем делаю то же самое с другим ее соском. Нелл выдыхает мое имя, и моя длина становится еще жестче. Звук моего имени, слетающий с ее губ, сексуальнее всего, что я мог себе представить.

Я провожу поцелуями вниз по ее животу, укладывая ее на спину, пока она не ложится на кровать, и я нависаю над ней, стараясь не касаться ее своим весом. Нелл приподнимает бедра, цепляясь за мои волосы, пока я спускаюсь вниз. Я цепляюсь руками за пояс ее трусиков и выворачиваю, тонкая полоска ткани рвется. Ее киска голая, влажная и блестящая, и аромат ее возбуждения поднимается вверх, возбуждая меня еще больше.

Я окунаю язык между ее складками, наслаждаясь ее вкусом. Это божественно, и то, как она стонет с каждым лизанием, только заводит меня. Нелл вздрагивает, когда я ввожу в нее палец, вращая им, пока она не начинает дрожать и хныкать. Второй палец растягивает ее еще сильнее, и я втягиваю в рот ее чувствительный пучок нервов. Ее мускулы сокращаются, ее ноги трясутся вокруг моей головы, и она выкрикивает мое имя, когда удовольствие овладевает ею.

Я успокаиваю ее нежными медленными движениями и ползу вверх по ее телу, когда она тянется ко мне. Нелл притягивает мои губы к своим и целует меня, ее аромат освежает мои губы. Когда мы отстраняемся, она рычит на меня.

— На тебе слишком много одежды, чтобы мы могли делать что-то еще.

Я смеюсь.

— Ты уверена, что готова к большему, принцесса?

— Сними одежду, — безошибочное требование, но она все равно добавляет последний акцент. – Сейчас же.

— Как пожелаешь, любовь моя.

Я стягиваю рубашку через голову, наслаждаясь тем, как ее глаза блуждают по моей груди, а затем одним движением стягиваю штаны и нижнее белье. Мой твердый член качается в воздухе, и она тянется к нему, широкая улыбка изгибает ее опухшие губы. Нелл прижимает поцелуй к кончику, заставляя меня стонать от желания.

— Ничего подобного, дорогая. Не в этот раз.

Она расслабляется, раскрывая мне руки, и я устраиваюсь в колыбели ее бедер. Ее глаза встречаются с моими, и я делаю вдох, затем бросаюсь вперед, прячась в ее тепле. Это как, наконец, вернуться домой.

Глава 6

Нелл

Растяжение, когда Кэррик входит в меня дюйм за дюймом, восхитительно, и пустота, которую он жаждал заполнить, затихает. Насыщенная. Он останавливается в самом конце меня, глубоко дыша, позволяя мне привыкнуть к его размерам. Его глаза прикованы к моим, и брачная связь между нами вспыхивает, ярко и мощно. Мы стонем вместе, когда это ощущение становится на место, усиливая близость всего, что мы чувствуем. Когда я сказала ему, что хочу всего его, я имела в виду это, но не знала, как это будет ощущаться. Это совершенство, недостающая часть, которая наконец-то найдена.

Кэррик опускает голову, целуя меня, и его глаза заволокло желанием. Я поднимаю бедра вверх, и он проскальзывает еще глубже, чего я и представить себе не могла. Мои ноги обхватывают его талию, и я цепляюсь за него, когда он начинает двигаться. Каждый толчок он делает осторожно, но не слишком нежно. Я чувствую, что двигаюсь по спирали, уже близка к тому, чтобы снова упасть, и Кэррик — это все, что удерживает меня на якоре в настоящем. Я хочу от него каждую частичку, и хочу, чтобы он потерял тот постоянный контроль, который, как я видела, он сохранял во всем остальном.

Я двигаюсь под ним, сжимая ноги и прижимая его еще ближе с каждым движением его огромного члена внутри меня. Его дыхание становится рваным, а кожа краснеет. Триумф охватывает меня, и я подталкиваю его, даже когда в моем лоне снова начинает расти электрическая напряженность. Я рядом, парю на грани ослепительного удовольствия и хочу взять его с собой. Нужно взять его с собой.

— Отпусти, — шепчу я ему на ухо. — Дай мне все это, Кэррик.

Кэррик рычит, его грохот вибрирует во мне, и его осторожные движения исчезают. То, что берет верх, является срочным и первобытным. Я вижу перемену в его взгляде, каменное существо внутри него смотрит на меня, и я знаю, что мои собственные глаза должны быть такими же. Древнее существо внутри меня поднимается на поверхность, присутствуя в этот важный момент. Истинное соединение себя и всего, что мы есть.

Я вижу это, когда обрывается последняя нить его контроля. Кэррик врезается в меня, задев самое глубокое место, и я больше не могу сдерживаться. Волна блаженства захлестывает меня, топит меня в ощущении, и я падаю, зависая там, пока он выкрикивает мое имя, изливая в меня все, что у него есть. Мы держимся друг за друга, пока толчки сотрясают нас обоих, закрепляя друг друга в шторме, который поднимает нас, а затем опускает обратно. Когда я снова могу видеть, звезды больше не танцуют перед моим взором, я вижу его красивое точеное лицо. Его каменные глаза теплые, в центре танцуют искры, и я знаю, что могу заглянуть в них и увидеть что-то новое, что-то прекрасное, навсегда.

Кэррик переворачивается, его член все еще внутри меня, и он прижимает меня к своей груди. Он целует меня в макушку, и я чувствую себя драгоценностью. Безопасность омывает меня, и сон угрожает утянуть меня вниз. Но я не хочу терять этот момент с ним.

Я изо всех сил пытаюсь что-то сказать, но тяжесть истощения слишком велика. Его талантливые пальцы снова стали нежными, скользя по голой коже моей спины успокаивающим узором.

— Ш-шш, любовь моя. Я держу тебя, — говорит он хриплым и теплым голосом.

Я прижимаюсь к нему, наслаждаясь тем, как его руки сжимаются вокруг меня, и перестаю сопротивляться. Сон побеждает, и я погружаюсь в мягкую, успокаивающую темноту, где знаю, что я в безопасности. Мечты приходят, и они все о нем. О Кэррике, обнимающем и любящем меня, всегда рядом со мной.

Эпилог

Пять месяцев спустя

Кэррик

Я смотрю, как Нелл плывет надо мной, каждый взмах ее хвоста сильный и уверенный, когда она маневрирует в темных водах. Я знаю, что охранники там, наблюдают за ней, но их не видно, и мы как будто единственные два человека в этом мире. Радужные чешуйки ее хвоста сияют, когда она находит луч солнечного света даже здесь, в глубине. Она выглядит такой свободной, скользящей по течению, и меня накрывает волна благодарности. В своей каменной форме я могу стоять здесь, быть частью этого славного момента с любимой женщиной в водах, которые являются ее домом, и делить с ней все это.

Нелл улыбается, и ее хвост опускается, подталкивая ее ко мне и в мои объятия. Когда я держу ее, брачная связь загорается, и я чувствую каждый удар ее сердца, синхронизирующийся с моим. Но теперь есть аккомпанемент, ритм двух крошечных сердец, которые я слышу на заднем плане, мчащихся вперед. Близнецы, растущие сильными и свирепыми в теле своей прекрасной матери.

— Готова вернуться? — спрашиваю я Нелл, и она кивает, еще глубже зарываясь в мои объятия.

Она кивает, и я прижимаю ее к себе, мои длинные, тяжелые шаги сокращают расстояние до шлюза дворца. Вода движется, когда охранники выстраиваются вокруг нас. После нападения Северного Королевства стража не ослабила бдительной охраны королевы Марен и моей пары. А поскольку близнецы уже в пути, охрана удвоилась. Это был редкий момент за пределами безопасных стен дома, и Нелл действительно нуждалась в нем. Скоро она будет привязана к своим ногам, пока не родятся дети, и я хочу, чтобы она каждое мгновение плавала в воде, которую любит, прежде чем ей придется оставить ее на время.

Впереди появляются двери замка, и Нелл ерзает у меня на руках. Я ухмыляюсь и отпускаю ее, посмеиваясь, когда она мечется вокруг меня, ловкая и неуловимая, последняя вспышка энергии прожигает ее, прежде чем мы вернемся внутрь. Она открывает рот, и льется музыка, прекрасная песня, которая прокатывается по глубине и отзывается эхом от существ, которых мы не можем видеть. Меня поражают легенды о сиренах, уверенный в том, что они пришли именно отсюда. Древние предки меров, поющие свои песни под волнами, заманивающие в ловушку всех в пределах досягаемости. Включая людей, которые осмелились пересечь огромные расстояния.

Войдя в шлюз, я поворачиваюсь и жду, пока Нелл присоединится ко мне. Она мечется вокруг, а затем плывет в камеру. Радость на ее лице наполняется интенсивным удовлетворением. Видеть, как эта женщина счастлива, для меня все. Замок закрывается за ней, и вода начинает уходить. Мерцание накатывает на Нелл, и ее хвост исчезает, заменяясь длинными ногами, которые мне так хочется снова обвить вокруг себя.

Я возвращаюсь в свою телесную форму и притягиваю свою пару к себе, прижимая поцелуй к ее губам, скользя пальцами по заметному изгибу ее живота. Она была великолепна с первого момента, как я ее увидел, ее изгибы были такими идеальными, что я не мог не представить, каково это быть с ней. Но теперь, когда она моя, а я ее, с нашими детьми, растущими внутри нее, она такая красивая, что иногда больно дышать. Теперь Нелл еще более пышная и полная, и каждое мгновение, когда я не в ней, вызывает у меня боль.

— Когда прибудут твои братья? — спрашивает она, пока мы вытаскиваем нашу сухую одежду из шкафчиков, в которых она хранилась, и одеваемся.

— Они будут здесь утром. Совет был распущен, и Коул работает над установлением более дипломатической системы с другими семьями. Он хочет нашего участия.

Нелл искоса смотрит на меня.

— Ты мог бы пойти встретиться с ними наверху. Я бы не возражала.

Я качаю головой.

— Невозможно, любовь моя. Они понимают, и им всем будет приятно увидеть, где сейчас мой дом.

— Мне нравится, что ты называешь это своим домом, Кэррик.

Когда она смотрит на меня, ее драгоценные глаза блестят от влаги. Она берет меня за руку, и мы оставляем замок позади, охранники расставляются вокруг нас, когда мы идем в наши общие покои.

— Трудно вспомнить, что, когда ты только прибыл, тебе приходилось следить за нападениями везде, куда бы ты ни пошел, а теперь ты бродиш по залам, как будто это место принадлежит тебе.

— Мне вроде как принадлежит это место, — поддразниваю я, подмигивая ей и сжимая ее руку. — Знаешь, супруг наследницы. Это значит, что я особенный.

Нелл смеется, и это медовое тепло разливается по мне. Совет мог прислать меня, чтобы нанести удар по моей семье, надеясь, что я не выживу. Но, в конце концов, они сделали мне одолжение, потому что их выбор привел меня к единственному месту, где я мог найти свою пару. Мою любовь. Мое будущее.

Нелл затаскивает меня в наши покои и целует, пока охранник проверяет, все ли в порядке. Я не скучаю по румянцу, заливающему его кожу, когда он выскальзывает обратно, дверь запирается за ним, когда он выходит в коридор. Оставив меня наедине с моей парой, чтобы делать все, что я себе представлял. Ее смех быстро превращается в вздохи, а затем в скулящие крики удовольствия, когда я снова и снова показываю свою любовь к ней.

Конец