15
Марго
Его живые глаза впились в мои, когда он посмотрел на меня сверху вниз. Воздух вокруг нас будто наэлектризован. Или, может быть, это из-за теплого румянца по всему телу. Когда взгляд Бека скользит к моим губам, я без тени сомнения знаю, что позволила бы ему поцеловать меня, если бы он захотел, как бы я ни злилась на него после прошлой ночи.
— Мистер Синклер? — Голос раздается позади меня.
Бек еще несколько мгновений смотрит на мои поджатые губы, прежде чем обернуться через мое плечо. Желание в его глазах сгорает так же быстро, как и появилось. Его черты становятся как обычно. Момент растворяется в воздухе.
Разочарование вспыхивает в моей груди.
— Это я, — отвечает он, обходя мое тело. Несмотря на то, что он больше не наблюдает за мной, он все же поддерживает этот момент, скользя рукой вниз по моей спине, пока она не останавливается на моей талии. Его рука мягко подталкивает меня вперед. Мои ноги шагают вперед сами по себе, мой разум слишком занят мыслями о том, вообразила ли я, что Бек хочет меня поцеловать, или нет.
Женщина, ожидающая нас, широко улыбается. — Отлично. — Она пристально смотрит на меня, в ее взгляде нет ни намека на осуждение, несмотря на то, что я не готова делать покупки в таком шикарном месте. — А кто у нас здесь? — Тон у нее приятный, совсем не снисходительный. Она мне уже нравится. Мне даже больше нравится ее стиль.
Бек убирает руку с моей талии в тот же момент, когда я делаю шаг вперед и протягиваю руку женщине. — Я Марго, — отвечаю я.
Ее рука холодная, когда она кладет ее на мою, и мы обмениваемся рукопожатием. — Марго…
— Просто Марго. — Она, вероятно, привыкла к женщинам, которые не ответят, пока вы не назовете их мэм или по фамилии. Мне не нужна такая формальность. Это кажется странным и ненужным.
Она кивает, прежде чем провести большим пальцем по плечу. — Ну, просто Марго, я Куинси.
Меня совсем не шокирует, что у нее такое классное имя, как Куинси. Ей невероятно идет. — Давайте вернемся в комнату и посмотрим, что вы думаете, — продолжает она, отступая на несколько шагов назад.
Я смотрю на Бека вопросительным взглядом. Его единственный ответ — вытянуть вперед руку. — После тебя.
Я понятия не имею, что влечет за собой модный продавец-консультант, но я очень рада узнать. Я уже все понимаю, пока она ведет нас по коридору с персиковыми дверями и кафельным полом на тон светлее.
Остановившись перед одной из дверей, она взялась за ручку. Я ожидаю найти крошечную комнату позади нее с несколькими развешанными нарядами. То, что я вижу, когда она открывает дверь, разбивает мои ожидания. — Добро пожаловать в наш VIP-люкс, — говорит Куинси, входя в комнату, которую можно назвать только роскошной.
Мои глаза бегают, не зная, что взять в первую очередь. В большом зале есть несколько разных пространств, предназначенных для одновременного использования VIP-люкс несколькими людьми. На данный момент единственные люди в комнате — это мы. Она идет в самый конец, останавливаясь у самой большой постановочной гардеробной в гостиной.
Я смотрю на наши отражения в зеркале, которое простирается от пола до потолка. У него есть части, которые выходят сбоку, что дает вам возможность примерить наряд и осмотреть его с панорамным видом. Бархатная кушетка стоит у другой стены, сиденье достаточно большое, чтобы вместить три или четыре тела. Дорого выглядящие подушки сидят на каждом конце этого. Бек садится посередине, выглядя несколько неуместно рядом с блестящей, мерцающей тканью подушек. Перед ним стоит круглый кофейный столик, на нем аккуратно сложены дорогие журналы. Несколько обувных коробок лежат рядом с журналами, крышки все еще закрыты.
Куинси останавливается перед блестящей вешалкой для одежды, проводя рукой по разным предметам, висящим на ней. — Мистер Синклер здесь заполнил форму о своих предпочтениях в одежде, поэтому я пошла дальше и выбрала варианты в соответствии с тем, что он заполнил, а также с текущими тенденциями стиля. Я всегда могу натянуть больше после того, как вы примерите пару нарядов. Сойдёт?
Я киваю, слишком занятая тем, что смотрю на Бека, чтобы ответить ей словами. Почему-то меня зацепил тот факт, что прошлой ночью Бек нашел время, чтобы заполнить анкету. Сомневаюсь, что он имеет какое-либо представление о моем обычном стиле, но на самом деле важна мысль.
— Ты действительно сделал это? — спрашиваю я сдавленным голосом, а в животе порхают бабочки.
Бек пренебрежительно машет рукой. Он вытаскивает свой телефон и смотрит на экран, не удосужившись ответить на мой вопрос. Он не должен. Чувство все равно имеет значение в любом случае, даже если он не хочет привлекать к нему внимание.
Мы все трое молчим несколько секунд. В конце концов, Куинси хлопает в ладоши, прежде чем снять с вешалки несколько вещей. — Давайте попробуем кое-что!
Я рискнула еще раз взглянуть на Бека, но он слишком увлечен своим телефоном, чтобы обращать на меня внимание. Куинси передает наряд с ободряющей улыбкой на лице. Она указывает на большую дверь слева от дивана, на котором сидит Бек. — Если вы хотите переодеться там, и как только вы его наденете, мы можем поговорить о подгонке и о том, что вам нравится и не нравится в этом.
— Понятно. — Я делаю шаг в комнату и закрываю дверь. Даже гардеробная более экстравагантна, чем необходимо. В комнате есть еще одно большое зеркало, бархатный стул из розового золота и журнальный столик с визитками и бутылками с водой. Я вешаю вешалки на крючок на стене, беря то, что Куинси выбрала для меня, чтобы примерить в первую очередь. Небольшой румянец покрывает мою шею, когда я замечаю белье, свисающее с другого крючка на стене. Я тяну бирку на лифчике, потрясенная, обнаружив, что лифчик моего точного размера. Я должна не забыть поблагодарить Куинси за мысль. Мой старый спортивный бюстгальтер и короткое нижнее белье для мальчиков, вероятно, были не лучшим выбором нижнего белья в течение дня. В свою защиту, когда Бек сказал мне, что у нас назначена личная встреча за покупками, я подумала, что кто-нибудь просто прогуляется со мной по магазину и поможет выбрать наряды. Я не думала о том, что кто-то другой выберет их для меня и я должна буду всё примерить.
Бюстгальтер и стринги, выбранные Куинси, будут лучше сочетаться с примеркой вещей, чем мой выбор сегодня утром. Моя единственная проблема заключается в том, что если я надеваю белье, особенно стринги, мне кажется, что я должна забрать его домой. Пожав плечами, я сдергиваю бирки с кружевной ткани телесного цвета. Куинси делает это все время. Это должно быть то, что нужно сделать здесь.
Мне не нужно много времени, чтобы снять леггинсы и толстовку. Сняв лифчик и нижнее белье, я аккуратно складываю их и запихиваю на самое дно сумочки. Затем я просовываю руки через лифчик и застегиваю его на спине, поражаясь тому, как он идеально сидит на моей груди. Это очень удобно, но все же дает им хороший подъем. Я перешагиваю через каждую сторону стрингов, натягивая их на бедра и располагая каждую сторону над тазовыми костями. Несмотря на высокий крой ткани, это очень удобно. Благодаря тонкой ткани нет линий на трусиках.
Я делаю шаг ближе к одежде, висящей на стене, осматривая наряд, который Куинси выбрала для меня. Серое платье-свитер выглядит невероятно удобным, но в то же время достаточно шикарным, чтобы носить его на работу.
Сейчас, когда на дворе октябрь, здесь, в Нью-Йорке, витает осенний холод, и я в восторге от этого. Мне никогда не нравилось, что в Калифорнии нет четырех времен года. Мне нравится видеть, как меняются листья на деревьях в Центральном парке, как воздух пахнет по-другому, когда лето переходит в осень. Несмотря на то, что большинство людей это раздражает, есть что-то особенное в том, чтобы укутаться здесь в холодный январский холод. Я люблю наматывать огромный шарф на шею и пытаться покрыть каждый сантиметр своей голой кожи. Когда укус зимы исчезает и начинают распускаться цветы, это захватывающе. Я не понимала, как сильно я жаждала испытать каждое время года, пока у меня не остался только один сезон в Калифорнии.
Я осторожно снимаю платье-свитер с вешалки, восхищаясь маслянисто-мягкой тканью. Он легко скользит по моему телу, обволакивая меня роскошной тканью, которую я носила бы каждый день своей жизни, если бы могла.
Подойдя к зеркалу в комнате, я оцениваю свой внешний вид. Я не только влюблена в ощущение платья на своем теле, я одержима тем, как оно на мне сидит. Я провожу руками по ткани, разглаживая ее. Он останавливается у меня на середине бедра. Пара прозрачных черных колготок была бы уместна в офисе в качестве помощницы Бека, но я могла бы легко одеть их, не надев колготки и вместо этого надев пару высоких сапог. Я снимаю с крючка черную кожаную куртку и надеваю ее, наслаждаясь тем, как меняется наряд с добавлением кожаной куртки.
Как будто она телепат, раздается стук в дверь и звучит голос Куинси. — У меня есть пара ботинок для вас, чтобы примерить. Мистер Синклер угадал размер обуви.
Открывая дверь, я обнаруживаю, что она держит именно то, с чем я представляла себе платье, если бы я его одевала. Я хватаю их, благодарю ее и снова закрываю дверь. Сев на место, я надеваю каждую. Я протягиваю их по всей ноге, пока между верхом ботинка и низом платья не остается лишь небольшое количество кожи. На задней части ботинок есть шнурки до середины икры.
Ботинки идеально подходят. Я понятия не имею, откуда Бек знал, что он делал, но, судя по первому костюму и тому, как он сидел, он совсем не плохо поступил, когда заполнил информацию о встрече.
Вместо того, чтобы смотреться в зеркало в маленькой комнате, я открываю дверь и вхожу в большую комнату, где ждут Бек и Куинси. Куинси стоит рядом с зеркалом, сияя, когда я делаю шаг на платформу и делаю небольшое вращение.