Информация о переводе:

Перевод: Rosland

Редактура: Rosland

Русификация обложки: Alena_Alexa

Глава 1

С тех пор как Белла сбежала, дома было довольно напряжённо, поэтому я не удивилась, что Джин была такой угрюмой за завтраком. Я также чувствовала себя немного преданной из-за решения Беллы покинуть нас. Слушайте, я понимаю, почему Белла посчитала, что должна уйти, но оставить нам записку после всего, через что мы прошли…это просто ненормально. Она должна лично сказать нам, что уходит.

— Ты сегодня будешь осторожна, правда, Тесса? — спросила меня Калли, когда мы надевали обувь.

Джин уже ушла из дома, отправившись на поиски лекарства от проклятия Беллы. Тем временем я искала саму Беллу. Каждый день я путешествовала по мирам в поисках своей сестры. Я пока не нашла никаких следов Беллы, но, как я и сказала Джин за завтраком, я не собиралась сдаваться. Я обыщу все миры вселенной, если это понадобится, чтобы найти её.

— Я всегда осторожна, — сказала я Калли, подмигнув и улыбнувшись.

— Конечно, — хмыкнула моя приёмная мать.

— Ладно, может, я и не всегда осторожна, — признала я. — Но я обещаю, что буду осторожна в своих поисках Беллы.

— И всё же я бы хотела, чтобы ты взяла с собой кого-нибудь для подкрепления. — Калли надела свою кожаную куртку. — Во вселенной так много опасных миров.

— Да не особенно. Боги и демоны соблюдают перемирие, так что в последнее время в каждом мире, который я посещала, было по-настоящему тихо, — я собрала волосы в высокий хвост. — Но ты можешь присоединиться и подстраховать меня.

— Я бы с удовольствием, но Легион Ангелов сегодня вызвал меня на работу.

— На какую работу?

Она покачала головой.

— Я понятия не имею. Они очень секретничают по этому поводу.

— Да, ну, ты же знаешь, какие они, ангелы.

— Да, я знаю, какие они, ангелы, — она наградила меня суровым взглядом. — И ты тоже, Тесса.

Калли всегда предупреждала меня об ангелах. Она предупреждала меня об ангелах даже больше, чем когда-либо предупреждала о них кого-либо из моих сестёр и брата. Вместе взятых. И теперь Леда была замужем за ангелом, Белла встречалась с одним из них, а Зейн вроде как встречался с одной из них. Калли следовало бы предупредить их троих, а не меня. Я никогда не встречалась с ангелами. Я просто флиртовала с ними ради забавы.

Раздался звонок в дверь.

— Я открою, — сказала я, надевая серьги на пути к двери.

— Привет, Тесса.

Я подавила вздох и искушение снова закрыть дверь и притвориться, что меня нет дома. Мужчина на нашем пороге не представлял угрозы, но я действительно не хотела с ним сейчас разговаривать.

— О, это ты. Привет, Джеймс, — я не отходила от двери. Я не хотела, чтобы он думал, что может зайти внутрь.

— Я пытался дозвониться до тебя.

Он точно пытался. Семнадцать раз.

— Ты не отвечала, — это было не утверждение, а обвинение.

— Да, я была занята…

— Я думал, мы отлично провели время, Тесса.

Я заставила себя улыбнуться. Я один раз сходила на свидание с Джеймсом. Один раз. Свидание не было таким уж захватывающим. Между нами не было ни искры, ни связи, ничего такого. И большую часть свидания он пялился на мою грудь. Парни часто делали это со мной, и это так раздражало.

— Нам стоит снова сходить на свидание, — сказал он.

Нет, не стоит. Я заинтересовала его только потому, что, по его мнению, хорошо смотрелась в его объятиях. Пф. Я вам не декоративная кукла.

— Как насчёт сегодняшнего вечера? — его взгляд, как и следовало ожидать, опустился на мою грудь.

Он нахмурился, прочитав надпись, выполненную стразами на моей облегающей чёрной футболке: «Я надираю задницы и при этом классно выгляжу».

— Извини, Джеймс, но я просто не воспринимаю тебя в таком плане, — сказала я.

Умный человек ушёл бы прямо сейчас, но Джеймс в этом отношении был не самым сообразительным парнем.

— Ты что, просто строишь из себя недотрогу? — потребовал он, нахмурившись ещё сильнее.

— Нет. Я просто не хочу с тобой встречаться.

— А должна.

Я закатила глаза, глядя на него.

— Мне не нужно, чтобы ты говорил мне, чего я хочу, благодарю покорно.

— Парни предупреждали меня о тебе, Тесса Пирс. Они говорят, что ты кокетка, которой нравится играть с мужчинами.

Я скрестила руки на груди и холодно посмотрела на него.

— Ну, если ты так обо мне думаешь, то, думаю, ты всё-таки не захочешь со мной встречаться.

— Может, и не захочу, — но его взгляд снова опустился на мою грудь.

— Серьёзно, чувак? Я не кукла.

— Я это знаю.

— Нет, ты не знаешь. Вот почему ты можешь сейчас потеряться нафиг, — я схватилась за дверную ручку.

Его рука заблокировала дверь, прежде чем я успела захлопнуть её перед его глупым лицом.

— Ладно, хорошо. Если ты действительно хочешь продолжать в том же духе, то так тому и быть, — я щёлкнула пальцами, и он исчез.

Калли встала рядом со мной, осматривая окрестности нашего дома.

— Ты заставила этого идиота исчезнуть, — произнесла она с невозмутимым видом.

— Да, — фыркнула я.

— Куда ты его отправила?

— Я только что телепортировала его в один из миров, которые посетила на прошлой неделе. У них там прекрасное поселение, полное очень красивых женщин.

— Это не похоже на наказание для такого парня, как он, — заметила Калли.

— Просто подожди, пока он не обидит одну из этих очень красивых женщин. У них весьма суровое наказание за «неджентльменское поведение».

— Насколько суровое?

— Множество курсов о том, как относиться к своим ближним с уважением. И они не отпустят тебя, пока ты не исправишь свои дурные привычки.

Калли усмехнулась. А я вздохнула.

— Почему я никогда не смогу встретить приличного парня?

Она тоже вздохнула.

— Я задаю себе этот вопрос уже более двадцати лет.

Я оживилась.

— Я могу организовать тебе ещё свидание.

Она нахмурила брови.

— Я думала, ты не знаешь ни одного приличного парня.

— Я не знаю ни одного приличного парня моего возраста. Есть куча приличных стариков, которые ищут любви, — я ухмыльнулась ей. — Например, ангелы.

— Ты не назначишь мне свидание с ангелом, — сказала Калли.

Я начала хохотать.

— Я серьёзно, Тесса.

— Да, ты очень серьёзная. И совсем не весёлая, — я надулась на неё. — Ну, думаю, мне пора идти, — я вышла на улицу.

— Тесса.

Я оглянулась на неё.

— Да, да, я поняла. Никаких свиданий с ангелами для тебя.

— Вообще-то, я собиралась напомнить, чтобы ты вернулась к ужину. Я только что узнала от Зейна, что он сегодня вечером возвращается домой.

Мысль о том, что я снова увижу своего брата, заставила меня улыбнуться.

— Я буду там.

После этого я на мгновение сосредоточилась на своём следующем пункте назначения. Затем, надеясь, что это, наконец, тот самый мир, где я найду Беллу, я развернулась и телепортировалась прочь.

На несколько мгновений я ощутила знакомую тёплую невесомость, а затем всё пошло наперекосяк. Что-то холодное, твёрдое и увесистое вцепилось в меня, выдёргивая из потока телепортации.

Я приземлилась с глухим стуком. Я медленно оторвала своё побитое тело от земли и огляделась. Здесь не было ни деревьев, ни солнца, ни неба, вообще никакой природы. Я оказалась внутри здания. Оно было похоже на склад. Нет, не совсем как склад. Это был длинный, казавшийся бесконечным коридор, освещенный искусственным светом.

Я услышала медленный, размеренный, щёлкающий звук. Как если бы вода капала на пол, как звук, сталкивающийся с тишиной.

Где бы я ни была, каким бы миром это ни было, я должна выбраться отсюда. Всё это место пропиталось отчаянием. Сосредоточив свои мысли на доме, я попыталась открыть портал между мирами.

Ничего не произошло. Моя магия не смогла найти дорогу домой.

Что означало, что я здесь в ловушке. Где бы это «здесь» ни было.

Глава 2

Поскольку я не могла телепортироваться из этого места, я сделала единственное, что могла: пошла по коридору, чтобы посмотреть, куда он меня приведёт. Я надеялась, что найду что-нибудь, что поможет мне вернуться домой, или, по крайней мере, подсказки, которые помогут понять, где я нахожусь. Неплохо было бы найти выход из здания. Или окно с видом на улицу. Но в этом тёмном, наводящем тоску месте, казалось, не было ни одного окна.

Стены по обе стороны широкого коридора были уставлены металлическими полками. И эти полки были заставлены ящиками. Я заглянула в один из ящиков и обнаружила там что-то похожее на детали машин. Возможно, я на фабрике.

Я подошла к открытой двери. В замок был вставлен очень большой ключ. Ключ был уродливой формы, почти как сделанный на скорую руку. Как будто кто-то поспешно — и довольно бессистемно — соорудил его из тех же самых случайных деталей, которые я видела в одном из ящиков.

Я прошла через открытую дверь и оказалась в соседней секции здания, которая выглядела почти так же, как предыдущая. Эти секции напомнили мне вагоны поезда — ну, если бы вагоны были без окон и размером с целые здания.

В этой секции одно заметное отличие: несколько ящиков валялись перевёрнутыми, а пол усеян деталями машин. В предыдущей секции ящики были в идеальном порядке, красиво и аккуратно расставлены на полках.

Я обошла груды деталей на полу. К сожалению, я не была ни учёной, ни кузнецом, ни кем-либо даже отдалённо подобным. Я не знала, что это за детали и могут ли они вообще помочь мне добраться домой.

Я услышала стук молотка и лязг металлических деталей — те же звуки, которые я слышала, когда Джин что-то чинила в нашем гараже. Здесь неподалёку был кто-то ещё.

Я продолжила идти по длинному коридору, и звуки работы по металлу становились всё громче. Наконец я увидела его: мужчина стоял за верстаком.

Мужчина выглядел ненамного старше меня. Он был одет в чёрный комбинезон, который Джин надевала, когда проводила долгие часы за работой в гараже. Его длинные волосы на фоне чёрной одежды сияли, как лунный луч.

Он взмахнул руками над серебряным мечом, лежащим на верстаке. Нити магии заскользили по его рукам, вливаясь в меч. Лезвие запульсировало, затем на металле появились слабые руны.

Мужчина резко поднял голову, и его янтарные глаза встретились с моими.

— Как ты сюда попала?

Я так обрадовалась, обнаружив, что я здесь не одна, что не позволила его суровому лицу или резкому тону отпугнуть меня.

— Не знаю, — сказала я. — Я телепортировалась и каким-то образом оказалась здесь.

— Это невозможно, — рявкнул он. — Это здание непроницаемо. Ты не можешь телепортироваться ни внутрь, ни наружу.

— Ну, по-видимому, это не так.

— Ты попала внутрь, — он вернул своё внимание к мечу, который он создавал. — Это значит, что ты можешь выбраться.

Он говорил мне уходить. Как грубо.

— Я телепортировалась сюда по ошибке, — терпеливо объяснила я. — И теперь, похоже, я не могу телепортироваться отсюда обратно. На самом деле, я даже не знаю, где нахожусь.

Он оторвался от своей работы, явно раздражённый.

— Ты в Завесе.

Я слышала о Завесе. Это место между мирами, через которое люди проходили при телепортации. Должно быть, во время телепортации мой разум был отвлечён, и я застряла на полпути. Просто прекрасно.

— Ты можешь помочь мне добраться домой? — спросила я сварливого магического кузнеца.

— Нет.

— Не можешь? Или не хочешь?

Он проигнорировал меня. Ему действительно нужно поработать над своими навыками межличностного общения. Что ж, я думаю, так бывает, когда кто-то работает в полном одиночестве и в темноте, как сейчас.

Я сделала несколько шагов вперёд, затем уставилась на него через широкий верстак.

— Итак, чем ты занимаешься?

— Работаю, — он даже не поднял головы.

— Ты создаешь бессмертные артефакты. Это довольно круто, — я указала на руны на его мече; это были отличительные руны бессмертного артефакта. — На свете осталось не так много живых людей, которые способны создавать бессмертные артефакты.

— Может быть, я мёртв.

Очаровательно.

— Выглядишь живым, — сообщила я ему.

— Спорное утверждение.

Ладно, это совершенно не помогало. Но что ещё я могла сделать? Магический кузнец был здесь единственным, у которого я могла спросить дорогу. Коридор заканчивался тупиком в нескольких десятках шагов от него. Из этого здания должен быть выход, но я его не видела.

Этот парень должен что-то знать. Может, он проникнется ко мне теплотой, если я не поскуплюсь на комплименты. Он создавал бессмертные артефакты, значит, должен быть умён. А большинство умных людей любили поговорить о том, какие они умные.

— Итак, как это работает? Создание бессмертные артефакты? — спросила я у него. — Ты используешь магию жизни или смерти?

Он вскинул голову. В его глазах промелькнуло удивление.

— Откуда ты так много знаешь о том, как создаются бессмертные артефакты?

— Ну, моя сестра Леда знакома со многими, эээ, довольно эксцентричными людьми, которые много чего знают о том, как работает магия. Они рассказали ей о бессмертных артефактах, а затем она рассказала мне. Видишь ли, наша сестра Белла с самого рождения была связана с бессмертным артефактом.

Его глаза подозрительно сузились.

— Это невозможно.

— В этом нет ничего невозможного. Демон…ну, на самом деле, полудемон и демон… Ну, они создали Беллу и бессмертный артефакт и…

— Демоны не знают, как создавать бессмертные артефакты.

Он сказал это так, словно это был неопровержимый факт.

— Демоны не совсем знали, что они творят, — сказала я ему. — Другая демоница, по-настоящему злая демоница, заставила магического кузнеца подёргать за какие-то ниточки за кулисами, чтобы создать Беллу и артефакт. Всё это очень сложно, но в конечном итоге эта ужасная демоница сделала кое-что плохое с бессмертным артефактом. И с Беллой тоже. Так что теперь бессмертный артефакт — часть её, и она проклята.

Его бровь дёрнулась.

— Твоя сестра проклята, потому что какие-то невежественные демоны связались с силами магии, которых они не понимают. Тебе повезло, что твоя сестра всего лишь проклята, а не мертва.

— На самом деле, демоница хотела проклясть Беллу.

Уголки его рта поджались.

— Демоны — дураки.

— Но ты не дурак. Ты разбираешься в бессмертных артефактах, — я указала на груду оружия и доспехов на его рабочем столе. — Ты мог бы излечить мою сестру.

— Возможно, я смог бы. Но проклятия бывают разных форм. Мне нужно увидеть её, чтобы знать наверняка.

— Так ты мне поможешь? — спросила я с надеждой.

Он покачал головой.

— Нет, не помогу. Я застрял здесь. Мне нужно работать.

Он был таким раздражающим. Но я не сдавалась. И я тоже умела раздражать.

— Белла — хороший человек, — сказала я. — Она не заслуживает того, чтобы её проклинали.

— Хорошие люди не часто получают то, чего заслуживают, — проворчал он. — А плохие люди редко получают по заслугам.

Какой веселый девиз по жизни.

— Я могла бы заплатить тебе, чтобы ты помог моей сестре, — предложила я.

Он, казалось, на мгновение задумался над моим предложением, но потом сказал только:

— Она тебе не сестра.

— Ещё какая сестра! — запротестовала я.

— Ты сказала, что твоя сестра демон. Ты не демон, — в его голосе слышалось нетерпение. — Ты джинн.

Я упёрла руки в бока.

— Откуда ты можешь это знать?

— Джинны умеют телепортироваться. А ты телепортировалась сюда.

О, точно. Очевидно.

— К тому же, я могу читать магию людей, — добавил он.

— Ты умеешь читать магию людей и творить с помощью магии? — мои руки соскользнули с моих бёдер. — Эй, ты прямо как подруга моей сестры Арина.

— Я не знаю никакой Арины.

Конечно, он её не знал.

— Но я умею гораздо больше, чем просто читать и творить магию.

— Хорошо, а что ещё ты умеешь? — спросила я его.

Он поднял руки и широко развёл их в стороны.

— Всё.

Ого, ну не хвастун ли?

— Когда ты говоришь «всё»…

— Я имею в виду буквально всё, — огрызнулся он. — Я Бессмертный.

— Бессмертный? — я изумлённо уставилась на него. — Бессмертный в смысле С-Большой-Буквы-Бессмертный?

Он нахмурился, глядя на меня.

— Ты очень странная.

— А ты Бессмертный! — обрадованно отозвалась я.

Мой мозг переваривал эту новую пикантную информацию.

— Да, я Бессмертный. Я уже говорил это, — коротко ответил он.

— Бессмертных почти не осталось.

— Я в курсе.

Он поморщился, как будто это заявление причинило ему боль, как будто я надавила на кровоточащую рану. Но Стражи убили Бессмертных тысячи лет назад. Меня не удивило, что воспоминание причинило боль, но дело не только в этом. Эта рана до сих пор свежа для него.

Интересно, почему. Я была знакома с Евой и Джиро, двумя очень старыми Бессмертными, которые были свидетелями конца своей цивилизации; и хотя они явно всё ещё несли в себе эту боль, она не заставляла их застывать так, как этого Бессмертного.

Наверное, некоторые люди хранят своё горе гораздо дольше, чем другие. Но это не просто горе. Это страх. Он выглядел испуганным, как будто не знал, что война закончилась.

— Ты прячешься здесь, в Завесе, не так ли? — спросила я его. — Скрываешься от Стражей?

— Прячусь? Ты так думаешь? — он с отвращением рассмеялся. — Нет, я не прячусь. Я не прятался, когда Стражи ополчились на нас, когда они убивали моих людей. Я остался и сражался изо всех сил, что у меня были. Но они схватили меня.

Я оглядела зал, и всё встало на свои места.

— Ты пленник, — осознала я. — И это твоя камера.

— Наконец-то ты поняла, — мрачно произнёс он.

Он был пленником на протяжении тысячелетий. Это, несомненно, объясняло отсутствие у него надежды. Это также объясняло, почему он сказал, что не может мне помочь. Потому что он заперт здесь, в этом здании. Но подождите… Если заклинание удерживало его здесь, это означало, что я тоже застряла здесь.

— Стражи поместили тебя сюда, не так ли? — тихо спросила я.

— Кто же ещё? — он слабо рассмеялся, плюхаясь на стул. — Они схватили меня, потому что хотели использовать мои таланты. А когда я отказался, они бросили меня сюда. Я бы предпочёл, чтобы они просто убили меня, как убивали всех остальных.

Я обошла верстак и села рядом с ним.

— Мы найдём способ выбраться отсюда.

Он покачал головой.

— Ты совсем не понимаешь. Я знаю, как отсюда выбраться.

Я моргнула.

— Подожди, что?

— Но если я решусь на этот побег, я дам Стражам именно то, чего они от меня хотят.

— Я не понимаю, — сказала я, нахмурившись.

— Ты видела открытую дверь?

— Да, ту, в которой торчит магический ключ.

— В этой тюрьме много дверей. Каждая дверь — головоломка, которую нужно разгадать. И каждое решение приближает меня на шаг к выходу, — он глубоко вздохнул. — Я решил эту первую «головоломку» вскоре после того, как попал сюда. Только позже я понял, что это был трюк. Дверца была точной копией моего собственного сейфа дома, — в его голосе появилась горечь. — Но я был так очарован своей сообразительностью, когда понял, как её открыть, что не остановился и не подумал. И вот, когда я сделал этот волшебный ключ, я показал Стражам, как сделать ключ от моего сейфа. Они украли мои исследования, мои секреты, в том числе самый мощный из всех: как создавать бессмертные артефакты и как их использовать. Стражи применили эти знания, чтобы убивать моих людей, чтобы заманить их души в ловушку бессмертных артефактов.

— Подожди… заманить их души в ловушку?

— Ты знаешь, как создаются мои бессмертные артефакты! — проревел он. — Посредством убийства Бессмертных!

Я уставилась на него, широко раскрыв глаза.

— Ты — Санфайр, легендарный Бессмертный магический кузнец.

Глава 3

Санфайр отложил свои инструменты, и его глаза сузились, когда он посмотрел на меня.

— Ты слышала обо мне?

— Конечно. Все о тебе слышали, — ответила я. — Как я уже сказала, ты легенда.

— Только мёртвые становятся легендами, — произнёс он тем циничным тоном, которого я уже ожидала от него.

— Ты должен быть мёртв, — тихо сказала я.

— Да, я действительно мёртв, — ответил он, подавленно фыркнув.

— Нет, я имею в виду, что люди думают, что ты мёртв. Но это не так. Это важно! Тот факт, что легендарный Санфайр жив и спустя столько времени… это всё изменит! Это переломит ход нашей войны против Стражей.

— Слишком поздно для этого, — он тяжело вздохнул, и его грудь будто сдулась. — Стражи уже победили. И я их пленник.

— Но ты можешь сбежать! Я могу помочь тебе.

— Я говорил тебе, что единственный способ выбраться отсюда — это дать Стражам то, что они хотят.

Санфайр прошёл несколько шагов до конца коридора. Я последовала за ним.

— Это единственный способ выбраться отсюда, — он указал на дверь, замаскированную в стене. — Следующая загадка Стражей.

— Что это за загадка? — спросила я.

— Это не имеет значения, — он повернулся спиной к запертой двери. — Я не буду её решать.

— По крайней мере, скажи мне, что это за головоломка, — попросила я. — Теперь, когда мы знаем игру Стражей, возможно, мы сможем понять, как открыть эту дверь, не помогая им.

— Это не сработает.

— Пожалуйста, — я улыбнулась ему. — Подыграй мне.

Он вздохнул.

— Дверь открывается только с помощью магии, но магия на дверь не действует.

— Это… странно.

Я задумалась над загадкой и над тем, зачем Стражам понадобилось её создавать. Ответ пришёл ко мне почти сразу.

— Стражи — это как дверь, сила, которая сводит на нет магию, — сказала я. — Итак, если ты сможешь понять, как сделать так, чтобы дверь, которая сводит на нет магию, обладала магией…

— Тогда Стражи могут использовать это, чтобы понять, как наделить себя магией, — закончил Санфайр, сползая по стене и садясь на пол, как будто признавая своё поражение. — После того, как я открыл первую дверь, Стражи показали мне, как они взломали мой сейф. И они заставили меня наблюдать за работой их приспешников. Я видел, как они использовали украденные у меня знания, чтобы заставить своих приспешников создавать бессмертные артефакты. И я видел, как они убили так много моих сородичей.

Я присоединилась к нему на полу.

— Ты должен знать, что Стражи заставили тебя смотреть это только для того, чтобы ты потерял надежду и подчинился их воле.

— Я знаю, — сказал он срывающимся голосом. — Но я не буду им помогать. Даже если это означает, что я застряну здесь навсегда, — он поднялся на ноги.

— Вечность — это долгий срок, — сказала я, следуя за ним к его рабочему месту.

Он снова начал работать над артефактами.

— Санфайр, если ты действительно сдался, то зачем создаёшь бессмертные артефакты? — спросила я.

— Ты имеешь в виду этот? — он поднял меч, над которым работал. — Это не бессмертный артефакт, или, по крайней мере, пока им не является.

— Потому что нет бессмертной души, которая придала бы ему силу. Но тогда зачем тебе создавать…

Я посмотрела на меч и другое оружие и доспехи на верстаке. Внезапно я поняла, что именно он делает.

— Я создаю новый вид артефакта, — сказал он мне. — Я создаю комплект, питаемый одной душой и объединённый целью. Бесшовный. Могущественный.

— Ты не планируешь жить вечно, не так ли? — ахнула я.

Он вытер пот со лба.

— Я и так прожил слишком долго. В этой жизни для меня ничего не осталось.

— Когда этот набор бессмертных артефактов будет готов, ты собираешься покончить с собой, не так ли? Ты собираешься использовать свою душу, чтобы наполнить их энергией.

— Да.

— Но это же самоубийство!

— Значит, так тому и быть, — его слова были пустыми, безнадёжными.

Нет, я не могла этого допустить. Я не позволю ему вот так разбрасываться своей жизнью. Это неправильно.

— Но тогда… — я пыталась придумать что-нибудь, какой-то способ заставить его пересмотреть свой план. — Если ты сделаешь это, то дашь Стражам именно то, что они хотят: комплект могущественных бессмертных артефактов!

— Они больше ничего от меня не получат, — прошипел он. — Когда Стражи предали нас, когда они убили Бессмертных, они раскололи цивилизацию на куски. Мы единственные существа, обладающие сбалансированной магией. Без нас — без тех, кто мог бы поддерживать равновесие во Вселенной — всё развалилось. Все, кто остался — все сверхъестественные существа, все божества — присоединились к себе подобным и ополчились против всех остальных. И теперь вселенная — и вся магия в ней — расколоты, разделены на части.

— Пока люди сражаются друг с другом, они не сражаются со Стражами, — прокомментировала я.

— Да, таков план Стражей. И теперь они пожнут то, что посеяли, — Санфайр указал на оружие и доспехи, лежавшие на его рабочем столе. — Я разработал эти артефакты так, чтобы они отличались от других, которые выпущены раньше. Когда они будут готовы, ими сможет владеть только тот, кто обладает идеально сбалансированной магией.

— Я последний из Бессмертных, последний из тех, кто обладает сбалансированной магией, поэтому когда я умру, чтобы передать им их силу, у Стражей будет абсолютное оружие, которое они не смогут использовать. И моя душа будет вечно смеяться над ними.

— Это безумие, — сказала я ему. — Ты не можешь покончить с собой в последнем, отчаянном акте мести.

— Могу, — он продолжал вливать магию в артефакты. — И я сделаю это.

— Нет, ты должен выслушать меня, Санфайр. Если ты сделаешь это, если ты создашь этот комплект бессмертных артефактов, Стражи найдут того, кто сможет ими владеть. Ты не последний Бессмертный.

Магия на его руках испарилась.

— Не последний? — переспросил он, встретившись со мной взглядом.

— Нет, не последний. Есть и другие люди, обладающие сбалансированной магией. Так что, если ты выполнишь свой план, ты не отомстишь Стражам. Ты всего лишь дашь им мощное оружие, которое они смогут использовать против своих врагов.

Все телевизионные экраны, о существовании которых я и не подозревала, загорелись. Их было несколько десятков по всей комнате. Так вот как Стражи показали Санфайру гибель его народа посредством его собственных изобретений. Однако прямо сейчас на всех экранах была запись того, как мы стоим у рабочего стола, снятая с разных ракурсов. В этой комнате было спрятано множество камер.

— Тебе стоит послушать джинна, Санфайр. Нет причин убивать себя, — произнёс жуткий голос.

Значит, они наблюдали за нами всё это время. Это пугало.

— Мы ещё можем работать вместе, — сказал голос.

Санфайр посмотрел на ближайший экран и крикнул:

— Нет, не можем!

Все экраны замерцали. Затем наш прямой эфир сменился записью женщины, сидящей на полу маленькой тюремной камеры. Она посмотрела в камеру, и растрёпанные светлые волосы спали с её лица.

— Мунлайт, — прошептал Санфайр.

(Стоит пояснить, что если Санфайр переводится дословно как «солнечный огонь», то Мунлайт — это «лунный свет», — прим.)

— Верно, — ответил Страж со злобным ликованием. — Твоя сестра у нас в лабиринте. Открой все двери, Санфайр. Найди её, если сможешь.

Затем все экраны погасли.

Санфайр подбежал к ближайшему ящику. Я смотрела, широко раскрыв глаза, как он поднял тяжёлую коробку над головой и швырнул её. Она разлетелась вдребезги о дверь, которую он отказался открыть Стражам. Повсюду рассыпались осколки.

Ого, парень был сильным. И очень, очень разозлённым.

Поэтому я удивилась, когда он не разбил ещё несколько коробок о стену. Вместо этого он схватил свои инструменты, вскочил на рабочий стол и открыл заднюю панель одного из телевизионных экранов, свисавших с потолка.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Уничтожаю систему наблюдения.

Свет на камерах и микрофонах погас.

Санфайр спрыгнул с верстака и приземлился рядом со мной.

— Я устал от того, что за мной шпионят.

— Это можно понять, — сказала я, делая осторожный шаг в его сторону.

Но я остановилась, когда он поднял свой очень тяжёлый и очень острый инструмент… и направил его на меня.

— Я не буду этого делать, — прорычал он мне. — Ты не сможешь обмануть меня.

— Обмануть тебя?

— Ты не сможешь заставить меня открыть эти двери. Ты не сможешь обманом заставить меня решить все проблемы Стражей. Я не буду этого делать, — он занёс свой инструмент повыше. — Даже ради моей сестры.

Я подняла руки вверх и очень медленно попятилась.

— Я не работаю на Стражей. Я здесь в ловушке, как и ты.

Его взгляд стал жёстким, и в нём тлела холодная ярость, пока он продолжал наступать на меня.

— Значит, ты просто случайно оказалась здесь взаперти, милый, кажущийся невинным юный джинн? — он одарил меня настороженной улыбкой. — Мне не следовало с тобой разговаривать.

Я попятилась.

— Подожди, Санфайр. Это Стражи пытаются обмануть тебя. Они, должно быть, знают, что я представляю для них угрозу, потому что… потому что я телепортировалась сюда, минуя их защиту. И они знают, что моё присутствие может разрушить все их планы.

— Ты — исполнитель их планов. Но я не стану тебя слушать. Я не стану тебе помогать, — заявил Санфайр, затем развернулся и побежал в другую сторону.

— Подожди, Санфайр! — крикнула я ему вслед.

Он развернулся и закричал:

— Не смей произносить моё имя, ты, злобная приспешница Стражей! Твои хозяева убили моих людей. Они продолжают убивать моих людей!

Продолжают убивать?

— Пять лет вы держали меня в плену, — прорычал он мне. — Вы присвоили моё величайшее изобретение: бессмертные артефакты. Вы извратили их, чтобы уничтожить мой народ. Вы сделали меня невольным соучастником своего злого замысла. Но довольно! С меня хватит!

— Пять лет? — я удивлённо моргнула. — Ты действительно думаешь, что был пленником Стражей всего пять лет?

Санфайр взмахнул рукой в воздухе, как мечом.

— Не утруждай себя интеллектуальными играми. Стражи заперли меня от всего в этой тюрьме без окон. Они думали, что если я не смогу следить за ходом времени, мной будет легко управлять. Но я мастер-кузнец, — он сунул руку в карман пиджака и показал мне прекрасные часы, которые сам сконструировал. — Я знаю правду.

Я посмотрела на дату на часах и просто замерла. Согласно им, война Стражей против Бессмертных началась всего восемь лет назад.

Это означало, что я не только застряла в Завесе. Я угодила в прошлое. В периоде, бывшем минимум несколько тысяч лет назад.

Глава 4

Я оказалась в конце эры Бессмертных. Стражи всё ещё использовали артефакты Санфайра, чтобы убивать Бессмертных. Однако всё вышло не так, как надеялись Стражи. Боги и демоны восстанут из пепла империи Бессмертных и создадут свои собственные империи. Вселенная будет охвачена войной между светлой и тёмной магией, в то время как Стражи будут прятаться от всего, отодвинутые на второй план, планируя своё восхождение из небытия.

Я не могла бы выбрать худшего времени, чтобы оказаться тут.

— Санфайр, я не принадлежу к силам Стражей, — сказала я ему. — Я только что поняла, что даже не принадлежу к этому времени. Я из будущего, которое наступит через тысячи лет.

Его глаза подозрительно сузились.

— Ты лжёшь.

— Я не лгу. Ты ведь можешь читать мою магию, верно? Ты можешь увидеть её историю, то, что создало меня и мою магию. Ты можешь видеть, что я говорю правду, что я не из этого времени.

Он внимательно наблюдал за мной. Я надеялась, что он изучает мою магию. Он сидел тихо — так тихо, что я чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда услышала громкий удар о стену.

Санфайр отпрянул от меня.

— Это уловка.

— Это не уловка, — настаивала я. — Ты видел это, не так ли? Ты видел, что я говорю правду.

Он сжал инструмент в руке.

— Возможно, я видел только то, что ты хотела, чтобы я увидел. Возможно, ты обманула мою магию.

— Я думаю, мы оба знаем, что такую магию невозможно обмануть, — произнесла я ровным тоном, который, как я надеялась, хорошо скрывал мою панику. — И это может означать только то, что я говорю правду.

Он обошёл меня кругом, вероятно, ещё раз читая мою магию.

Ладно. Он мог читать сколько угодно. Все попытки давали один и тот же результат.

— Меня зовут Тесса, — я сделала шаг к нему, славный, медленный и безобидный. — И я с Земли.

— Я знаю, — вздохнул он, как будто правда обо мне сейчас создавала ему неудобство. — У тебя есть три приёмные сестры: Леда, Белла и Джин. И приёмный брат по имени Зейн. Зейн был пленником Стражей.

Я выдохнула своё затаённое дыхание.

— Верно. Он сбежал из их Святилища как раз перед тем, как мы его разрушили.

— Стражи покинули Землю. Они бежали, потерпев поражение… — он покачал головой. — Я никогда не думал, что доживу до этого дня.

— Ну, этого ещё не произошло, но ты бессмертен, так что, возможно, ещё доживёшь до этого.

— Нет, — он положил инструмент на свой верстак, тот звякнул, и в то же время от стены донёсся ещё один глухой удар. — Из того, что ты сказала, следует, что после того, как Стражи взяли меня в плен, я исчез из истории. Я умру здесь, и никто никогда больше обо мне не услышит.

— Если мы выберемся отсюда, всё будет иначе.

— Побег невозможен. Я потратил годы на поиски выхода. Единственный выход — открыть двери, разгадать головоломки и дать Стражам решение всех их проблем. Я не могу этого сделать.

— Что, если есть другой выход? — предложила я.

— Поверь мне, если бы был другой выход, я бы уже давно его нашёл.

— Но всё это время у тебя не было меня, — я улыбнулась ему. — А теперь есть.

Он оглядел меня с ног до головы, а затем заявил:

— И что же у тебя есть такого, чего нет у меня?

— Надежда, Санфайр, — ответила я. — У меня всё ещё есть надежда. И иногда надежда — это единственная разница между победой и поражением.

Должен быть способ выбраться отсюда, не дав Стражам того, чего они хотели. И способ спасти сестру Санфайра тоже. Нам просто надо пойти по пути, которого Стражи не ожидали.

В стену снова ударили, на этот раз громче.

— Что это за шум, который я продолжаю слышать? — я подошла к стене и прижалась к ней ухом. — В стене что-то стучит.

Санфайр приблизился ко мне сзади.

— Это не просто стена. Это дверь.

— Ещё одна? — я перевела взгляд с почти невидимой двери, которую Санфайр объявил выходом, на почти невидимую дверь прямо передо мной.

— Здесь много потайных дверей, — сказал он.

— Интересно, что за ними, — я провела кончиками пальцев по волнистой стене.

— Камеры с другими заключёнными.

— Мы не одни в этой тюрьме? — спросила я.

— Нет.

— Хорошо, — кивнула я. — Я телепортируюсь в ту камеру и проверю.

Санфайр посмотрел на меня так, словно я сошла с ума.

— Зачем?

— Затем, что если мы хотим выбраться отсюда, то нам понадобятся все союзники, которых мы сможем заполучить.

— Телепортация здесь не работает, помнишь? — напомнил он мне. — Стражи окружили всё это место полем, препятствующим телепортации. Никто не может пройти сквозь него.

— Если никто не может пройти через это антителепортационное поле, тогда как я сюда попала? — заметила я.

Казалось, он немного поразмыслил над этим, а затем, наконец, сказал:

— Случайность.

— Случайность? Или изъян в планах Стражей?

— Ты снова это делаешь, Тесса.

— Что делаю?

Он нахмурился.

— Надеешься.

— И это плохо?

— У меня тоже когда-то была надежда, — он опустил взгляд в пол. — Но это длилось недолго.

Я положила руки ему на плечи.

— Эй, не волнуйся. Я обещаю тебе, что мы выберемся отсюда.

Санфар рискнул взглянуть на меня.

— Ты не можешь давать таких обещаний.

— Конечно, могу. И на самом деле, я только что это сделала, — я улыбнулась ему.

Он удивлённо моргнул.

— Ты очень необычная женщина.

Необычная. Что ж, это, безусловно, прогресс по сравнению со «странной», как он назвал меня ранее.

— Я не верю в то, что можно сдаваться, — сказала я ему.

— В конце концов, ты сдашься.

— Эй, давай заключим сделку. Я обещаю вытащить нас отсюда, если ты пообещаешь перестать быть таким пессимистичным. Звучит заманчиво?

Его бровь дёрнулась.

— Я такой, какой есть.

— Но ты не всегда был таким, не так ли?

— Нет, не всегда. Когда-то я был совсем другим. В моей жизни была любовь, а в сердце жила надежда. Мои изобретения должны были изменить вселенную, — на мгновение в его голосе прозвучала почти надежда, но затем выражение его лица омрачилось. — Всё изменилось, когда Стражи начали уничтожать нас. Я потерял свою семью. Я потерял всех, кого когда-либо любил.

— Мне жаль, — сказала я. — Должно быть, это очень тяжело. Но люди, которых ты любишь, не хотели бы, чтобы ты сдался. Они бы хотели, чтобы ты продолжал бороться. Они бы хотели, чтобы ты заставил Стражей заплатить за то, что они со всеми вами сделали.

Если надежда не заставит его подняться и постоять за себя, то, возможно, это сделает перспектива мести.

— Стражей невозможно победить, — сказала Санфайр. — Уже нет. Может быть, раньше, когда нас было много… но Бессмертных осталось так мало. Мы не можем их остановить.

— Возможно, ты не сможешь остановить их в одиночку, но ты не одинок. В моё время боги и демоны объединились, чтобы сражаться со Стражами.

Он хмыкнул.

— Боги и демоны никогда не смогут прекратить борьбу между собой на достаточное время, чтобы победить Стражей.

— Но они уже это сделали, — сказала я ему. — Моя сестра Леда, Ангел Хаоса, объединила богов и демонов, и вместе мы изгнали Стражей из их Святилища на Земле. Мы одержали победу. Крупную победу.

— Этого не произойдёт ещё тысячи лет, — сказал он, пренебрежительно махнув рукой.

— Верно, но это показывает, что Стражей можно победить, — я подошла к стене, которая к этому времени грохотала, как военный барабан, и дотронулась до неё.

— Ты всё ещё думаешь, что сможешь телепортироваться в пределах этого здания? — скептически спросил он.

— Ты всё ещё думаешь, что я не смогу? — с вызовом произнесла я, скрестив руки на груди. — Я телепортировалась сквозь время. Я могу телепортироваться сквозь стену.

— Даже если ты и можешь, то не стоит этого делать, — ответил Санфайр. — Однажды мне удалось открыть одну из грохочущих дверей. С другой стороны меня поджидал монстр. Я не собираюсь повторять эту попытку.

Я остановилась и прислушалась к глухим ударам.

— Похоже, это персона, а не монстр.

— Это не значит, что эта персона не опасна.

— Тогда присоединяйся ко мне, — я протянула руку, предлагая ему пожать её. — Я буду сильнее, если рядом со мной будет союзник.

— Ладно, — ворчливо согласился Санфайр.

По выражению его лица я понимала, что он всё равно не считает это хорошей идеей, но несмотря на это, он встал на мою сторону. Под всеми этими шипами и колючками он хороший парень.

Мы взялись за руки, а затем я телепортировала нас по другую сторону стены.

Камера за ней была намного меньше, чем огромная комната Санфайра. На самом деле, мы втроём тут едва поместились. Большую часть этого пространства занимал сам заключённый. Это был огромный мужчина с большими мускулами, которые выглядели так, словно принадлежали телу героя комиксов. Его тёмные волосы были грязными, а глаза злыми. На нём была надета рваная чёрная футболка и чёрные брюки, которые были ему слишком коротки. Они тоже были порваны.

— Как ты это сделала? — заключённый наблюдал за мной, но не обращал внимания на Санфайра.

— Магия, — сказала я, подмигнув.

Пленник рассмеялся, окропив землю собственной кровью.

— Что с тобой случилось? — спросила я у него.

— Участвовал в боях, естественно, — его глаза сузились, когда он понял, что я понятия не имею, о чём он говорит.

Я взглянула на Санфайра, но он выглядел таким же растерянным, как и я.

— Стражи заставляют нас драться ради их развлечения, — сказал заключённый.

— Это варварство, — с отвращением ответила я.

Пленник пожал своими массивными плечами.

— Стражи похожи на завистливых, мелочных детей. Они любят натравливать богов на демонов, потому что злятся. Они верят, что Бессмертные предпочли нас им.

— Итак, кто ты: бог или демон? — спросила я его.

Он выпрямился во весь рост.

— Я думал, это очевидно.

Я присмотрелась к нему повнимательнее, а затем заявила:

— Ты — бог.

— Бог Мерсер, — гордо заявил он.

Мерсер опустил скрещенные руки и встал очень величественно, как будто позировал статуе. Он стоял в этой позе так долго, что я начала сомневаться, не ожидал ли он какой-то реакции. Например, аплодисментов.

— Сколько богов и демонов держат Стражи в этой тюрьме? — спросила я Мерсера.

Он выглядел разочарованным, что я не воспользовалась моментом, чтобы оценить его великолепие, но всё равно ответил.

— Нас двадцать четыре, двенадцать богов и двенадцать демонов.

Я повернулась к Санфайру.

— Двадцать четыре божества. С моей телепортацией и с их помощью мы сможем прорваться через эту тюрьму и через любого, кто попытается удержать нас здесь.

— Если ты сможешь убедить богов и демонов присоединиться к твоему плану, — ответил он.

— Эй, я ведь затащила тебя в свой план, не так ли? — я ухмыльнулась ему. — После этого убедить богов и демонов помочь нам будет проще простого, — я снова обратила своё внимание на Мерсера. — Что скажешь? Хочешь сбежать из этой тюрьмы?

— Ты хочешь освободить и демонов тоже? — его челюсти напряглись. — И работать с ними.

— Да.

— Выпускать демонов — очень плохая идея.

— Это просто в тебе говорит предубеждение, — сказала я ему. — Как ты думаешь, почему Стражи продолжают натравливать богов и демонов друг на друга в битвах? Потому что они боятся вас. Они хотят, чтобы вы ссорились, ненавидели друг друга, не доверяли друг другу. Они хотят держать своих заключённых порознь, а это значит, что нам нужно объединиться. Нам всем нужно работать сообща, чтобы выбраться отсюда.

Нахмурившись, Мерсер сказал:

— У тебя странная логика, которая почти обретает смысл.

— Можешь не сомневаться, всё именно так.

— И ты джинн, — в глазах бога промелькнул расчёт. — Телепортатор.

Санфайр встал между нами.

— Даже не думай об этом.

— Ты даже не представляешь, о чём я думаю.

— Конечно, представляю, — сказал Санфайр. — Я могу читать твои мысли так же легко, как если бы они были моими.

— Это невозможно, — Мерсер напрягся. — Я бог.

— Поздравляю, тебе медальку вручить?

Мерсер сердито посмотрел на него.

— Кто ты такой, чтобы насмехаться над богом?

— Кто я? — Санфайр выгнул брови. — Тот, кто намного могущественнее тебя.

Гневный огонёк в глазах Мерсера погас.

— Ты Бессмертный, — тихо сказал он.

— Да.

Мерсер отступил, склонив голову.

— Приношу свои извинения.

Я уставилась на него, разинув рот. Я никогда не видела, чтобы бог кому-то кланялся.

— Мне не нужны твои извинения, — сказал ему Санфайр. — Мне нужна твоя помощь.

— Она у тебя есть, — Мерсер прижал руку к груди.

— И твоё обещание, что, когда мы выберемся отсюда, ты не будешь похищать мою подругу и эксплуатировать её способности, — добавил Санфайр.

Взгляд Мерсера метнулся ко мне, затем снова к Санфайру, и он не выглядел довольным. И всё же он сказал:

— Я обещаю.

— Хорошо, — Санфайр решительно кивнул. — А теперь давайте сбежим из этой тюрьмы.

Глава 5

Я телепортировала нас троих обратно в камеру Санфайра. Там Мерсер начал стучать по стенам через определённые промежутки времени, используя какой-то коммуникационный код. Он быстро нашёл других богов.

Я попыталась телепортироваться к ним… и потерпела неудачу.

— Я не могу этого сделать, — я вздрогнула от напряжения, пытаясь пробиться. — Здесь сильное поле защиты от телепортации Стражей. А я недостаточно сильна.

— Значит, твой план побега провалился, даже не успев начаться, — Мерсер бросил на меня обвиняющий взгляд, как будто это я виновата в том, что не смогла телепортироваться через непроницаемое поле, созданное Стражами.

— Оставь её в покое и займись чем-нибудь полезным. Попроси своих друзей выяснить, где держат демонов, — огрызнулся на него Санфайр, затем посмотрел на меня более добрым взглядом. — Я создам что-нибудь, что усилит твою магию.

Итак, пока Мерсер болтал с другими богами на их секретном языке стука по стенам, мы с Санфайром рылись в ящиках в поисках необходимых ему припасов.

— Итак, как ты думаешь, насколько ты можешь усилить мою магию? — спросила я Санфайра.

Он вытащил из ящика что-то, очень похожее на ложку.

— Надеюсь, достаточно, чтобы ты могла телепортироваться в любую точку тюрьмы. Хотя, должен признать, я удивлён, что твоя магия вообще здесь работает.

— Думаю, моя магия отличается от того, что ожидают Стражи. Я не из этого времени, так что, возможно, они не ожидали чего-то подобного мне. К тому же, я была создана для того, чтобы стать непревзойдённым джинном, — я одарила его улыбкой.

— Никому больше не говори, откуда ты родом, — тихо сказал он. — Или, точнее, откуда ты по времени.

— Не волнуйся, — прошептала я в ответ. — Моя приёмная мать Калли учила нас быть осторожными и не показывать людям, что мы особенные, на случай, если боги и демоны наблюдают за нами. Они склонны похищать любого, кто, по их мнению, обладает способностями, которые они могут использовать.

— Похоже, твоя приёмная мать — умная женщина.

— Да, это так.

— И ты тоже, — сказал он, когда мы возвращались к его рабочему месту. — Откуда ты знаешь, что Мерсер — бог, а не демон?

— Разве ты не знал?

Санфайр схватил инструмент.

— Я-то знал, но мне доступны определённые виды магии, которые помогают в этом.

— Ну, я не могу чувствовать чью-то магию так, как ты, но я встречала много богов и демонов, — сказала я. — Я научилась отличать их друг от друга. Мерсер говорит как бог.

— Боги и демоны звучат очень похоже, когда говорят, — сказал Санфайр. — Они обладают одинаковым высокомерием. Одинаковым эгоизмом, — он нахмурился. — Мы, Бессмертные, не очень-то преуспели, когда создавали их.

— Почему Бессмертные создали богов и демонов? — спросила я у него.

— Мы посчитали, что чтобы по-настоящему понять магию, мы должны изучать её изолированно, — Санфайр сплёл металлические нити со своей магией. — Мы проводили множество экспериментов с различными видами магии. Боги и демоны были частью нашего изучения светлой и тёмной магии.

— Вы нашли то, что искали? — спросила я.

Он поднял голову и встретился со мной взглядом.

— Да.

По какой-то причине я не могла отвести от него взгляда.

— И что? — я прочистила горло. — Чему вас научил этот эксперимент?

— Что? — он выглядел отвлёкшимся.

— Ваш эксперимент по светлой и тёмной магии, — неа, я всё ещё не могла отвести взгляд. — С богами и демонами.

— Ах, да. Боги и демоны, — Санфайр встряхнулся, затем поспешно вернул взгляд к артефакту, который создавал. — Мы узнали, как усилить светлую и тёмную магию, например, с помощью артефактов, — он указал на свой незавершённый проект, который теперь медленно вращался в воздухе перед ним, пока он добавлял к нему новые детали. — Наши эксперименты дали много впечатляющих результатов, но методы были несовершенными. Снова и снова мы совершали одну и ту же ошибку.

— Какую именно? — поинтересовалась я.

— Мы создали существ, обладающих огромной силой, а затем, когда эксперимент закончился, выпустили их во вселенную, не научив, как использовать свою магию для общего блага. Поэтому неудивительно, что многие из них стали эгоистичными, высокомерными и властолюбивыми. Это наша вина. Полагаю, можно сказать, что мы были плохими родителями.

— Все совершают ошибки, — сказала я. — Даже всемогущие и всезнающие Бессмертные.

— Ты слишком снисходительна.

— А ты слишком строг к себе, — парировала я. — Ты тонешь в сожалениях.

— Наши ошибки сделали Стражей такими, какие они есть. А мои ошибки привели к концу моего рода.

— Это не твоя вина, Санфайр.

Он покачал головой.

— Как и другие, я был слишком увлечён своими экспериментами. Если бы я не придумал, как создавать бессмертные артефакты, Стражи не осмелились бы выступить против нас. Но мои исследования дали им оружие, необходимое для того, чтобы уничтожить нас, — он взглянул через комнату на Мерсера, который всё ещё стучал по стене, общаясь с другими богами. Санфайр понизил голос до шёпота. — И, судя по тому, что ты мне рассказала, последствия ошибок моего народа — моих ошибок — будут преследовать Вселенную ещё тысячи лет.

— Мне хотелось бы думать, что всё происходит по какой-то причине, и хорошее, и плохое, — сказала я.

— Что хорошего ты можешь увидеть в тысячелетнем конфликте между богами и демонами?

— Ну, если бы не конфликт между богами и демонами, мы с моими приёмными сёстрами и братом никогда бы не появились на свет. Можешь назвать меня эгоисткой, но я считаю, что наше появление на свет — это хорошо, — я неуверенно улыбнулась ему.

— Это действительно так, — согласился он, улыбаясь в ответ.

Санфайр положил свою руку на мою.

Затем, быстро, как молния, момент разрушился. И его внимание вернулось к артефакту, который он создавал.

— Ты так и не объяснила мне, что имела в виду, сказав, что боги и демоны говорят по-разному, — пробормотал он, сосредоточившись на артефакте и снова поворачивая его в воздухе.

— Ну, хотя большинство богов и демонов выглядят — и ведут себя — очень похоже, между ними есть одно существенное различие, которое я заметила, — я сделала паузу для пущего эффекта. К моему разочарованию, Санфайр не оторвал взгляда от своей работы. Поэтому я продолжила: — Разница в гуле их ореола.

Это заставило его поднять глаза, и он, казалось, был очень удивлён моим ответом.

Поэтому я продолжала говорить.

— Гул слабый, и мне нужно очень сосредоточиться, чтобы его расслышать, но он есть, скрытый за окружающим шумом. Божественный ореол звучит как… ну, это довольно сложно объяснить. Я думаю, это похоже на духовой оркестр. Да, именно так. А ореол демона звучит как оркестр струнных инструментов.

Санфайр нахмурил брови.

— Это…

— Самая глупая вещь, которую ты когда-либо слышал? — спросила я с полуулыбкой.

Он покачал головой.

— Нет. Это самое прекрасное описание волшебного ореола, которое я когда-либо слышал. Обычно люди обращают внимание на визуальные эффекты ореола: насколько он яркий, какого цвета. Но я никогда не слышал ни о ком, кто мог бы рассказать о том, как звучит ореол.

— Иногда, когда я закрываю глаза и по-настоящему напрягаю слух, я слышу разные вещи, — я говорила тихо, потому что знала, как безумно это звучит, и не хотела спугнуть нашего нового союзника Мерсера. — В основном, я слышу песни путей, которые выбирают люди, путешествуя между мирами. Каждая песня индивидуальна, это уникальное сочетание образа путешественника и пройденного пути. Но недавно я научилась настраиваться на звучание ореолов людей. Это проще всего, когда ореол такой мощный, как у бога.

— Или у демона, — на его лице появилось понимание. — Ты начала развивать этот навык после исчезновения твоей сестры, не так ли?

Я кивнула.

— Если бы я могла прочесть ореол Беллы тогда, я бы поняла, что она проклята. Тогда мы могли бы что-нибудь предпринять до того, как всё полетело к чертям.

— В том, что случилось с твоей сестрой, нет твоей вины, — сказал Санфайр.

У меня в груди всё сжалось от эмоций.

— Если бы я могла отслеживать телепортацию людей, я бы почувствовала, что Белла уходит. Я бы знала, куда она направляется, и последовала за ней.

— Опять же, это не твоя вина, — повторил он. — Она решила уйти.

Слёзы навернулись на мои глаза.

— Если бы я была достаточно сильной, могущественной, Белла не была бы сейчас одна.

— Ты тонешь в сожалениях, — сказал Санфайр.

— Это нечестно, — я попыталась рассмеяться, но моё горе душило меня. — Использовать мои же слова против меня самой.

Он поднёс руку к моей щеке, смахивая слезу.

— Думаю, нам обоим нужно научиться прощать себя. Потому что если мы этого не сделаем, злодеи вселенной победят.

Я вздохнула.

— Ты прав.

Я видела, что были готовы сделать Стражи, чтобы добиться своего: пожертвовать тысячами жизней. Такие люди не могли бы победить. Я им этого не позволю. Поэтому я изобразила решительную улыбку, вытерла слёзы и попыталась простить себя. На самом деле, это помогло.

— Эй, давай заключим сделку, — сказал Санфайр. — Я обещаю вытащить нас отсюда, если ты пообещаешь перестать быть такой пессимистичной. Звучит заманчиво?

Я не смогла удержаться от смеха.

— Ещё несколько мудрых слов от твоего любимого джинна?

— Вот это тоже неплохо, — он указал на яркую надпись на моей футболке. — «Я надираю задницы и при этом классно выгляжу», — он кивнул. — Согласен.

— Ты что, флиртуешь со мной, Санфайр? — я выгнула брови, глядя на него.

— А что? Я что-то не так делаю? — он подмигнул мне.

Я снова рассмеялась.

— Нет, ты всё делаешь правильно. Я только что осознала, что на самом деле не знаю имени парня, который флиртовал со мной, и это большое «нет-нет», знаешь ли. Почему-то я сомневаюсь, что твои родители назвали тебя Санфайром.

— Они меня так не называли. Я не родился Санфайром. Я заслужил это имя. И с тех пор меня зовут Люциан Санфайр.

Это очень похоже на ангельское имя — новая фамилия, которую человек получает, когда становится ангелом.

Улыбка тронула его губы.

— Но тебе стоит называть меня Люциан.

— С удовольствием, Люциан, — я подмигнула ему. — Этот парень, Санфайр, был таким сварливым.

— Ты не такая, как я ожидал, — он задумчиво потёр подбородок.

— А чего ты ожидал? — спросила я.

— Когда я впервые встретил тебя, я подумал, что ты просто весёлая, симпатичная девушка.

Я ухмыльнулась ему.

— Ах, так ты считаешь меня симпатичной?

— Само собой. У тебя есть футболка, которая говорит мне об этом.

— Ха! Так у тебя всё-таки есть чувство юмора! — я прикусила губу, по-прежнему ухмыляясь.

Его взгляд опустился к моим губам, затем поднялся выше, встретившись с моими глазами.

— Но теперь я понимаю, что, хотя ты, безусловно, хорошенькая, ты ни в коем случае не легкомысленная. На твоей душе лежит тяжесть. Ты родилась без родителей. Тебя похищали, над тобой издевались, за тебя сражались полководцы. Ты многое повидала. Через многое прошла. Многое потеряла. И всё же ты остаешься оптимисткой.

— Большую часть времени, — вздохнула я, вытирая слёзы, которые всё ещё текли по моим щекам.

— Никто не может быть весёлым всё время, — ответил он. — Но ты была весёлой большую часть того времени, что я тебя знаю. И всё это время мы были заперты в тюрьме, так что это о многом говорит. Как тебе это удаётся?

— Как ты и сказал, я многое потеряла, — сказала я. — Но я также многое приобрела. Потому что, несмотря на все неудачи и потери, я просто продолжала идти вперёд.

— Как?

— Черпая силу из людей, которых я люблю. Сначала это была моя сестра Джин. А потом, позже, Калли, Зейн, Белла и Леда. Они помогают мне двигаться вперёд. Они вселяют в меня надежду.

— Но сейчас их здесь нет, — отметил он.

Я покачала головой.

— Это не имеет значения. Они всегда со мной. Прямо здесь, — я прижала руку к сердцу. — Сквозь миры и время. Неважно, насколько они далеко, потому что, несмотря ни на что, они всегда будут рядом со мной. И если они мне понадобятся, они всегда придут за мной.

— Ты не можешь этого знать

— Мне не нужно этого знать. Я чувствую это.

Он посмотрел на меня с благоговением.

— У тебя прекрасная душа.

— Что ж, спасибо тебе, Люциан. И у тебя тоже, — я похлопала его по руке.

— И твоя надежда довольно заразительна, — он поднял свою руку и накрыл ею мою.

Я улыбнулась ему.

— Вот оно, — объявил он, показывая мне созданный им артефакт. — Нечто, что заставит твою душу сиять ещё ярче. И заставит твою магию гореть ещё жарче.

Артефакт Люциана представлял собой браслет, сплетённый из тонких, мерцающих, переплетающихся нитей золота и серебра. В тот момент, когда он надел его мне на запястье, я почувствовала, как по всему моему телу пронёсся прилив невероятной энергии.

— Хорошо, — сказала я, пересекая зал. — А теперь давайте соберем армию.

Глава 6

Я телепортировала богов и демонов из их камер. Затем мы с Люцианом убедили их, что объединиться для побега гораздо лучше, чем оставаться здесь и сражаться друг с другом насмерть. Они всегда могут снова стать врагами, когда мы все освободимся из этой тюрьмы.

Итак, пока боги и демоны готовились к неизбежной битве с тюремной охраной, Люциан внёс последние изменения в мой новый браслет.

— Ты ведь уже делал что-то подобное раньше, не так ли? — прокомментировала я. — Что-то, что умножает способности носителя?

— Да, я много чего делал.

Он выглядел так, словно сожалел о своём наследии.

— Послушай, — сказала я, — твои артефакты — это инструменты. Ты создал их с самыми лучшими намерениями, с целью сделать вселенную лучше. Ты не можешь контролировать то, что Стражи делают с твоими артефактами. Или что с ними делает кто-то другой, если уж на то пошло.

— Ты права. Вот почему с этого момента я собираюсь быть более разборчивым в выборе тех, кто носит мои артефакты, — он указал на символ на моём браслете. — Видишь этот знак? Это означает, что этот браслет принадлежит тебе и только тебе. Я настроил его на твою магию. Только ты можешь носить его. Я знаю, что ты всегда будешь использовать его во благо, Тесса.

— Я так и сделаю, — пообещала я. — Я использую его, чтобы вытащить нас отсюда. А по пути мы спасём твою сестру.

— Впервые за целую вечность я действительно верю, что это возможно, — он взял меня за руку. — Благодаря тебе.

— Ладно, ладно. Можете подержаться за ручки позже. Сейчас нам нужно выиграть битву, — сказала демоница по имени Аида.

Она была очевидным лидером этой группы демонов, так же как Мерсер был лидером богов.

— Вообще-то, нам всем нужно держаться за руки, — сказала я Аиде. — Пока мы связаны, мне будет легче телепортировать нас.

Аида взяла Люциана за свободную руку.

— Прекрасно, если только мне не придётся держаться за руки с богом, — она бросила на Мерсера взгляд, полный неприкрытого отвращения.

— Знаете, вы, демоны, и боги, могли бы попытаться поладить немного лучше, — сказала я. — В конце концов, ваша магия — это всего лишь две стороны одной медали.

— Мне следовало бы покарать тебя за такое богохульство, — прошипел Мерсер.

Я вздохнула.

— Если ты меня покараешь, никто из нас отсюда не выберется.

Мерсер бросил угрожающий взгляд на демонов.

— Возможно, это того стоило бы.

Я закатила глаза.

— Не заставляй меня телепортировать тебя обратно в вашу камеру.

Мерсер бросил на меня ледяной взгляд и взял меня за другую руку. Затем все боги объединились с ним, а демоны — с Аидой.

— Хорошо, давайте сделаем это, — заявила я.

Глава 7

Я не могла телепортироваться очень далеко, даже с усиливающим магию браслетом Люциана, поэтому мне потребовалось несколько прыжков, чтобы добраться до центрального коридора тюрьмы. Люциан сразу заметил терминал с кучей компьютеров и поспешил к нему, в то время как боги и демоны атаковали поджидавших нас монстров. Если выбирать между монстрами и компьютерами, я предпочитала компьютеры. В отличие от моей сестры Леды, я не была принцессой-воительницей.

— Ты уже нашёл свою сестру? — спросила я Люциана, присоединившись к нему у терминала.

— Пока нет, — его пальцы заплясали по клавишам, и чертежи тюрьмы замелькали на экране быстрее, чем я успевала осмысливать картинки.

Должно быть, здорово обладать сверхъестественно быстрыми органами чувств.

В другом конце зала схлёстывались магия, сталь и клыки. И я была очень рада, что не присутствовала при этом.

Через несколько минут к нам присоединился Мерсер, который выглядел очень окровавленным. Да, я была очень рада пропустить это сражение.

— В чём задержка? — спросил бог.

— Нам нужно освободить ещё одного заключённого, — сказала я. — Нам только осталось найти её.

Аида тоже присоединилась к нам.

— Вам лучше поторопиться, если вы не хотите, чтобы вас съели монстры. Они наступают быстрее, чем мы успеваем их убить. И здесь слишком тесно, чтобы эффективно с ними бороться.

Я взглянула на неё.

— Вы — божества. И вас двадцать четыре штуки. Я уверена, что вы сможете удерживать нескольких монстров на протяжении нескольких минут.

Демон прищурилась, глядя на меня.

— Ты учишь меня, как вести сражение?

— Может, ей стоит это сделать, — сказал Мерсер. — Вы, демоны, сражаетесь, как светлячки, сплошь показуха и никакого настоящего урона.

Аида сделала агрессивный шаг в его сторону.

— Как насчёт того, чтобы я засунула свой меч тебе в задницу и посмотрела, какой от этого будет урон?

— Свобода находится вон там, — сказала я им, указывая на стену в конце коридора. — Если вы проделаете в ней дыру, то у вас будет больше места для борьбы с монстрами. И у нас у всех будет возможность выбраться отсюда.

Мерсер взглянул на Аиду.

— Знаешь, это неплохая идея.

— Действительно, — ответила демоница. — Хорошо, что я об этом подумала.

Мда. Класс.

Но, по крайней мере, теперь они спешили по коридору, чтобы осуществить мой план.

— Я не могу её найти, — пробормотал Люциан, лихорадочно просматривая карты и списки заключенных на компьютере.

— Нужно просмотреть ещё много списков, — я подошла к соседнему компьютеру. — Если мы разделим работу, то закончим быстрее.

Люциан оторвал взгляд от экрана и с надеждой улыбнулся мне.

— Спасибо.

— Без проблем, — я протянула пальцы к клавиатуре. — Как полное имя Мунлайт?

— Эйра Мунлайт.

Я замерла.

— Что не так? — спросил он меня.

Сестры Санфайра здесь не было. Она никогда здесь не была. Стражи обманули его.

— Люциан, Эйра…

В коридоре раздался топот ног. Десятки бойцов, скрытых под шлемами и бронёй, хлынули в помещение со всех сторон. Приспешники Стражей.

Раздались выстрелы, и не успела я и глазом моргнуть, как Люциан повалил меня на пол. Я медленно поднялась, держась пониже к земле. Люциан не двигался. И когда я перевернула его лицом вверх, он застонал от боли.

— Тебя подстрелили, — я уставилась на рану на его руке. — Тебя подстрелили, потому что ты защищал меня.

— Я не мог позволить тебе умереть, — сказал он.

Я вздрогнула, когда увидела, что из него льётся кровь, и ещё сильнее вздрогнула, когда увидела жуткое голубое свечение вокруг раны.

— Что за чёрт…

— В меня стреляли из бессмертного оружия, — его голос дрожал, взгляд был расфокусированным.

Я прижала руки к его ране, пытаясь остановить кровотечение.

— Как мне тебя вылечить?

— Оружие Бессмертных было разработано, чтобы убивать Бессмертных, — прохрипел он.

— Мне всё равно, для чего оно было разработано. Ты не умрёшь.

— Возможно, мне правда было суждено умереть здесь и сейчас, — сказал он мне.

— Нет, — я покачала головой. — Ты не умрёшь. Скажи мне, как тебя спасти.

Он слегка улыбнулся.

— Ты упрямая.

— Да, — с вызовом ответила я. — А теперь скажи мне, как залечить рану от бессмертного оружия.

— Исцеляющая магия… зелья…много и того, и другого.

Исцеляющая магия и зелья. Боги и демоны! Они могли бы помочь Люциану.

Но когда я выглянула в коридор, то увидела только монстров. А за ними — большую дыру в стене, которая вела наружу. Боги и демоны сбежали — и оставили нас здесь умирать.

Глава 8

Некоторые монстры прыгали через большую дыру в стене. Некоторые, но не все. Остальные направлялись к нам по коридору вместе с вооружёнными приспешниками Стражей.

Боги и демоны предали нас — и как раз в тот момент, когда я думала, что подражаю Леде, что я на самом деле убедила их объединиться с нами против общего врага, Стражей.

Вместо этого они использовали нас, а затем бросили на произвол судьбы.

— Я помогу тебе, — пообещала я Люциану.

Я не могла позволить ему умереть. Он был хорошим мужчиной, благородной личностью. И я очень привязалась к нему, несмотря на его временами колючий характер.

Но как я могла спасти его? У меня нет ни исцеляющей магии, ни зелий. У нас есть только враги. Много-много врагов. И нет возможности сбежать.

Если бы только Леда была здесь. Или Белла. Они могли бы исцелить Люциана. Но если бы Леда или Белла были здесь, я бы не оказалась в такой ситуации.

— Если я не могу вылечить его, я должна телепортироваться к тому, кто может, — сказал я себе.

— Глупая девчонка, — прошипел один из приспешников Стражей. — Твоя жалкая магия не работает здесь, в этой тюрьме.

Но моя магия работала здесь. Я телепортировалась в тюрьму. Когда они проектировали это место, они не предполагали, что кто-то может быть таким мощным телепортатором.

Я взглянула на большую дыру в стене. Тюрьма взломана. Защита Стражей прорвана. И теперь я собиралась пробить себе путь к отступлению.

Я склонилась над Люцианом, обхватив его руками. Затем я сосредоточила все свои силы на одной единственной мысли, на одной единственной цели: спасти его.

Солдаты Стражей добрались до нас. Они подняли своё оружие, но было уже слишком поздно. Они растворились у меня на глазах.

Я почувствовала, как моя магия протолкнула нас сквозь пространство и время.

И я ощутила сильный удар, когда мы грузно повалились на пол.

Мы находились в офисе Легиона в Чистилище, в одном из коридоров. Была поздняя ночь, и в коридорах было темно. Вокруг нет ни души. Люциан только что потерял сознание.

— Помогите! — я закричала так громко, как только могла, чтобы перекричать рёв сигнализации. Люциан активировал систему безопасности Леды. Его не было в списке гостей.

— Мне нужна помощь! — я попыталась поднять Люциана с земли, но он был таким тяжёлым. И я не хотела навредить ему.

— Всё в порядке, Тесса. Я здесь, чтобы помочь.

Я обернулась и увидела Алека Морроуза, большого и мускулистого солдата Легиона.

— Пожалуйста, помоги ему. Его ранили бессмертным оружием, — я обратила его внимание на Люциана.

Алек отключил сигнализацию, затем осторожно поднял Люциана с пола, и я последовала за ним, когда он поспешил в медицинское отделение. Когда мы вошли в палату, там стояла доктор Нерисса Хардинг. Должно быть, она услышала наше приближение.

— Кто он? — спросила она меня, когда Алек опустил его на одну из кроватей.

— Бессмертный.

Моё заявление заставило Алека выгнуть бровь.

— Его зовут Люциан Санфайр, — сказал я.

— Санфайр? Тот самый Санфайр? — Алек уставился на Люциана, разинув рот. — Самый знаменитый Бессмертный кузнец, который когда-либо жил? Этот Санфайр?

— Да, этот Санфайр, — подтвердила я. — И мы должны убедиться, что он продолжит жить.

Нерисса осмотрела рану Люциана, и выражение её лица было совсем не таким, какое я надеялась увидеть.

— Его ранили из бессмертного оружия, — Нерисса уже приготовила поднос с целебными зельями. — Алек, мне нужно, чтобы ты позвал кого-нибудь, кто обладает исцеляющей магией. И разбудил генерала Уиндстрайкера. Нам также понадобится его магия.

— Ты ведь можешь спасти его, правда? — спросила я её.

Лицо Нериссы было суровым, тело — напряжённым.

— Я сделаю всё, что в моих силах.

Глава 9

Пока Нерисса вводила Люциану одно зелье за другим, муж Леды, архангел Неро Уиндстрайкер, руководил небольшой группой солдат Легиона, которые применяли исцеляющую магию. И в какой-то момент, вскоре после восхода солнца, я отрубилась в кресле у его кровати.

— Тесса.

Я открыла глаза и обнаружила, что в медицинском отделении светло и солнечно. Судя по углу падения света, было далеко за полдень. Я вытянула руки, пытаясь прогнать затёкшее ощущение в конечностях. У меня хрустнула шея.

— Люциан? — я выпрямилась на стуле и взглянула на него. — Как ты себя чувствуешь?

Его взгляд метнулся к повязке на руке.

— Как будто в меня выстрелили из бессмертного оружия, — он оглядел комнату. — Где я? Где Эйра? — он попытался встать с кровати.

Я дотронулась до него рукой.

— Не двигайся. Тебе нужно отдыхать. Чтобы поправиться.

— Я слышал, что говорил доктор, пока то приходил в сознание, то снова терял его. И я видел свою рану, — его лицо было серьёзным. — Я знаю, что могу и не выкарабкаться.

— Ты выкарабкаешься, — настаивала я.

Выражение его лица стало сдержанным и спокойным.

— Тесса, мне нужно, чтобы ты пообещала мне кое-что.

— Да.

— Мне нужно, чтобы ты пообещала мне, что найдёшь мою сестру, когда я умру.

— Ты выкарабкаешься, — повторила я ему. — Ты слышишь меня, Люциан? Не смей сдаваться! Я перенесла тебя сквозь время и пространство не для того, чтобы ты умер у меня на глазах.

— Сквозь время? — он моргнул. — Где я? Когда я?

Я должна была сказать ему сейчас. Я знала, что он не станет дожидаться ответов, каким бы слабым он себя ни чувствовал.

— Мы были в тюрьме Стражей, — начала я. — Боги и демоны предали нас и сбежали, чтобы спастись. Приближались монстры. Приближались солдаты Стражей. А ты умирал. У меня не было способностей, чтобы исцелить тебя, — я зажмурилась при воспоминании об этом. — Поэтому я телепортировала тебя к людям, которые имели эти способности.

— Ты перенесла меня в своё время, не так ли?

Я открыла глаза и встретилась с ним взглядом.

— Да. Я не была уверена, что это сработает, потому что не смогла сделать этого раньше, когда мы были в твоей камере, но боги и демоны только что проделали большую дыру в стене снаружи, так что заклинание защиты Стражей от телепортации, должно быть, ослабло. И у меня был артефакт, усиливающий магию, который ты мне сделал, — я пошевелила запястьем, и браслет звякнул. — А ещё, я думаю, мне повезло.

— Это было не везение, — серьёзно сказал Люциан и взял меня за руки. — Ты сильнее, чем думаешь, Тесса, — вздохнув, он отпустил мои руки. — Вот почему мне нужна твоя помощь. Мне нужно, чтобы ты отправила меня обратно в моё время. Сейчас же. Я должен найти свою сестру.

Я покачала головой.

— Я не могу. Я не знаю как. Раньше, когда я привела нас сюда, я действовала инстинктивно, движимая страхом.

— Я знаю, ты сможешь разобраться в этом, Тесса. Мне нужно, чтобы ты разобралась. Я не могу быть здесь. Мне нужно спасти свою сестру от Стражей.

— Люциан, твоя сестра… Ну, она никогда не была пленницей Стражей.

Он пытался встать с постели, но мои слова заставили его замереть.

— Что?

— Тогда, когда ты назвал её полное имя, я поняла, что уже знаю, где она.

Растерянность в его глазах сменилась надеждой.

— Где?

— Я слышала историю Эйры. Давным-давно, в ваше время, она ускользнула от Стражей, которые пытались схватить её. После этого она много веков путешествовала между мирами, скрываясь, в тайне от всех, прежде чем в конце концов оказалась на Земле.

— Она жива? — на его губах появилась неуверенная улыбка.

— Нет, — сказала я. — Охотники убили её много лет назад.

Он схватился за металлические прутья своей кровати. Те прогнулись под силой его агонии.

— Но твоя сестра Ева всё ещё жива, даже сегодня, — сказала я ему.

— Мы с Евой Скайларк не разговаривали много лет, с тех пор, как она ушла, чтобы присоединиться к Хранителям. Когда Стражи нанесли удар, Ева и её Хранители ничего не предприняли. Они не могли вмешиваться, — он скорчил гримасу, чтобы показать, что он думает об этой философии.

— С тех пор Ева изменилась, — сказала я ему. — Думаю, после падения Бессмертных она поняла, что за некоторые вещи стоит бороться, даже если для этого ей придётся нарушить свою клятву. Она много лет защищала ребёнка Эйры.

— У Эйры есть ребёнок? — удивлённо спросил он.

— Да, наследие Эйры продолжает жить. Её дочь, твоя племянница — ангел по имени Каденс Лайтбрингер. Каденс обнаружила свои бессмертные корни и стала Хранительницей Бессмертных.

— Как Ева?

Я кивнула.

— Да. А у Каденс и её мужа Дамиэля, тоже потомка Бессмертных, есть сын по имени Неро Уиндстрайкер. Он муж моей сестры Леды.

— Леда. Та, которую ты назвала Ангелом Хаоса?

— Да. А у Каденс несколько лет назад тоже родилась дочь. Она назвала её Эйра.

По щеке Люциана скатилась слеза.

— У тебя больше родственников, чем ты думаешь, — сказал я ему. — У Неро и Леды есть маленькая девочка по имени Сиерра, твоя пра-правнучка.

Улыбка озарила всё его лицо… и всю комнату тоже.

— Я хочу познакомиться с ними со всеми.

— И познакомишься. Как только тебе станет лучше. И тебе станет лучше, Люциан. Тебе есть ради чего жить.

— Да, это так, — сказал он, затем снова взял меня за руку.

Я не была уверена, что сказать.

— Ты спасла меня, Тесса, — он не отпускал мою руку.

— Мы помогли друг другу выбраться из той тюрьмы, — сказала я.

— Я говорю не о тюрьме Стражей. Я говорю о себе. Я был в очень плохом состоянии, когда ты нашла меня там. В очень, очень тёмном месте. А потом появилась ты, — он сжал мои руки. — Ты — яркий маяк, который вытащил меня из тьмы. Ты дала мне повод надеяться, увидеть возможности. И ты привела меня сюда, где моя семья жива и здорова. Ты изменила мою жизнь, Тесса.

— Вау, — я уставилась на него. — Это, пожалуй, самая романтичная речь на свете.

Его улыбка стала ещё шире, когда он поднес руку к моему лицу.

— Я бы хотел узнать тебя получше. Если ты не против.

Улыбаясь, я прижалась щекой к его руке.

— Мне бы этого хотелось.

Я тоже видела в нём свет, бескорыстную, благородную преданность своей сестре. И мне. Он рискнул своей жизнью, чтобы спасти меня, и сделал это без колебаний. Он действительно искренне заботился обо мне, а не только о себе. Это тот мужчина, которого я хотела узнать получше.

Дверь в комнату распахнулась, и в комнату вбежала моя сестра Джин. Её взгляд метнулся ко мне.

— Тесса! Я слышала, ты была в сражении, — она бросилась ко мне. — С тобой всё в порядке?

— Я в порядке, — я встала, чтобы поприветствовать её и обнять, но остановилась, когда заметила повязку у неё на животе. — А ты сама?

— Всё в порядке, — Джин буквально пропела эти слова. И она улыбалась. Много.

Надо будет спросить её об этом позже, когда мы останемся одни.

Взгляд Джина остановился на Люциане.

— Кто это?

— Джин, познакомься с легендарным Бессмертным кузнецом Люцианом Санфайром.

— Ого, — её глаза расширились. — Он вроде как умер. Откуда он взялся?

— Из прошлого.

Затем я рассказала ей нашу историю.

— Ого, — повторила Джин, когда я закончила. Она расхаживала взад-вперёд, очевидно, погружённая в свои мысли. — А ты не боишься, что, приведя его сюда, мы исказим историю?

— Нет. Все думали, что он умер тысячи лет назад, — ответила я. — Но что, если он не умер тогда, потому что я привела его сюда? И в таком случае я просто исполняю предначертание судьбы.

Джин расплылась в улыбке.

— О, это так романтично.

То, как она переводила взгляд с меня на Люциана, говорило о том, что она знала, что между нами что-то есть. Но она ни словом не обмолвилась об этом. Вместо этого она начала засыпать Люциана множеством восторженных вопросов о бессмертных артефактах.

— Да ладно тебе, Джин, — рассмеялась я. — Дай бедняге отдохнуть.

— На самом деле, я начинаю чувствовать себя намного лучше. — Люциан одарил меня улыбкой, от которой у меня поджались пальцы на ногах. — И я уже достаточно долго ничего не делал. С этого момента я собираюсь что-нибудь предпринять. И я начну с того, что помогу тебе найти твою сестру Беллу.

— Как? — спросила я.

— Бессмертный артефакт — часть твоей сестры, — ответил он. — И, так уж случилось, что я много знаю о бессмертных артефактах, в том числе и о том, как их отслеживать. Я думаю, ты очень скоро снова увидишь Беллу.

Продолжение следует…

***

Данная сюжетная арка продолжится историей Калли (да, наконец-то!) в новелле «Финальный артефакт».