Там, под моей кожей, был длинный, слегка выступающий предмет. Мы оба могли видеть его пальцы внутри меня. Я думала, что такое невозможно или, по крайней мере, ощущалось бы очень болезненно, но больно не было. Все, что я могла чувствовать, — это удовольствие от тепла, смешивающегося с холодом, и от трения, когда он двигался внутри меня. Он вытащил пальцы, и выпуклость исчезла. Он медленно ввел их обратно… И я смогла увидеть это движение сквозь свою кожу и мышцы, смогла увидеть, как он движется внутри меня.
— Ты готова, снежинка, — сказал он гортанным голосом.
Одним резким рывком он разорвал мое платье пополам, обнажив живот и торс. Я пискнула, пытаясь прикрыться разорванными половинками платья, и он накрыл мою руку своей.
— Я куплю тебе сотню платьев. Но сейчас я должен тебя увидеть.
Я опустила руки по бокам, а он просто смотрел на меня, не отрывая взгляда от моей груди.
Мое лицо покраснело от стыда. Я знала, что мужчинам нравятся женщины с большой грудью, но я была так истощена, что моя едва виднелась. Я отвела взгляд, прикусив губу, и Олдриг проворчал.
— Черт. Я больше не могу ждать.
Я испуганно подняла глаза. Он уставился на мои красные соски, сжав губы в тонкую линию. Очевидно, моя грудь его не отпугнула, что принесло облегчение.
Не отводя взгляда, он встал и снял брюки.
Ах милый.
Я разинула рот. Впечатлило ли меня, что в моем теле поместились два его пальца? Почувствовала ли я облегчение? Что ж, теперь я снова запаниковала, потому что член моего жениха был гигантским.
И не только это. Я видела человеческие члены, когда другие дети в школе приносили порножурналы, и мы все хорошо рассмотрели, смеясь, пока очень раскрасневшаяся учительница не конфисковала их.
Член Олдрига был совсем не похож на человеческий. Во-первых, он был темно-синего цвета, а кожа имела твердый, каменистый вид. Более толстый у основания, чем на кончике, он загибался вверх, а его форма напоминала скорее лук, чем стержень.
Толстые линии с прожилками тянулись по всей длине, пересекаясь и извиваясь без четкого рисунка. Они сходились на кончике. В месте схождения было небольшое круглое отверстие, и из него сочилась прозрачная жидкость светло-фиолетового оттенка.
Отверстие запульсировало, как и линии вен. Пока я смотрела, вытекло еще больше жидкости, расплескавшись по матрасу у меня между ног. Я подняла глаза, на моем лице, скорее всего, отразился ужас, и обнаружила, что Олдриг пристально наблюдает за мной с напряженным выражением.
— Давай посмотрим, сможешь ли ты растопить меня своим теплом, — сказал он таким низким голосом, что он завибрировал.
Я отодвинулась, освобождая ему место на огромной кровати. Он забрался на нее, матрас резко прогнулся под его весом. Когда он придвинулся ближе, просунув свое массивное бедро между моими, кровать громко заскрипела.
— Должен сказать, что их мебель — дерьмо, — раздался ворчливый голос с другого конца комнаты.
Один из других ледяных гигантов. Я закрыла глаза и прикусила губу, подавляя рыдание, застрявшее в горле. Это было слишком. Этот огромный член, тяжелый гигант, который скоро будет во мне, и его друзья, наблюдающие за всем…
Слишком.
— Полегче, — сказал Олдриг, прохладное прикосновение скользнуло по моей щеке, когда он слегка погладил ее пальцем.
— Давай сделаем это медленно. Понемногу.
Я кивнула, и он скользнул дальше вверх по моему телу. Теперь его огромная, каменная грудь была прямо надо мной, в то время как его член располагался у меня между ног. Я почувствовала, как холодная твердость вдавливается во внутреннюю поверхность бедра, и с трудом сглотнула, готовясь к боли.
И все же, когда Олдриг осторожно двинулся надо мной, все, что он сделал, это прижал свой член к моему клитору и водил им взад-вперед, пока взрыв внутри не помог мне немного расслабиться. Он хмыкнул, звук получился напряженным, и осторожно двинулся надо мной.
Я посмотрела в сторону и вверх, наблюдая за его рукой. Его мощные мышцы были напряжены и бугрились под кожей. Такие осторожные движения стоили ему огромных усилий.
Он так старался. Для меня.
Он медленно отстранился, проводя своим членом по мне в последний раз. Я глубоко вздохнула, приказывая своему телу смягчиться, и, потянувшись вниз, нежно обхватила пальцами его член. Они не хотели проходить весь путь по кругу, и все же мое легкое прикосновение заставило Олдрига зашипеть и выругаться.
Я испуганно отпустила его, и он снова выругался.
— Возьми его, — сказал он, и в его голосе прозвучало опасное рычание. — Введи меня в себя.
Я снова обхватила его член, теперь с большей уверенностью, и притянула его к себе. Мне потребовалось мгновение, пока я не прижалась к нему своей киской. Все это время он нависал надо мной, его тело было как крыша надо мной, неподвижное и сильное.
Я дернула его холодный, твердый член, желая, чтобы это поскорее закончилось. Потому что я ожидала боли, да. Но также… Мне было любопытно. Какая-то часть меня задавалась вопросом, каково это — быть такой растянутой, такой полной.…
Олдриг скользнул внутрь. Один мой вздох, стон с его стороны, и головка его члена оказалась внутри меня. Холод был наэлектризованным, и я пульсировала вокруг него, мое тело отреагировало на проникновение…
Но это было не больно. Возникло тянущее ощущение, и холод был одновременно приятным и дискомфортным… но боли не было.
— Ты в порядке, снежинка? — прорычал Олдриг.
— Эм, да.
— Хорошо. Потому что, если я не трахну тебя в ближайшее время, я взорвусь.
Я хихикнула, но мое хихиканье перешло в громкий вздох, когда он скользнул глубже. Милосердные боги. Он медленно двигался глубже, и я остро ощущала его продвижение. Он раздвигал меня, дюйм за дюймом, и я пульсировала вокруг него, моя киска была заполнена настолько, насколько это вообще было невозможно…
И все же он продолжал двигаться. Я протянула руку между нашими телами и нащупала место, где мы соединялись. Моя кожа там была упругой и гладкой на ощупь, натянутой до предела. И его член... все еще был по большей части вне меня.
Я провела пальцами вверх с прерывистым вздохом. Насколько я могла судить, половина его была внутри. И уже казалось, что он достиг моего предела, так как же…
Глубоко внутри меня возникла острая боль, и я закричала, что заставило его немедленно остановиться.
— Слишком много? — спросил он напряженным голосом.
— Да, — ответила я, делая глубокие вдохи.
— Прости, но… не глубже.
— Не извиняйся, — тихо сказал он и медленно вышел.
Затем он снова вошел, остановившись в нужный момент. Я ахнула, когда его холодная длина прошлась по моим чувствительным внутренним местам, его холод обжигал и усиливал ощущения.
Я положила руку на живот и ахнула, когда почувствовала, как широкая форма его члена движется внутри. Когда он выходил и снова входил, я могла чувствовать точное место, которого он достиг внутри меня своими пальцами.
Я закрыла глаза и застонала, когда он стал входить быстрее, двигаясь длинными, равномерными толчками. Моя зияющая киска была до отказа заполнена огромным, чудовищным членом, и теперь, когда я привыкла к этому, я могла чувствовать…
Все это. Как он наполнял меня до краев, не оставляя места ни для чего другого. Я чувствовала, как он покорял меня, вдавливаясь в мое тело, прокладывая себе путь все дальше с каждым движением. Его стоны заставляли меня краснеть от благоговения, потому что я была источником его удовольствия, и мне было приятно слышать эти звуки.
Я громко застонала, когда он стал двигаться еще быстрее, трение посылало во мне сильные толчки экстаза. И затем…
Его бедра прижались еще теснее, прижимаясь к внутренней поверхности моих бедер, и он замер. Я ахнула, когда пришло понимание. Он был уже не только наполовину внутри. Он был... глубоко.
Дрожащей рукой я коснулась своего живота. Выпуклость была гораздо выше. И все, что я могла чувствовать, это дикое удовлетворение и жадные толчки моей киски, обнимающей его со всех сторон.
— В конце концов, мы подходим друг другу, — тихо сказал Олдриг. — Моя королева.